Небеса любви - Кэтрин Кингсли

По телу Паскаля прокатилась дрожь.

– Лили, вы действительно все это видели?

– Да, – кивнула она в ответ.

Он на мгновение зажмурился и воскликнул:

– О господи, что вы, должно быть, обо мне думаете!

– Я думаю, что вы чудесный, – прошептала Лили.

– Вполне уместная интермедия. Номер называется «Святой Паскаль и его Исцеляющие руки».

– Нет, Паскаль, вы не святой. Вы мой муж, которого я люблю так сильно, что это меня даже пугает.

Паскаль взял жену за плечи и, чуть отстранив от себя, пристально посмотрел ей в глаза.

– Лили, почему вы говорите это именно сейчас? Из-за того, что я сделал сегодня?

Она покачала головой.

– Нет, не из-за того, что вы сделали, а из-за того… Из-за вас самого, Паскаль. Я люблю вас вовсе не за ваши способности, хотя и они – тоже часть вашей личности.

– Вы в этом уверены?… – пробормотал он так, словно каждое слово давалось ему с огромным трудом.

– Да, конечно. Абсолютно. Разве рискнула бы я сказать вам такое, если бы не была уверена в своих чувствах к вам? – Лили провела ладонью по его щеке, чувствуя тепло его кожи, чувствуя, как пробивавшаяся щетина царапает ее пальцы. Ох, он был самый настоящий мужчина. Из плоти и крови.

– Лили, эти мои способности… Людям трудно их принять.

– У некоторых людей плохо с воображением, – со вздохом констатировала Лили.

– Можно, конечно, отшутиться, но ведь легче от этого не станет, – со вздохом сказал Паскаль. – Этот мой дар… Он создает барьер между мной и всеми остальными.

Лили ласково улыбнулась мужу.

– Паскаль, я вовсе не пытаюсь отшутиться, но лично я никакого барьера не чувствую. Наверное, мне повезло, потому что для меня… Знаете, чудо куда легче понять и принять, когда видишь, как оно происходит, когда видишь, как красиво золотое сияние, заполняющее все вокруг, – кажется, что солнце исходит из вашей груди и из рук. И это сияние… Оно придает тому, что вы делаете, вполне земную достоверность. Вы понимаете, о чем я?…

Паскаль молчал. И он смотрел на жену с опаской, смотрел так, словно боялся ей поверить. А она между тем продолжала:

– И я уверена: всему, что вы делаете, можно найти вполне разумное объяснение. Разве вы со мной не согласны?

– Разумное объяснение? Вы сами-то себя слышите? В чем же оно состоит, это ваше разумное объяснение?

– Послушайте же меня, упрямец! Месяц назад вы сделали нечто такое, что изменило меня! Вы тогда взяли меня с собой, и после этого мне стало ясно: мы с вами – одно целое.

Паскаль кивнул, как бы соглашаясь с ней, и тут же пробормотал:

– Но тогда… Это было совсем другое…

– Отчего же? Оттого, что все происходило только между нами, а не между вами, Богом и младенцем? В тот день вы вернули мне мою жизнь точно так же, как сегодня вернули жизнь тому ребенку. И вы прекрасно знаете, что именно вы сделали, – потому что вид у вас тогда был… весьма самодовольный.

Паскаль едва заметно улыбнулся.

– Самодовольный? Даже так?

– Да, именно так.

– Что ж, если честно… Да, верно, я был доволен собой. Но и вами – тоже.

– Тогда почему бы вам и сейчас не быть довольным? Да, конечно, я не могла отправиться с вами туда, куда вы отправились с ребенком Эмили и Чарлза. Ведь у меня нет вашего дара… Но все-таки я смогла кое-что увидеть, а главное – кое-что почувствовать. И я действовала в точном соответствии с тем, чему вы меня учили. Я действовала так, потому что поняла: вы, Паскаль, делаете царство Бога реальным.

Он опустил голову. И не произносил ни слова.

И тут Лили взяла мужа за руку и прижала губы к его ладони.

– Почему такая красота должна разделять нас вместо того, чтобы сделать ближе друг другу? – прошептала она.

Паскаль поднял на нее взгляд и увидел в ее глазах слезы.

– Я… Я не могу… – Он умолк и судорожно сглотнул.

– Я начинаю думать, что вы в меня не верите, – сказала Лили. – Вы ведете себя так, словно это вы – неверующий!

Паскаль привлек ее к себе.

– Лили, вы необыкновенная. Мне давно следовало бы это осознать, но я думал…

– Что вы думали? Что покажетесь мне гадким?

– Да, именно так. И даже хуже… Думал, вы будете смотреть на меня с благоговейным страхом. Эта мысль была мне невыносима. Но я не знал, что вы так далеко продвинулись. Просто не думал, что такое возможно.

Лили улыбнулась, уткнувшись лицом в его рубашку.

– Я люблю вас, Паскаль. Может, вы и упрямый, как баран, – говорила Лили, поглаживая мужа по спине, – но зато вы мой упрямый баран.

– Так и есть, герцогиня, – прошептал Паскаль.

Лили вдруг отстранилась от него и окинула насмешливым взглядом.

– А что до благоговейного страха… Если вы рассчитываете, что теперь я буду обращаться с вами не так, как до сих пор, то вас ждет горькое разочарование. Может, вы многих и одурачили, заставив поверить в то, что вы – что-то вроде святого, но меня вы не проведете.

– Даже так? – Паскаль приподнял брови.

– Даже так. И знаете… Я тщательно все обдумала и решила: святым не подобает иметь плотские желания, которые вы, дорогой муж, совершенно определенно имеете! – Лили задорно улыбнулась. – И, следовательно, никакой вы не святой, а самый настоящий сердцеед, каким я вас и считала с самого начала.

– Но Лили, ведь я…

Приложив палец к его губам, она продолжила:

– Да, не сердцеед, конечно. Для сердцееда вы слишком уж нерасторопны. Другой бы на вашем месте не стал бы медлить.

– Вы просите, чтобы я вас поцеловал? – Паскаль улыбнулся.

Вместе ответа Лили обхватила руками его шею и прижалась губами к его губам. Паскаль осторожно опустил ее на траву и оторвался от ее губ только тогда, когда она начала задыхаться.

– Довольны ли вы, герцогиня? – прохрипел он, тяжело дыша.

– Нет еще, – ответила Лили. – Будьте же вы настоящим развратником, Паскаль. Ей-богу, я не переживу, если вы сейчас начнете корчить из себя святого.

Он рассмеялся – и долго не мог остановиться. Наконец, отсмеявшись, крепко обнял жену и мысленно воскликнул: «Спасибо Тебе, Господи, спасибо! Спасибо за то, что послал мне Лили!»

И действительно, какая из женщин могла бы сорваться с монастырской стены – и свалиться ему под ноги? Только Лили! Выходит, он зря гневил Господа, считая, что Он к нему жесток. Лили была дана ему не в наказание, а как милость.

– Паскаль… – Она гладила его по волосам.

Он приподнялся на локте и заглянул ей в глаза.