Кавалер умученных Жизелей - Павел Козлов

– Он даст мне знать, как только прилетит. —

Они чертили планы кабинетов,

Она все объясняла, где и как,

Стараясь не глядеть в его глаза.

Не думая о том, как обуздает

Такую мощь горячих нежных рук.

– А как же вы спасаетесь от зноя?

На улице безумствует жара. —

Арсений снова был у оберегов.

Наина молвила, не глядя на него:

– Обычно мы купаемся в бассейне. —

Веранду охватила тишина.

И только лишь минуту напрягала.

– Не слышал я, когда приедет муж? —

– Роман Аркадьевич, – раздался стон Наины.

– Наина, о, Наина, боже мой.

Они барахтались в бассейне, у бассейна,

Потом он её в спальню перенес.

И жилистое тело упивалось

Античным совершенством красоты.

Арсений был рожден дарить блаженство,

А более достойного объекта,

Чем дивная красавица Наина,

Ему не довелось ещё встречать.

– Скажи мне, отчего не закричала?

Я слышал, голос рвался из груди. —

– Чтоб в крик не улетело наслажденье,

Что полностью хочу вернуть тебе. —

* * *

У кабинета К. М. Н. Щегловой

Две женщины остались ждать прием:

Замотанная дама средних лет,

И девушка, похоже – лет семнадцать.

Та дамочка была настороже,

Себя подстегивала, и держала спину.

А девушка сидела, будто зябла,

От шеи, с подбородком у груди,

Покатых плеч, сутулых, как в ознобе.

Притом, что было лето на дворе.

– Вы к докторше идете в первый раз? —

Пыталась женщина у девушки дознаться.

– Должна – хорошая, ведь кандидат наук. —

И смерила девицу долгим взором.

Но та ей возвратила ноль вниманья,

Лишь ногу, как гимнастка, задрала,

Чтоб накрест перекинуть на другую.

Каблук торчал на четверть коридора,

Но в это время мало кто ходил.

Из кабинета появилась медсестра,

И дамочку с собою пригласила.

Девица оставалась ждать одна,

И стала говорить по телефону.

– Успела. Дополнительный талон, —

Звучало обострённо, как стаккато.

– Конечно же, Арсений, поняла.

Да, что же это? Что я – идиотка?

Ну, я же обещала – позвоню. —

Та женщина уже прошла врача.

Девице рассказала, как подруге.

– Хорошая. Велела приходить. —

Но тут девицу эту пригласили.

– Я записалась и пришла к вам на приём,

Поскольку вы совсем нейтральный доктор.

Ну, в смысле, человек со стороны. —

Щеглова посмотрела удивленно.

– Я наблюдаюсь много лет в хорошем центре,

Где все врачи – знакомые отца.

А мне же ни к чему, чтоб предки знали. —

– Я – медик, и хранитель важных тайн.

Но вы не с криминалом, я надеюсь. —

– Как раз, что надо, – успокоилась девица.

Но врач устала разговаривать с людьми —

Последний пациент, конец работы.

– Давайте, я сейчас вас осмотрю. —

Она взяла стерильные перчатки.

– Послушайте, зачем я к вам пришла, —

Сказала доверительно девица.

– Меня недавно гинеколог осмотрел,

И все анализы. Сказал, что всё в порядке.

А я имею специфический вопрос.

И не уверена, что ваш ли это профиль? —

Щеглова села в кресло: «Расскажите».

А суть проблемы названной девицы,

С её рассказа, заключалась в том,

Что всё-то она в жизни испытала.

И так она, видать, переборщила,

Что всю коробит даже слово «секс».

И вот теперь – ей замуж выходить,

А у неё, при мысли спать с супругом,

Буквально начинается столбняк.

– И я как будто вся деревенею.

Мне предки подыскали жениха.

Уже пытался как-то домогаться.

Богатый, и родители хотят.

Что делать, если это невозможно?

Возможно меня как-то подлечить? —

Для исключения причинных аномалий,

Щеглова всё же сделала осмотр.

– Единственно, что я могу сказать,

Похоже, это действует гипофиз.

Возможно, был фатальный эпизод

В метаморфозах вашего сознанья.

А визуально – нет гиперемии,

И патологии какой-либо там нет.

Вам нужен только психотерапевт.

Поскольку – «фобия», а это значит нервы. —

– Куда вы посоветуете мне? —

Вопрос звучал измученно и грустно.

– У нас такие тоже есть врачи.

Но я сейчас попробую связаться.

Поверьте мне, великий психиатр.

Но там уже совсем другие деньги. —

* * *

– Его Артем Семенович зовут. —

Арсений слушал взбалмошный доклад

Всё выяснившей засланной Натальи.

– Она всё рассказала про меня,

Дала мне телефон, чтоб я звонила.

Сказала, он готов меня принять. —

– Ну, умница. Да, кто бы сомневался.

В такси – и на Кутузовский проспект.

А там уж Леонид тебя подхватит. —

* * *

А в «Институте», что на улице Гастелло,

Арсений и коллега Леонид,

Сумели побывать в теченье дня,

И выяснили планы дислокаций.

Там было всё весьма обыкновенно.

Васильев себе выделил отсек

Закрытый белоснежными дверями,

Воротами из толстого металла:

Больной доверит тайну эскулапу,

И должен видеть, как её хранят.

Разведка оказалась не напрасной.

За простеньким решением фасада,

Внутри скрывалось столько переходов,

Что только Леонид, как следопыт,

Учуял продолженье этажа

Ещё и за приемной психиатра.

С торца у здания был захиревший сквер,

На нем была специальная дорожка,

Чтоб вывести к невзрачному крыльцу:

Снаружи так смотрелся чёрный ход.

Здесь тоже кто-то офисы снимал,

На этаже Васильева, конкретно.

А он тут сделал выход из приемной,

По коридору, и на волю через сквер.

Минуя вестибюли «Института».

На главном входе сделали охрану,