Нормандская лазурь - Наталия Полянская

Бывало, что игры их перерастали в драку, и в этих потасовках перевес оказывался не всегда на стороне короля.

Утром дождь прекратился, хотя вихрастые тучи продолжали гулять над городом. Ветер трепал их неровные края, проделывал прорехи, и в прорехах мелькала робкая небесная шкурка.

Ольга спустилась к завтраку, предусмотрительно одевшись потеплее (мало ли что взбредет в голову выспавшимся мужчинам – может, они рванут с места, не дав толком вещи собрать), и оказалось, что к завтраку она вышла первая: ни Никиты, ни Женьки в зале не наблюдалось. Зевая, Ольга налила себе побольше кофе и прихлебывала его уже минут пятнадцать, когда появились мужчины.

– Доброе утро! – жизнерадостно приветствовал ее Женька, падая на стул напротив. – Сегодня великий день! День найденных сокровищ!

– Господин Арамис уверен, что мы обернемся за день, – усмехнулся Никита. – Птица говорун, как известно...

– Да ладно, – Женька с аппетитом надкусил круассан. – Не так уж много условий, и часть пути мы уже прошли. Вряд ли сокровища находятся за пределами Нормандии – речь изначально шла о ней. Более того, я уверен, что это место где-то неподалеку. Шефер-то знал только о высадке союзников.

– Ты думаешь, это завязано на высадке?

– Ну, я предполагаю.

– Никит, а ты что думаешь?

– А я не знаю. Я прочитал письмо еще раз, но оно слишком туманное. Давайте завтракать, и пойдем поищем дом. Я не уверен, что он найдется, но вдруг...

После завтрака, выписавшись из отеля, они забросили вещи в багажник машины (Женька пихнул туда и чемоданчик, проворчав, что надоело повсюду с ним таскаться), оставили «Пассат» на стоянке и пешком побрели к гавани. Городок оказался очень симпатичным и тихим; Ольга вслух читала названия яхточек в узкой внутренней бухте, рассматривала дома – большинство из них, кстати, оказались серыми. На крышах иногда попадались флюгера, но в основном это были обычные кованые флажки, без изображений животных.

– Может, вон там? – предположил Женька, указывая на витрину еще закрытого зоомагазина. С плаката улыбалась киска, которая купила бы «Вискас».

– Это вряд ли. – Никита тоже внимательно все осматривал. – Хорошо бы знать, что имелось в виду – изображение, барельеф, флюгер...

– Полагаю, если мы увидим это, то узнаем.

– Я надеюсь.

– Ник, а что здесь было во время высадки? – спросила Ольга.

– Высадка. Сражались, бомбили, все как обычно. А вообще-то это был важный пункт – здесь бензопровод. Есть фотография сорок четвертого, на которой водители бензовозов заливают топливо в большое количество канистр.

– Она и среди распечаток есть, – припомнил Женька. – Я тебе потом покажу, Оль.

– Ну, военные склады, как без них, – продолжил Никита. – Бензопровод уходил прямо в пролив, там стояли на рейде танкеры. Здесь красивый порт, дамбы... Смотри.

Порт действительно был хорош: две дамбы, словно тонкие руки, обнимали небольшую бухту, где на приколе покачивались яхты, с парусами и без. Выглянувшее на минуту солнышко осветило старинную круглую башню с конической крышей, разложенные на причале разноцветные сети с розовыми и желтыми буйками, горбатые фонари, маяки на выходе из бухты. Волны тыкались пенными носами в причал, как щенки в материнский живот.

– Пройдемся вдоль набережной дальше, – сказал Никита, – и смотрите внимательно на дома. Мы вышли к морю.

Они смотрели, но ничего похожего на описанное не замечали. Ольга погрустнела: наверняка это письмо господина Левассёра – какая-то ошибка или шутка, не более. Набережная Летурнёр заканчивалась, и дальше тянулась только дамба. Ольга совсем уже пала духом, когда Женька сказал:

– Ребята, глядите.

Один из последних домов у набережной стоял немного на отшибе. Это был довольно старый, небольшой серый дом с покатой крышей. Кто в нем жил и что происходило за окнами, закрытыми плотными занавесками, оставалось тайной и не волновало троих исследователей. Женька указывал на крышу, где под ветром поворачивался, скрипя, старый флюгер. Флюгер явно пережил не одно десятилетие, но смотрелся по-прежнему хорошо и был выкрашен зеленой краской.

– Это же... лисица, – сказала Ольга, моргая.

– Лисица, – удовлетворенно подтвердил Никита, – зеленая. Не бывает зеленых лисиц.

– И что? – спросил Женька, разглядывая флюгер. – Нам нужно пойти, куда ветер укажет? Ничего не понимаю. – Он вытащил из кармана сложенное письмо, развернул и прочитал вслух: – «В этом поселении ты найдешь на берегу старый серый дом, и он расскажет тебе об одном животном из тех, которых не бывает, а животное поведет тебя дальше». Угу, дальше... Туда, куда дул ветер, когда дядюшка Луи соизволил прогуливаться.