Вид с метромоста - Денис Драгунский

до и после полуночи

Мне было одиннадцать лет. Мы года полтора как переехали в новую квартиру.

Мама с папой часто уходили по вечерам. В гости, в театр, в ресторан, в ЦДЛ или еще в какой-нибудь клуб – на просмотр фильма, на вечер поэзии, на театральный капустник.

Я любил, когда мама с папой были дома. С ними было интересно и весело.

Но когда они уходили до поздней ночи, я тоже не особенно скучал.

Квартира была большая. Много книг на открытых полках. А из окон была видна вся Москва, с улицами и высотными зданиями вдали. Одиннадцатый этаж, с ума сойти. Особенно по сравнению с подвальной коммуналкой. Там я спал за шкафом. А теперь у меня была своя комната!

Поэтому, когда мама с папой уходили, я наслаждался простором и свободой. Читал, валяясь на диване; ел хлеб с вареньем; подолгу смотрел в окно, как едут машины по Садовому кольцу. А потом ложился спать.

В общем, совершенно не страдал, что меня оставляют одного.

Однажды я услышал, как мама в коридоре говорит папе (они как раз вернулись из гостей и думали, что я сплю):

– Мне кажется, Дениска вырос очень равнодушный. Холодный. Ему как будто всё равно, дома мы или нет. Мне кажется, он без нас совсем не скучает. И совсем не волнуется.

– А почему он должен волноваться? – спросил папа.

– Например, если мы поздно возвращаемся, – сказала мама. – Гораздо позднее, чем обещали. А он ложится спать, и хоть бы что! Мне Лена рассказывала: один раз дети ее до половины первого ждали и плакали!

– Ну, не знаю, – сказал папа. – Хотя может быть, может быть…

Я страшно разозлился.

Во-первых, я очень любил папу с мамой.

А во-вторых, мама сама мне говорила: «Если мы задерживаемся – ложись спать, не вздумай нас дожидаться! Вдруг мы вообще в три часа ночи придем».

Ну ладно, думаю. Если вам так хочется – пожалуйста.

В следующий раз, когда они ушли, я нарочно старался не заснуть. Это было трудно. Если лежать, то сразу засыпаешь. Поэтому я встал с постели, сидел и читал. Жюля Верна, чтоб было интересно. Но всё равно клевал носом. Двенадцать же часов ночи!

Как только услышал стук лифта, погасил свет, лег и укрылся с головой.

А как только услышал ключ в дверях, стал подхныкивать. Всё громче и громче.

Мама с папой вбежали в комнату прямо в плащах.

– Что с тобой? – спросила мама, зажигая свет.

– Болит что-нибудь? – спросил папа.

– Нет, – захныкал я еще сильнее. – Я скучал… Я волновался, где вы так долго…

– Ты что? – строго сказала мама. – Как не стыдно! Ты бы еще заревел, как девчонка! «Ма-ма! Ма-ма!» – и она изобразила двухлетнюю плаксу.

– Да, – сказал папа. – Ты же взрослый парень!

– Взрослый, взрослый, – сказал я и тут же заснул.

Обидно, конечно.

Но сам виноват. Ни к кому не надо подлаживаться.

Даже к маме с папой.