Разбивая волны - Кэрри Лонсдейл

– Господи, Молли! Какой ужас!

Я машинально вытерла лицо. Салфетка оказалась мокрой – я и сама не заметила, как у меня на лбу и щеках выступили крупные капли пота.

– Мне даже думать не хочется, что могло бы произойти, если бы я случайно не заглянула к ней в комнату.

– Ну да, я понимаю. – Фиби вытянула губы и отвернулась. Пару мгновений спустя ее ноздри затрепетали, и она снова посмотрела на меня.

– То есть ты смирилась? И ты готова вот так просто взять и утонуть?! – Фиби экспансивно всплеснула руками.

Я пожала плечами, пытаясь продемонстрировать спокойствие, которого я – увы! – не ощущала.

– Умирать я не хочу. Многих утопленников спасают, и я надеюсь стать одной из них.

– Вот и отлично. На будущей неделе мы с тобой вместе посмеемся над твоими страхами… а заодно ты попросишь у меня прощения за то, что напугала меня до чертиков! – Фиби встала. Похоже, моя подруга тоже была не так спокойна, как ей хотелось мне продемонстрировать – от резкого движения ножки ее стула довольно громко заскрежетали по выложенному черно-белой плиткой полу. – И все равно, завтрашний день я проведу с тобой! – заявила она не терпящим возражений тоном. – Может быть, с тобой вовсе ничего не случится, но ради твоего – и моего – спокойствия… В общем, завтра рядом с тобой должен быть кто-то, кто сумеет тебя откачать.

Я удивленно вскинула брови.

– Разве ты знаешь, как это делается?

Фиби наградила меня несколько высокомерным взглядом.

– Конечно! Ведь я – мать четверых детей, и я обязана знать основные приемы сердечно-легочной реанимации. – Она перевела взгляд на часы на стене и слегка нахмурилась. – Уже почти час. Пожалуй, нам пора двигаться, если мы хотим заехать в контору к твоему адвокату.

Кэсси как раз показывала Керту свой браслет с «морским стеклом», который она носила с понедельника, когда я тронула ее за плечо.

– Доедай скорее, Русалочка. – Я показала на остатки ее десерта. – Нам пора ехать.

Если не считать доносившейся с заднего сиденья мини-вэна детской болтовни, дорога домой – с заездом в офис Дейва, где я подписала, наконец, свое завещание, – прошла в напряженном молчании. Фиби, сидевшая за рулем, то и дело хмурилась и почти не смотрела в мою сторону. За весь обратный путь она не сказала мне и десятка слов. Я тоже помалкивала – мне просто было не до болтовни. Наконец мы остановились возле бабушкиного коттеджа, и Кэсси расцеловала всех на прощание.

– До свидания, тетя Фиби. Пока, Керт! Пока, Даника!.. – И, выбравшись из машины, она чуть ли не бегом бросилась в палисадник перед бабушкиным домом. Возле кустов она наклонилась и выдернула из чащи отчаянно извивавшегося Фрэнки. Расцеловав котенка в усатую мордочку, Кэсси посадила его на землю (тот немедленно унесся прочь) и взбежала на крыльцо.

Фиби, сжимая обеими руками руль, продолжала смотреть перед собой.

– Я назначила Оуэна основным опекуном, поскольку… – Не договорив, я прижала ладонь к губам и некоторое время сокрушенно качала головой. – Это… это довольно сложно объяснить… – пробормотала я. – В общем, Оуэн будет заботиться о Кэсси, потому что бабушка серьезно больна. Что касается тебя, то… Оуэну в любом случае понадобится твоя помощь.

Фиби глубоко вздохнула. Луч солнца упал на ее лицо, и на щеке я увидела блестящий мокрый след от слезы. От этого на душе у меня стало еще тяжелее, хотя – видит бог! – мне и так было нелегко.

– Фиби, пожалуйста…

Она кивнула.

– Ладно, проехали. Тем более что к завтрашнему вечеру этот вопрос, скорее всего, уже не будет представлять никакого практического интереса, и… и все мы будем жить спокойно и счастливо до конца своих дней. – Она суеверно скрестила пальцы. – В общем, завтра рано утром я буду у тебя.

Я взялась за ручку дверцы, но заколебалась. Свободной рукой я накрыла ее лежащие на руле пальцы.

– Тогда до завтра, Фибс.

Она коротко кивнула в ответ и отпустила ручной тормоз. Я выбралась из машины и стояла на тротуаре, пока Фиби не отъехала.