Идеалист - Эдуард Багиров

– Ты совсем крышей поехал, – всплеснул руками Ренат. – У тебя сотрясение мозга, вся башка порезана, как у Шарикова, а ты ломишься куда-то.

– Да не могу я тут лежать, пойми! У меня жопа кругом! К тому же я догадываюсь, откуда растут ноги. Ну, сам вот подумай, куда могла исчезнуть Маша? Не Третьяченко же ее украл!

– Илюх, – мрачно взглянул на меня Стас, – ну, не дело это, пойми. А если эти твари тебя увидят где-нибудь? Тебя же сожрут заживо! А о Машке ты подумал? Что они с ней сделают? И как ты вообще будешь шляться по городу в таком виде?

Вид-то на самом деле был вполне ничего. Как ни странно, по большому счету я был целехонек. Ну, синяки немного, ну, сотрясение... Голова вот забинтована, это плохо, но в шапке и каких-нибудь темных очках я вполне могу показываться на людях, особенно в сумерках. Видимо, убивать меня не планировали.

В гостинице меня нашла проходившая по коридору горничная, заметившая приоткрытую дверь. Вызвали «скорую помощь», зашили порезанную осколками кожу головы, диагностировали сотрясение, а потом впустили ко мне Рената и Стаса, протрезвонивших врачам все мозги. Убедившись, что я не помираю, Стас от греха подальше транспортировал меня к себе домой. Где мы все теперь и находились. Не к родителям же меня везти с пробитой башкой.

Ситуация сложилась абсурдная. Стасу с неопределившегося номера позвонил какой-то мужик, будничным голосом сообщил, что Мария находится «у них», и настоятельно рекомендовал не публиковать известные материалы. На недоуменный вопрос – на каких условиях Машу отпустят, – велели выключить мозги, не дергаться, не беспокоить ментов и тупо ждать следующего звонка.

– Тьфу, сука, – я в отчаянии сжал кулаки. – Что же за говно-то происходит? И обратиться ведь толком не к кому! У меня ведь нет номера даже этого козла Пономаренко!

– Кого-кого? – Стас изумленно подскочил на стуле и вытаращил глаза.

– Ну, полкан один из спецслужб... А ты что, его знаешь?!

– Да кто ж его не знает, черт! Это ж враг Третьяченкин злейший, еще чуть ли не с начала девяностых! Машка сто раз его недобрым словом поминала. Да я и без Машки его знаю, он наш универ курировал по линии СБУ, мальчиков в кабинетик свой тягал. Он ведь пидор, ты не в курсе?

Я поперхнулся. Только этого мне не хватало. Ренат сдавленно заржал:

– А что ты имеешь против пидоров? Перед Богом-то все равны, гы-гы-гы, – и Ренат покосился на стоявшую в углу икону.

– При чем тут это-то? – недоуменно буркнул Стас. – В любой церковной книжке написано, что Бог создал людей по своему образу и подобию. А я что-то сомневаюсь, что господь Бог был пидорасом.

– Да уж, не поспоришь. К тому же Содом и Гоморра были уничтожены именно за педерастию. Но все-таки скажи, мне интересно. У вас ведь свободная страна, революции, вон, делаете, – Ренат очень старался не заржать. – Вас ведь без пидоров в Европу не пустят.

– М-да, вырождается Европа. Там же негры одни, ептыть. Да и как не вырождаться, если там гей-парад – один из национальных праздников? Там с детства уверены, что быть пидором – это нормально. У них это в крови уже. И даже однополые браки узаконены. Сам подумай, хорошо ли это для демографии, когда твою жену зовут Джон? Дикость, блядь, и позорище.– Слышь, Стас, – я с трудом осознавал сказанное. – А ты не гонишь? Я ведь его давно знаю. Хотя... я в пидорах не разбираюсь. Ко мне не приставал, во всяком случае.

– Да чё мне гнать-то? Он тебе что, правда нужен? Сейчас, – Стас полез в записную книжку мобильного, – у меня есть барыга знакомый, он Пономаренку твоего кокаином снабжает. Сейчас найдем твоего полкана.

Через минуту я уже набирал номер Пономаренко. Судя по реакции, он не был рад меня слышать. Он даже не дослушал до конца.

– Шо тебе от меня надо-то? – недружелюбно сипело в трубке. – Я не при делах и вообще не могу сейчас разговаривать. И потом тож не могу. Не звони сюда никогда больше.

– Но, – растерянно пробормотал я, – товарищ полковник, так нельзя! Мне нужна информация!

– Ты уже получил от меня информацию. И я жду, шоб она была опубликована. И быстро! Иначе будут неприятности. И еще раз повторяю, не звони мне больше никогда, мудак. Если понадобишься, тебя найдут. Понял?

– Товарищ полковник, у меня с Машей беда...

– Ты шо, сержант Репин, дурной? – Пономаренко уже буквально орал. – Та срать мне на твою Машу говном из жопы! Пошел на хрен, идиот! Беда у него! Материал шоб вышел на днях, блядь, а то и с тобой беда будет!

Пономаренко отключился. Я в полной растерянности смотрел на друзей. Капкан окончательно захлопнулся. Если я опубликую материал, то с Машей случится что-то нехорошее. А если не опубликую, то огребусь от СБУ.