Небеса любви - Кэтрин Кингсли

Паскаль был немногословен в тот вечер. Лили знала: нет смысла вызывать мужа на разговор, когда ему хочется помолчать. И потому она не стала ни о чем допытываться. Поскольку же пациентов в этот вечер принимать не пришлось, Лили накрыла ужин раньше обычного. Паскаль ел, но, казалось, даже вкуса еды не чувствовал – витал мыслями где-то очень далеко…

Лили помыла посуду, а ее муж занимался бухгалтерией, как всегда после ужина. Но было ясно: он думал о чем-то другом. Лили подошла к нему со спины и прижала ладонь к его теплой щеке. Паскаль машинально накрыл ее руку своей ладонью. Не добившись от него внимания таким испытанным способом, Лили наклонилась и поцеловала его в щеку.

Он улыбнулся, подняв на нее глаза.

– Прости, герцогиня. Я для тебя сегодня – не лучшая компания.

– Не беда, Паскаль. Меня не надо развлекать. Но я вижу, ты что-то задумал… Может, я чем-нибудь могу помочь?

– Да, но не сейчас. Я обдумываю детальный план того, как пресечь творящееся в замке безобразие. Я говорил с твоим братом сегодня днем.

– И до чего вы договорились?

– Жан-Жак оплатил все счета. Он также решил, что больше не желает развлекать своих друзей.

– Он… что? – Лили прищурилась. – Ну-ка, выкладывай, что ты там с ним делал. Залез ему в голову?

– Ты о чем? – с невинным видом спросил Паскаль. – Мы встретились, и я рассказал ему о том, как обстоят дела с виноградниками. Он остался доволен услышанным и увидел смысл в том, чтобы и дальше вкладывать средства в землю.

– Я думала, что вы об этом с самого начала договорились. Разве не так?

– Да, так. Но Жан-Жак не платил по счетам, и я решил напомнить ему о взятых на себя обязательствах. Оказалось, что он на какое-то время передумал участвовать в возрождении виноградников, но сейчас решил, что должен сосредоточиться на деле. А постоянное присутствие в доме шумных и дурно ведущих себя людей мешает работе.

Лили усмехнулась и пробормотала:

– Хитрый же ты дьявол… Ты ведь покопался у него в голове, да?

– Да, все-таки пришлось вмешаться. Но, честное слово, я действовал очень осторожно. – Паскаль усадил жену к себе на колени, и она прижалась щекой к его груди. – По правде говоря, вначале я был очень груб, но затем Жан-Жак увидел свет…

– Я так и знала… – прошептала Лили.

– Нет, не тот свет, – возразил Паскаль. – Он увидел свет разума. Свет разума в доводах, представленных твоим очень хитрым мужем.

– Понимаю, – отозвалась Лили, покрепче прижимаясь к нему. – Что еще сделал мой очень умный муж?

– Я вызвал эпидемию дифтерии.

– Что?! – Лили вскочила с коленей мужа. И в тот же момент в дверь постучали.

– Должно быть, это ее начало, – с ухмылкой заявил Паскаль.

На пороге стоял отец Шабо, смотревший на хозяев с недоумением.

– Мишель, пожалуйста, проходите, – сказал Паскаль с улыбкой.

– Я получил вашу записку, но я не вполне понимаю, что именно мы должны предотвратить? – пробормотал священник.

– Сейчас объясню, но сначала… Могу я предложить вам стаканчик вина?

– Пожалуй, вино мне не помешает, – пробурчал отец Шабо.

Лили поставила на стол три стакана и откупорила бутылку, а затем и сама села за стол. Она была озадачена не меньше священника. У Паскаля сейчас был самодовольный вид мальчишки, задумавшего всех удивить какой-то грандиозной выходкой.

– Так вот, – со вздохом сказал Паскаль, – мне следует начать с самого начала, но предупреждаю: история будет грустной. – Он начал с Жульена и Пасси и закончил разговором с Жан-Жаком, ничего не утаив.

Лили, ошеломленная, молчала. Молчал и отец Шабо. А Паскаль подытожил:

– Поэтому я намерен всех их отсюда выгнать, а вы мне в этом поможете. Вот, Мишель… – Он достал из кармана список и протянул священнику. – Мне нужно, чтобы вы посетили дома предполагаемых жертв эпидемии. Начнете рано утром и будете ходить весь день или столько, сколько потребуется. Я уже говорил с Пьером, с Чарлзом и со всеми прочими, кто есть в списке. Они все согласились.

Лили с радостным изумлением смотрела на мужа.

– И как все это будет происходить? – спросила она.

– Мари свалится ночью. Эмили уже тяжело болеет. Я позаботился о том, чтобы меня увидели как можно больше людей, когда я заходил в ее дом с медицинским саквояжем. Разумеется, следующим сляжет Джозеф-Жан. Само собой, в домах заболевших должен быть введен карантин, и лишь вы, отец Шабо, как духовное лицо, можете и должны оказывать несчастным всяческую поддержку.

– Нечасто меня призывают участвовать в такого рода розыгрышах, – неодобрительно заметил Шабо. Но тут же добавил: – Ох, чего не сделаешь ради доброго дела?!

– Прекрасно, – кивнул Паскаль. – К сожалению, будут немало встревожены те, кто не посвящен в наши планы, но у нас нет выхода. Надо во что бы то ни стало избавиться от Пасси.

– По поводу Пасси… – нахмурившись, пробормотал отец Шабо. – Речь о крупном мужчине с красным лицом и пренебрежительными манерами?

– Да, это он, – ответил Паскаль. – А почему вы спрашиваете?…

– Сегодня его видели в виноградниках. Он наводил справки о вас с Лили. Ко мне уже приходили трое. Люди волнуются.

Лили с тревогой посмотрела на мужа.

– Он не мог тебя вспомнить?

– Нет, не думаю. – Паскаль покачал головой. – Скорее всего, его озадачило мое неуважительное отношение к столь титулованным особам. Я понимаю, что допустил ошибку, но я был так зол, что гнев застил мне разум. Однако, я уверен, Пасси лишь хотел выяснить, имею ли я какое-то влияние на твоего брата, а если имею, то какое именно. Кто-нибудь ответил на его вопросы, Мишель?

– Увы… Один губошлеп проговорился. Но его имя я называть не стану. Но Пасси теперь знает, что ваша жена – сестра Жан-Жака. Знает и о том, где вы живете и какие о вас ходят слухи. Боюсь, что он может использовать это против вас…