Разбивая волны - Кэрри Лонсдейл

Пятница.

Позднее утро.

– Мам!..

Я пошевелилась, но не проснулась.

– Ну мама же!..

Я с трудом открыла глаза. Комнату заливал яркий солнечный свет, отчего вся обстановка казалась праздничной и новой. По положению лежащей на полу тени оконного переплета я догадалась, что время приближается к полудню. Для меня это было довольно поздно, но удивляться не приходилось – ведь я легла только в шесть утра, да и заснула не сразу. Этой ночью я твердо решила не спать, поэтому еще какое-то время старалась держать глаза открытыми, но в конце концов природа взяла свое. И это было, пожалуй, к лучшему – ведь сегодня меня ожидал трудный день, и мне могли понадобиться все мои силы.

С трудом сосредоточившись на окружающем, я увидела склонившуюся надо мной Кэсси. Кончики ее длинных золотистых локонов щекотали мне плечи и лицо.

– Доброе утро, мама!

Я почесала плечо, потом несколько раз с силой провела ладонью по лицу.

– Сколько времени?

Кэсси посмотрела на часы.

– Десять часов и тридцать семь минут. Это тебе… – Она протянула мне брезентовый пояс, немного похожий на поясной кошелек. – Он лежал на крыльце, – пояснила Кэсси. – Это от мистера Торреса.

Я села на кровати и зевнула.

– Что это такое?

– Надувной спасательный пояс. Мистер Торрес сказал – там, внутри этой сумочки, находится спасательный жилет. Он совсем крошечный, поэтому тебе не придется повсюду расхаживать в том огромном, который я принесла тебе в прошлый раз. Надевай скорее… – Она требовательно встряхнула поясом перед моим лицом. – Бабушка говорит, в нем ты будешь похожа на туристку, но я надеюсь, тебя это не слишком расстроит.

Я внимательно осмотрела пояс. Помимо вместительного кармана на молнии, я обнаружила несколько трубок и светоотражателей, а также пластмассовую рукоятку, расположенную в основании кармана. Скорее всего, за нее следовало потянуть, чтобы спасательный жилет автоматически надулся…

Тут мне вспомнилась вчерашняя СМС Оуэна и мое обещание носить то, что он оставит на нашем крыльце. Что ж, раз уж я пообещала, слово придется держать.

– А ты сегодня видела мистера Торреса? – спросила я Кэсси, которая, как мне показалось, слишком уж хорошо разбиралась в устройстве и принципах работы спасательного пояса.

– Ага. – Она кивнула. – Он пришел рано утром и спросил тебя, но я ответила, что ты спишь. Тогда мистер Торрес немного поговорил с тетей Фиби и ушел домой. Бабушка дала ему целую кастрюльку вчерашнего рагу.

Ну что ж, этого и следовало ожидать, подумала я, а вслух спросила:

– А тетя Фиби давно приехала?

– Давно. Еще восьми не было – я только что встала. – Кэсси снова взмахнула поясом у меня перед лицом. – Надень скорей эту штуку, мама! Ну пожалуйста!..

– Надену, надену… – отозвалась я, припомнив, что ведь и дочери я обещала, что буду носить, не снимая, то, что она найдет для меня вместо старого спасжилета Оуэна. Вот только спасет ли меня еще один жилет, пусть более современный и компактный?

При мысли о том, какой сегодня день, я почувствовала в груди знакомые спазмы. С трудом проглотив скопившуюся во рту горечь, я вымученно улыбнулась, пытаясь приободрить Кэсси.

– Ну, давай же! – настаивала она.

– Хорошо. Положи его вон там. – Я показала в изножье кровати. – Я надену его, как только приму душ и оденусь. – Я похлопала ладонью по кровати рядом с собой. – Залезай-ка…

Кэсси быстро вскарабкалась на постель и легла рядом со мной, согнув ноги и скрестив руки на груди.

– Бабушка встала?

– Ну да. Я же говорила – она дала мистеру Торресу еду… – Кэсси дернула ногой. – А мне бабушка испекла оладьи. С джемом.

Мой взгляд упал на ее запястье.

– А где же твой браслет? – спросила я, чувствуя себя немного разочарованной от того, что Кэсси перестала его носить.

– Ты только не сердись, мам… – Личико моей дочери стало печальным. – Наверное, я его потеряла. Мне так жалко!.. Я искала его везде, но так и не нашла.

– Ты не виновата, – попыталась утешить я ее. – Веревочка, на которую был надет камень, была очень, очень старой. Наверное, она пересохла или перетерлась… – Кэсси и в самом деле была ни при чем. Это я должна была подумать о такой возможности и заменить шнурок. Вообще, на этой неделе я должна была сделать еще немало разных дел, но в суете я о многом просто забыла, не успела, посчитала несущественным.

Рука моя сама собой сжала кулон, который я носила на груди. Это «морское стекло» когда-то подарил мне Оуэн. Что ж, я оставлю его дочери – пусть у нее останется на память обо мне еще что-то, кроме подвески, которую я сделала к ее шестнадцатилетию.

Кэсси неожиданно села на кровати.

– Куда это ты собралась? – Я схватила дочь за руку. Мне очень не хотелось, чтобы она уходила. Только не сейчас.

– Мне нужно ненадолго сходить в мою комнату. – Кэсси выдернула руку и соскользнула на пол. Ее взгляд устремился к двери. – Я приготовила тебе сюрприз!

– Ну хорошо. Пока ты ходишь, я как раз успею быстренько принять душ, только… Только обними меня еще раз, прежде чем ты уйдешь. Изо всех сил обними!

Кэсси крепко обхватила меня ручонками, и я почувствовала, как слезы снова обожгли мне веки. Я с жадностью вдыхала ее запах, пытаясь запечатлеть его в своем мозгу. От Кэсси пахло медом и лимоном, и я подумала, что, когда настанет последний миг моей жизни, мне непременно нужно постараться оживить в памяти этот запах, чтобы вернее унести его с собой туда, где уже не будет Кэсси.

Несколько мгновений спустя я нехотя разжала объятия и слегка подтолкнула дочь к дверям, ведущим в коридор.

– Ну, беги…

Снаружи донесся лай Грязнули (а может, это был Пачкуля), и я снова окликнула дочь:

– Ты не знаешь, Оуэн все еще у себя?.. – Интересно, когда он снова придет к нам, думала я. Ведь Оуэн поклялся, что весь сегодняшний день не будет спускать с меня глаз, значит, он должен скоро появиться.

– Наверное, – крикнула Кэсси уже из коридора, и я услышала, как хлопнула дверь ее комнаты.

Сегодняшнюю ночь – пусть для меня она и была необычно короткой, не больше четырех часов – я проспала, почти не меняя положения, и теперь мое тело основательно затекло. На негнущихся ногах я прошествовала в ванную комнату и слегка приоткрыла в ней окно, чтобы впустить немного свежего воздуха. Пока я принимала душ, Грязнуля и Пачкуля непрерывно лаяли, словно им что-то очень не нравилось. На мгновение мне стало не по себе, но потом я решила, что это, наверное, Оуэн все-таки починил замок на калитке.