Уходили из дома. Дневник хиппи - Геннадий Авраменко

Ну всё, думаю, допился Петя, сейчас узнает мою фамилию и прибьет меня этой оглоблей, хрен ему что докажешь.

— Нет, — говорю, — а почему это тебя интересует?

— А потому, что здесь кабан шарится. Если ты не еврей, значит свинину будешь есть с удовольствием, так что присоединяйся. Мы его загоним и съедим.

А в кустах и вправду шум какой-то странный. Я подхватил первую попавшуюся палку, и мы осторожно принялись приближаться к кустам.

— Его надо за Цитадель загнать, — предложил я. — С Дырявого мыса ему деться некуда, а на плато мы его хрен поймаем.

— Логично, — согласился Петя, и мы с гиканьем бросились в кусты.

Как ни странно, но там действительно оказался кабан, а точнее, небольшой кабанчик. Завизжав, он бросился в заданном направлении. Мы за ним.

Проскочив через главный вход, поросенок скрылся в зарослях. Тут же разделившись, мы разбежались в разные стороны и заняли позиции у входа и пролома в стене.

— Чего делать дальше-то?! — кричу я.

— А хрен его знает! — отвечает Петька. — Давай прочесывать мыс!

— Надо народ звать, мы его вдвоем не поймаем, уйдет! В тумане же не видно ничего! Давай орать!

Начали орать.

Из Теплой прибежал Сашка Апрель с парнями, кто-то с Кухни.

Быстро объяснив ситуацию, мы цепью двинулись по Дырявому. Подоспевший на крики народ был в полной боеготовности, а Апрель даже с топором, поэтому шансов у кабанчика было немного. Особенно внимательно прошерстив заросли, воодушевленные грядущим ужином, мы шумно приближались к концу мыса.

Но чем ближе мы подбирались к пещерной Тюрьме, тем суровее становились лица хиппи.

— Курили? — строго спросил Апрель.

— Да нет же, был кабан, я сам видел! — возмутился я.

— А где ж тогда он?

— Не знаю... Может, вниз свалился? Или в Акустической поет? — предположил я.

— Вот вы, конечно, негодяи, — плюнул Скрипа.

Расстроенные, мы расселись на камнях и закурили.

— Эх, а неплохо было бы мяса нажарить, конечно, — сглотнул Петька и ойкнул.

В ближайших кустах встал валун, встрепенулся и посмотрел на нас.

— Вон он!!! — заорал Петька и бросился за кабаном. Но, будучи поверхностно знаком с мангупскими достопримечательностями, немедленно провалился в храм Кибелы и, матерясь, улетел вниз.

Кабан, неторопливо перебирая копытцами, потрусил прочь. Остановился, обернулся, удовлетворенно хрюкнул.

И улыбнулся.