Короче, Склифосовский! Судмедэксперты рассказывают - Владимир Величко

— Ну, ты и сказанул… «технарь», — пробормотал я, — чистым, медицинским лечимся, — и, вдохнув благородный запашок коньяка, сказал: — Благостно!

— Значит, так, товарищ эксперт! Ты сидишь и чтоб ни звука. Усек? — И уже к майору. — Продолжай.

— Значит, так, после отъезда комиссии мы внимательно изучили проживающих в гостиницах нашего городка — тех, кто приехал и поселился достаточно надолго. Ну, так вот, в одном из номеров проживают три человека, я бы сказал три интересных человека, и вот почему. Старший — мужчина неопределенного возраста и — самое главное — неопределенной внешности. Посмотришь на такого и через пять минут не сможешь описать его лицо…

— Если нет тренировки, — бросил прокурор.

— Да, если нет тренировки. Его мы назвали «Никто». Два других — типичные качки, «мускулы», приставленные для охраны, и производят впечатление серьезных ребят. Как ты и настаивал, хвоста мы за ним не пускали, а отслеживали только общие маршруты их передвижений, и вот что выяснили. Более половины времени они… ни хрена не делают. Сидят в номере и читают местные газеты. Далее, этот Никто сделал три крайне любопытных визита — два к Гинекологу, и, что любопытно, провели нашего визави к авторитету без малейшего промедления. Оба раза он с авторитетом беседовал чуть не по часу. Один визит Никто нанес оперативнику ФСБ, причем и с ним он беседовал не меньше. Ну и после этих визитов к этому Никто три раза приносили папки с какими-то материалами от Гинеколога. Потом мы решили Никто все-таки проверить…

— Я же просил не светиться, — вскинулся следователь.

— А мы и не светились. Леша, продолжай, — сказал он одному из оперов. Тот откашлялся и легким баском произнес:

— Мы на первом этаже устроили «шухер» — вроде как деньги украли из чемодана посетителя, а на самом деле нашего опера. Вот мы и «ловили преступника». Под этим «соусом» мы нагрянули в номер к Никто, и знаете, что он нам предъявил?

— Какое-то удостоверение?

— Да. Удостоверение майора ФСБ и, предъявив его, велел нам убираться, мол, у него тоже операция идет.

— И вы ушли? — спросил следователь.

— Конечно.

— И какие выводы?

— Никто — единственный видимый кандидат на роль участника «Белого Беспредела» — наблюдателя и координатора.

— Ну-у-у, — с разочарованием протянул следователь, — коли он сидит и собирает материалы, то ведь это ничего не значит и ни о чем не говорит. А если это банальный промышленный шпионаж?

— Есть еще один момент, — сказал майор. — Я этого Никто пробил по своим каналам. Так вот, в ФСБ такого сотрудника нет. Его удостоверение липа.

— П-а-адумаешь, — донеслось из угла, — да таких удостоверений на рынке, что блох у тузика.

— Слушай, — устало попросил следователь, — я тебя кажется просил…

— Да, да, прости, больше не буду! Можно я еще, — и эксперт издали помахал пустым стаканом.

— Да подавись, — сказал следователь и бросил мне ключ от сейфа. — Какие будут предложения?

— Предложения будут, — с азартом ответил майор. — Вот что мы решили…

Но я так и не узнал тогда, что они решили, так как следователь, озлившись на третье вскрытие сейфа, вызвал прокурорскую «Волгу» и отправил меня домой.

В тот момент я и предположить не мог, что выпивка в рабочее время и лопнувшее терпение следователя уберегли меня от тяжелых травм. А возможно, и от чего-то худшего…