Алый камень - Э. Энн Джуэл

Поза Тео жесткая, челюсть сжата, глаза остекленели.

— Почему? — он качает головой.

— Просто… — мой расфокусированный взгляд скользит к его груди —…слишком много эмоций — все сразу. Жизнь и смерть. Любовь и потеря. Гнев и сожаление. Слишком много, чтобы чувствовать. Я просто… — Я пожимаю плечами —…сломалась. И в мгновение ока все чувства исчезли. Это было похоже на обретение сна после длительной бессонницы. — Мои глаза снова переходят на его. — Единственное, что я действительно чувствовала, это объятия смерти. Невесомые. Мирные. Безмолвные. Идеальные.

Он глотает снова и снова, возможно, в поисках слов или сил, чтобы их произнести. Я не уверена, что они существуют. Тео боролся с любовью ко мне и ненавистью ко мне. Он хотел забрать жизнь. Я хотела отпустить одну. Это миллион способов испортить жизнь. Это невозможно объяснить.

— Ты… — он крепче сжимает мое лицо, прижимаясь своим лбом к моему —…теперь моя. Я строю тебя. Я даю тебе жизнь. Я снова делаю тебя совершенной.

— Ты — Закон, — шепчу я с растущей на лице улыбкой. Мне приятно, чувствовать себя хорошо.

Он ухмыляется.

— Чертовски верно. — Его губы крепко прижимаются к моим.

Его руки скользят по моей шее, останавливаясь большим пальцем на моей вене. Мое сердце сжимается. Он щупает мой пульс. Я считаю вдохи… Тео считает удары сердца.

Я стону, когда его язык погружается глубже в мой рот, а его руки двигаются по моей груди, переходя к джинсам. Он возится, сильно дергая за пуговицу, его движения становятся все более нетерпеливыми. Я отталкиваю его руки и расстегиваю их, пока он не разорвал их.

Он рычит и приседает передо мной.

— Я растегну…

Он обрывает меня твердым взглядом. Отпихивая мои руки, он стягивает с меня джинсы и трусики, словно чертовски злится, что я вообще их надела. Снимает один ботинок, затем другой. Я хватаюсь за край коробки позади меня, чтобы удержаться, пока он стягивает с меня джинсы и трусики.

Мои ребра говорят моему сердцу, чтобы оно успокоилось. Я нахожусь в режиме жужжащей птицы, когда Теодор Рид стоит, глаза наполнены голодом ко мне, как у льва, находящегося в нескольких дюймах от своего обеда.

Он делает шаг ко мне. Я делаю шаг назад. Несколько коробок падают на пол, заставляя меня отступить еще на шаг. Тео не вздрагивает. Стена спасает меня от падения на задницу. Когда я начинаю вдыхать облегчение, Тео прижимается своим ртом к моему, его глубокий стон вызывает мурашки по коже.

Он прижимает меня к стене только своим ртом. Мои руки царапают его голову, мне чертовски не хватает его волос. Резкое шипение его молнии дает мне понять, что я нахожусь в нескольких секундах от того, чтобы быть оттраханной как никогда.

Не ожидая ничего меньшего от этого чудовища, отчасти человека, отчасти зверя, того, ради которого я буквально решилась жить, он оставляет меня задыхаться, облизывая пальцы, проводя ими между моих ног, а затем поднимает меня, прежде чем вонзить в меня свой твердый член до упора.

— Блядь… Тео! — кричу я.

Нет. Никакой адаптации. Это никогда не было его стилем.

Он кусает меня за шею, оставляя первый из множества следов. Затем его губы изгибаются в ухмылку на моей коже, когда он приближает их к моему уху.

— Да… именно это ты и собираешься сделать. (разное значение одного слова Fuck — блядь и трахать)