Алмазная авантюра - Питер Мейл

– Вот эти очень удались, – заметил Филипп. – В журнале точно понравятся.

Они с Мими просматривали фотографии дома Джонсонов, которые получились весьма привлекательными. Комнаты выглядели просторными и элегантными, террасы – тенистыми и прохладными, а виды живописными.

– Он не сообщал тебе, сколько хочет за дом? – спросила Мими.

– Напрямую нет, хотя в какой-то момент пробубнил что-то насчет восьми-десяти миллионов. Трудно сказать, верная ли это оценка, или в нем говорили пары алкоголя и оптимизм. Однако дома по соседству точно не из дешевых.

Мими задержалась на одном из интерьеров и придвинулась ближе к экрану, чтобы приглядеться.

– Странно, – сказала она. – Тогда я этого не заметила. Посмотри.

Она развернула монитор, чтобы Филиппу было лучше видно. Перед ним была красивая фотография: большой письменный стол Джонсона с кожаной столешницей и разложенными на ней разнообразными аксессуарами – серебряный нож для писем, пресс-папье Лалика в виде фигурки совы, красный настольный календарь, поднос для бумаг красного дерева, – кабинет процветающего управленца. Однако палец Мими был нацелен на кромку изображения, в самую нижнюю часть фотографии, где был запечатлен ящик стола. Ручка на ящике была бронзовая, в форме женской руки, подвешенной за запястье.

Мими нахмурилась и покачала головой:

– Уверена, что я видела это раньше, толь ко не могу вспомнить где.

– Не переживай. Само вспомнится. Давай перейдем к саду.

Они продолжали рассматривать снимки, отбирая самые лучшие для журнала. Сделав подборку, они отослали одно письмо Джонсонам, чтобы получить их одобрение, второе отправили Клодин, редактору отдела, в офис «Salut!» в Ницце.

Покончив с запланированной на день работой, они поехали на встречу с Эленой и Сэмом в их новом доме. Мими еще ни разу не видела его, но ей понравилась идея Филиппа устроить там свадебный ужин, и этим вечером они собирались обсудить кое-какие детали.

Когда они подъехали к дому, их встретил шум стройки и голоса рабочих, которые доносились из открытой входной двери. Они вошли, обойдя призадумавшегося электрика, который скреб в затылке, сидя над спагетти из проводов, и застали Элену и Сэма склонившимися над стопкой планов в почти полностью оснащенной кухне.

– Слава богу, вы здесь, – сказал Сэм, – я совершенно заблудился среди всех этих керамических конфорок и паровых духовок. Мое знакомство с кухонной техникой ограничивается тостерами и сковородками.

– Вот это тебе поможет. – Филипп водрузил на стол большую сумку-холодильник. Внутри оказалось две бутылки охлажденного rosé, четыре бокала и штопор.

– Похоже, ты спас Сэму жизнь, – заметила Элена. – Я как раз собиралась уже сбросить его со скалы. И почему это мужчины вечно брюзжат из-за кухни?

Когда бокалы были наполнены, Элена повела гостей на экскурсию, показывая места, подходящие для бара, фуршетных закусок и танцев. Мими была в восторге, в особенности от террас, которые охватывали дом с трех сторон. По случаю приема Элена собиралась натянуть тенты из белой парусины для защиты от яркого солнца или, упаси господи, от дождя.

Также на Мими произвело большое впечатление качество отделки и внимание к деталям внутри дома, и Элена тут же отдала должное той, кто все это придумал.

– Это Коко, – сказала она. – Она просто потрясающая, никогда ничего не забывает, все, до самой мелкой детальки, записывает в свой блокнот. Рабочие ради нее готовы на все, и она, само собой, безупречно владеет английским. Для нас это потрясающе удачная находка. Она даже преподнесла нам подарок на новоселье. Пойдемте, я по кажу. – Все вышли и столпились перед входной дверью, а Элена продемонстрировала дверной молоток. – Она считает, что вещь относится к восемнадцатому веку, но очень подходит для этой двери.

Мими внимательно рассмотрела молоток. Точно такая же, совершенно совпадающая по форме женская кисть, что и на ящике письменного стола Джонсона. Конечно, больше по размеру, однако сходство несомненное.

– Очень красиво. И дверь тоже прекрасная. У вас будет прелестный дом.

Больше Мими не заговаривала об этом, пока не села в машину.

– Меня это начинает тревожить, – сказала она. – Я знаю, что видела эту женскую ручку где-то еще, не только в доме у Джонсонов.

– Еще один дверной молоток?

– Нет, я уверена, что ручка была маленькая.

Вернувшись домой, они отмечали редкий вечер без les people, рано улегшись в постель, чтобы посмотреть по телевизору старый фильм Трюффо. Одна пронзительная сцена сменялась другой, и внезапно Филипп вскочил и кинулся в свой кабинет. Вернулся он с ноутбуком.

– Я вспомнил! Фотографии, которые сделал в доме Кастеллачи.

– Неужели это интереснее, чем Трюффо?

– Возможно. – Он открыл папку Кастеллачи и принялся листать фотографии. – Et voilà! Вот где ты ее видела! Посмотри.

Он передал Мими ноутбук. Там, частично скрытая падавшей тенью, была запечатлена дверь стенного шкафа в гардеробной мадам Кастеллачи. Ручкой шкафа служила миниатюрная бронзовая женская рука, подвешенная за запястье.

– Нам нужно сделать пару звонков, – сказал Филипп. – Но теперь уже слишком поздно, займемся этим завтра с утра.

Последние кадры фильма Трюффо были оставлены без внимания.

Это что, совпадение? Новое веяние в декораторском искусстве? На следующее утро за завтраком Мими с Филиппом все еще спорили на эту тему, и нетерпеливый Филипп то и дело посматривал на часы, пока не решил, что уже можно звонить. Но в этот момент зазвонил телефон Мими.

Это оказалась Клодин, довольная сверх меры.

– Милая! Я в восторге! Фотографии божественные! Просто идеальные снимки для «Salut!».