Любовь и прочие неприятности - Киран Крамер

Люди же незаменимы.

«Так это любовь», – подумала Сисси на заднем сиденье автомобиля и сжала руку Наны. Жизнь состоит не только из светлых полос: порой случается что-то непредсказуемое, пугающее, – но всегда нужно помнить о том, что важнее.

Но любит ли ее Бун? Он ничего подобного ей не говорил. Сисси тоже ему не сказала, однако теперь жалела, что вчера в горах не призналась в своих чувствах.

Сисси ощутила панику, когда отец повернул к серпантину, но постаралась успокоиться. Бун не покинет город, как ее родители. Она очень привязалась к нему за последнее время и не представляла дальнейшей жизни без него.

Но как быть с Джанель и многими другими, кто буквально пожирает его глазами? Сегодня на футбольном поле она воочию убедилась в его популярности и теперь с трудом верила, что из всех он выберет ее. Вполне возможно, она нравится Буну, он находит ее умной, привлекательной, желанной, но любовь ли это?

В памяти воскрес совет миссис Хатлбери и миссис Донован: «Сисси, не сдавайся!» – но беда в том, что она уже сдалась.

– Слишком поздно, – пробормотала Сисси, когда машина подъезжала к дому.

– Ты о чем, милая? – спросила Нана.

Сисси придвинулась к ней поближе и тихо спросила:

– Ты согласна с утверждением: «Не отдавай свое молоко за так»?

Бабушка усмехнулась.

– Только так и никак иначе. За свое счастье надо бороться. Ему повезло с тобой, и, я уверена, он это знает.

Сисси видела, как Бун смотрел на нее, когда она вручала ему приз. В этот момент ей так хотелось снять маску официальности и всей душой поверить, что им суждено быть вместе.

– Он мой настоящий герой, Нана, живой! – прошептала Сисси с дрожью в голосе. – Смелый и добрый, умный и сексуальный, он гораздо лучше любого героя из книг…

– Да, ты права. – Нана пожала ей руку. – Ты сделала замечательный выбор, милая.

Дома была мрачная обстановка, и даже хорошая компания не помогла поднять настроение и отвлечься от произошедшего несчастья. Миссис Хатлбери поставила разогреваться домашнюю лазанью. Салли читала Хэнку Дэвису «Где Уолли?». Несколько человек из муниципалитета, театра и другие горожане, включая Старлу, приехали посочувствовать Сисси, и каждый с собой что-нибудь прихватил. В результате получился сытный ужин: лазанья, два больших блюда курицы, два подноса макарон с сыром, три торта и ананасовый пирог. Новости по Кетл-Нобу разлетаются очень быстро, как плохие, так и хорошие.

– Ну Бун всех и удивил! – слышалось со всех сторон.

А народ между тем все прибывал. Толпа собралась в гостиной, стояли люди на кухне, на улице разожгли костер.

Актеры местного театра что-то бурно обсуждали, и до Сисси донеслось:

– Выходит, все это сплетни, что Элла была его любовницей. Она просто ему помогала.

– Судя по всему, да – именно об этом он и сказал сегодня.

Потом кто-то все вспомнил, какое отношение к этой истории имеет Сисси.

Заметив в этой группе и Старлу, которая невесть как оказалась среди местных звезд, Сисси подошла ближе.

– Ты ведь не встречаешься с ним? – сочувственно улыбнулась ей владелица кафе. – То есть не встречалась? Это был просто поцелуй в гараже у пикапа, ничего больше. У каждой женщины наверняка было в жизни нечто подобное.

Сисси покраснела.

– Верно.

– И все-таки, – влезла в разговор местная звезда, – что же вас связывает?

Пусть это и никого не касалось, но все замолчали, чтобы услышать ответ. Эти люди были всегда очень добры к Сисси, она считала их своими друзьями, поэтому решила поверить, что Бун испытывает к ней серьезные чувства.

– Он мне очень нравится, – тихо, но твердо сказала Сисси. – То есть нет, не так. Я его люблю.

Раздались восхищенные возгласы, и толпа выдохнула с облегчением.

– Правда, он еще ничего не знает, но я скажу. Сегодня. – Сисси улыбнулась и пожала плечами. – А теперь, извините, мне нужно идти.

Пока Сисси шла к дому, до ее ушей донеслось еще несколько неловких реплик, и она заставила себя идти спокойным шагом, расправив плечи, с гордо поднятой головой.

– Ну эта парочка дает! – воскликнул кто-то из актеров. – Знают, как навести шороху.

Сисси улыбнулась: если Бун больше не собирается ничего скрывать, то чем она хуже?

Бун прибыл к библиотеке слишком поздно – Сисси уже уехала домой, но сумел перекинуться парой слов со Скотти.

– Не могу даже предположить, кто в Кетл-Нобе способен на такое злодейство, – пожал плечами Бун. – Может, ты просто насмотрелся детективов.

– Может, да, а может, и нет, – загадочно ответил шеф полиции. – Ты сейчас куда?

– К Сисси.

– Уверен, что надо?

– А почему нет?

– Да у них сейчас, почитай, весь город. И обсуждают не только пожар, но и тебя.

– Ничего, я выдержу.

Родители уже оборвали телефон, но Бун не хотел слушать их сетования по поводу его выступления. Он не сомневался, что они сделают все возможное, чтобы заставить его пожалеть о своем поступке.

Шеф покачал головой.

– Я сам не слышал, но мне уже все передали.

– И что?

– Ты меня обидел своим недоверием, а я-то, дурак, считал себя твоим другом, близким другом.

Бун посмотрел ему в глаза.

– Прости. Я думал, что все станут меня презирать или, того хуже, жалеть, если узнают правду.

– Глупо! – Скотти ткнул кулаком Буна в плечо.

– Знаю. – Бун ответил другу тем же.

Вот так просто: друзья остаются друзьями.

– Так что у вас с Сисси? – спросил Скотти.

– Много чего, и все просто замечательно.

Шеф улыбнулся:

– Это самые лучшие новости для меня. Мы с Линдой очень за вас переживали. Могу я кое в чем признаться?

– Разумеется.

– Я надеялся, что «обезьянник» вас как-то сблизит. Знаешь, для меня всегда было очевидно, что вы должны быть вместе.

– Ах ты, хитрый сукин сын!

Скотти рассмеялся, и они по-дружески обнялись.

Когда Бун ехал по серпантину к дому Сисси, телефон зазвонил снова. На дисплее высветилось имя сестры – это Дебби звонила из Роли. Означать это могло только одно: родители ей все рассказали, и теперь она намерена от имени всей семьи высказать ему претензии.

Вздохнув Бун решил все-таки ответить.

– Привет, Дебс.

– Не спеши отключаться – я не собираюсь на тебя орать.

– Да ладно?

– Правда-правда. Звонили родители: очень переживают за последствия.