Короче, Склифосовский! Судмедэксперты рассказывают - Владимир Величко

По ночной улице, застроенной деревянными домами, двигался мужчина. Не шел, а именно двигался, как бы перетекая от одного затененного места в другое. Временами он на пару секунд останавливался, замирал, к чему-то прислушиваясь. В такие мгновения его фигура почти терялась в густой тени заборов, и только очередное движение делало его видимым. Тогда становилось понятно, что он невысок, худощав, а его движения — плавные, но одновременно четкие — выдавали в нем человека определенной и весьма специфической профессии.

Если кто-то и наблюдал за ним, то увидел бы, что мужчина, приостановившись, вроде как замер и исчез. Наблюдателю вполне могло показаться, что он прошел во двор дома прямо сквозь деревянные ворота, даже не приоткрывая их. Во дворе он так же плавно перетек к двери дома и исчез за ней. В доме было темно, но мужчина, почувствовав присутствие другого человека, безошибочно повернулся в его сторону:

— Вы готовы? Снаряжение собрано? Проверено?

— Да.

— Все просчитано? Каждое движение, каждый шаг?

— Да.

— Пути отхода? Неожиданные повороты в ходе операции учтены? Каждый знает свою роль?

— Да, — в третий раз ответил голос из темноты, и тогда на стол упала пачка смутно белеющих в темноте бумаг.

— Все эти листки расклеить в местах, которые мы обговорили — ровно через сутки после акции. Информация от меня — по обычным каналам! Вопросы есть?

— Нет! Мы готовы, — ответил голос из темноты, и тут же чуть слышно скрипнула входная дверь, и почти одновременно послышался легкий металлический лязг запора калитки ворот.

В доме, откуда выскользнул мужчина, возник тонкий и неяркий лучик света и, пробежав по столу, осветил стопочку листков бумаги, на которых сверху не ясно мелькнули крупные буквы: ББ. Лучик света погас, потом некоторое время слышался непонятный шорох, легкие постукивания и затем — неравномерные, но очень легкие шаги. Затем легонько хлопнула дверь, и все затихло.

* * *

Рассказав это, Александр вздохнул и продолжил:

— Сколько же раз за долгие годы работы мне приходилось слышать эту фразу: «Доктор, у нас труп! На выезд!» Ее мне говорили по телефону из дежурного отделения РОВД, из кабинета начальника милиции или прокурора. Ее вместе с сигналом автомашины кричали с улицы, сопровождаемая стуком сержантского кулака в дверь, она доносилась с лестничной площадки. Неисчислимое количество раз после этой фразы-заклинания я садился в «уазик», «Волгу», «москвичок», грузовик — да, практически во все, что движется на четырех колесах, — и ехал осматривать очередной труп убитого, попавшего под поезд, автомашину, сгоревшего и так далее… Несть числа людей, умерших не своей смертью.

Вот и в это утро вместо будильника меня разбудил телефонный звонок. Я глянул на часы и выругался — спать еще можно было целых полчаса. Выслушав дежурного по РОВД — при тушении пожара обнаружено два обгоревших трупа, — стал собираться. В машине было пусто, и мы с милицейским водителем быстро добрались до места на окраине города. Там меня уже ждал следователь. Едва я открыл дверку, как он, ни слова не говоря, протянул мне «белую метку», на одной стороне которой четко вырисовывались две золотистые буквы, и, сплюнув на мартовский ледок, он сказал:

— Мы с тобой ошиблись, дружище! Следующим оказался не выстрел снайпера, а банальный пожар с трупами.

— Пошли смотреть? Кто эти двое несчастных?

— Двое? Как бы не так! Их не менее восьми… а полчаса назад их было только трое, — печально произнес следователь, — пожарные еще работают, так что могут и еще… нарыть! В общем, дело обстояло так, — сказал он уже другим, деловым голосом, — пожар начался в 4 часа утра, когда задул утренний ветерок. От этого огонь быстро перекинулся на соседние дома… Короче, сгорело 13 домов, в которых компактно проживали цыганские семьи.

— А при чем здесь белая визитка?

— А вот минут за десять до твоего приезда майор раскопал свидетелей, которые сообщили, что одновременно загорелись 5 домов — практически секунда в секунду, а вот на остальные дома огонь действительно перекинулся.

— Постой, ты хочешь сказать, что это поджог?

— Да… и хорошо организованный.

— Не понял, а на фига этому… ББ жечь дома?

— Темнота, — грустно сказал мой друг, — ты что, забыл, куда приехал? Здесь же сплошь цыгане живут! — И я все понял. Цыганские семьи в то время перестали продавать подпольную водку и переключились на наркотики, ставшие для всех немаленькой проблемой.

— Да, да, да, — пробормотал я, — и привлечь никого не могут, насколько я знаю! Так? — спросил я.