Соблазнительная невинность - Ванесса Келли

Вивьен смотрела, как эта парочка тихонько совещается о чем-то, и нетерпение охватывало ее все сильнее. Она вскочила. Голова снова закружилась, но равновесия она не потеряла.

– Прошу прощения! – громко сказала Вивьен. – Но раз уж я, похоже, должна ехать в какую-то деревню, может быть, вы все-таки поделитесь хоть какими-нибудь подробностями? Подойдет все что угодно. Куда мы едем, зачем – и тому подобное. Не то чтобы я хотела лишний раз вас беспокоить, вы же понимаете, – саркастически добавила она.

Леди Торнбери, по-прежнему свежая и элегантная, как и пять часов назад, подплыла к ней с безмятежной улыбкой, взяла с шезлонга кашемировую щаль и укутала плечи Вивьен.

– Я знаю, ты расстроена, милая моя, – сказала она. – Но Аден тебе все объяснит. А я должна проследить за приготовлениями, но очень скоро вернусь.

Она осторожно поцеловала Вивьен в щеку и пробормотала:

– Ты должна доверять Адену. Все, что он предпринимает, делается только для твоей безопасности. Он заботится о твоем благополучии.

Вивьен буркнула что-то об упрямых самонадеянных мужчинах, вызвав у леди Торнбери улыбку. Та сочувственно сжала ее руку и торопливо вышла из комнаты.

Оставшись с Аденом наедине, Вивьен поняла, что вся ее храбрость, подпитываемая раздражением, куда-то делась. Она чувствовала себя измученной, встревоженной и виноватой в смерти грума. Вряд ли она когда-нибудь сможет забыть, как тело мальчика лежало на мостовой в луже крови.

И трагическая гибель Джема – это ее вина, пусть только частично.

– Вивьен, ты устала. Пожалуйста, сядь, пока не упала, – произнес Аден с некоторым раздражением. – Я буду рад рассказать тебе все, но точно не обрадуюсь, если придется поднимать тебя с пола или нянчиться с тобой, если заболеешь.

– Со мной все хорошо, – решительно возразила Вивьен. Это, конечно, неправда, но ему хватает своих забот, чтобы еще беспокоиться за нее. Поэтому она снова опустилась в шезлонг, а капитан пересек комнату и встал перед ней. Она чувствовала, что ему не хочется находиться рядом, и сердце ее снова защемило.

– Мне очень жаль, что с Джемом случилось такое, – натянутым голосом произнесла Вивьен. – И прошу прощения за все, за все. Вы только пытались помочь, и…

– Не нужно никаких извинений, Вивьен. Я знаю, что сегодняшняя ночь причинила вам много страданий, но лучшее, что вы можете сделать, – это выбросить все происшедшее из головы. Нет никакого смысла думать об этом, по крайней мере сейчас.

Его твердый тон ясно говорил ей, что тема закрыта. И так же ясно Вивьен видела, что он прилагает огромные усилия, пытаясь подавить свой гнев. Непонятно только, на кого он сердится.

Впрочем, какая разница? Она винила себя за все, что произошло в последнее время, так же, как наверняка винил себя Аден. И все уродство теперешней ситуации всегда будет стоять между ними непреодолимым барьером даже к зачаткам дружбы.

Вивьен впилась ногтями в ноги, безжалостно подавляя желание заплакать. Как эгоистично с ее стороны переживать из-за собственных чувств, когда юноша, пытавшийся ее защитить, лежит сейчас хладным трупом на столе покойницкой.

– Ну хорошо, – сказала она. – Полагаю, тогда самое время поговорить о случившемся сегодня. Кто, по-вашему, несет ответственность за эту попытку?

Его взгляд нетерпеливо метнулся к часам.

– Я никуда не поеду, пока вы не ответите на мои вопросы, – решительно заявила Вивьен.

Аден потер лоб и кивнул. Медленно опустившись на краешек кресла, он вытянул ногу, поморщился и рассеянно начал массировать колено, как будто оно болело.

– Позвольте, я помогу вам, – поторопила его Вивьен. – Мой похититель явно не ростовщик Кита.

Аден на мгновение замер, затем откинулся на спинку кресла и лениво положил ногу на ногу. Кто угодно сказал бы, что перед ним джентльмен, которому некуда торопиться, вот только выглядит он так, будто валялся в грязи (собственно, так и было), да еще у него безобразный синяк на правой скуле.

– И почему вы пришли к такому выводу, миледи?

Она поморщилась.

– Должно быть, вы и вправду считаете меня совершенной дурочкой. – Его глаза расширились, но Вивьен жестом велела ему помолчать. – Это не важно. Кит уже заплатил этому человеку восемь тысяч фунтов. Нет никакого смысла похищать меня теперь, да и вообще, если уж на то пошло. Я с самого начала ошибалась, подозревая его.

– Довольно толковое наблюдение, но я очень быстро догадался, что этот ростовщик просто запугивает. Все это лишь пустые угрозы.

Вивьен гневно сверкнула на него глазами.

– Вы беседовали с ним, но даже не подумали рассказать об этом мне?

Аден открыл рот, закрыл и снова открыл.

– Да, я с ним разговаривал. И нет, я не подумал рассказать вам.

– Я глубоко шокирована. Нет, погодите, уже даже не шокирована, – фыркнула Вивьен.

Он тоже коротко хохотнул.

– Простите меня, миледи. В будущем буду делиться с вами всеми результатами своего расследования.

– Превосходно. Значит, можете начать прямо сейчас, сообщив, кто, по-вашему, за этим стоит.

– Основные подозрения падают на князя Ивана, – сказал он. – Полагаю, вы его заподозрили первым, верно?

Вивьен уперлась локтями в колени и прижалась лбом к ладоням.

– Да, верно. Но я убедила себя, что это нелепо. – Она подняла голову и наткнулась на сочувственный взгляд Адена. – Он же князь, ради бога! Почти принц и к тому же приглашенный сановник! Неужели он действительно думал, что сможет выйти сухим из воды?

– Мог, и до сих пор может, если мы не будем очень осторожными.

– Похитив меня? – с недоверием спросила Вивьен. – Он хочет на мне жениться, но как ему это поможет? Законы против похищения наследниц и принуждения их к браку очень строгие. – Она мгновение подумала. – Я, конечно, не наследница, но вы поняли, о чем я.

– Понял. – Аден сменил позу, подавшись вперед с очень напряженным видом. – Но Хованский не просто хочет на вас жениться, Вивьен. Он вами одержим, и думаю, он готов на самый гнусный поступок, лишь бы завладеть вами.

Вивьен смотрела на него, а ее усталый мозг не мог справиться с этим абсурдом.

– Не понимаю. Он знает, что я не хочу за него выходить. С учетом того, насколько он мне омерзителен, зачем ему вести себя так безумно? Это совершенно бессмысленно.

Аден поморщился.

– Подобного рода одержимость разумной не бывает. Князь не в ладах с разумом, и не может принять ваш отказ. Самонадеянность Хованского основана на том, что он князь, человек исключительно богатый и могущественный. Подозреваю, что до сих пор никто никогда ему не отказывал. А если и возражали, то потом очень об этом жалели. Вы сказали «нет», чем только подстегнули его решимость завладеть вами. Поверьте, Вивьен, этот человек крайне опасен.