Почерк судьбы - Шарлотта Лукас

Ханна

14 января, воскресенье, 17 часов 14 минут

– Когда ты ела в последний раз?

Лиза была просто в шоке, когда перед ней открылась дверь квартиры Симона. Она пришла, чтобы забрать Ханну на чтения Себастиана Фитцека в «Кампнагеле».

– Что? – рассеянно спросила Ханна, нервно поправляя пальто обеими руками.

Она хотела его застегнуть, но пальцы так дрожали, что не удавалось просунуть пуговицы в узкие петли. Ханна обессилела, возможно, у нее резко упал сахар в крови, и она готова была в любой момент упасть в обморок. Но она этого не могла допустить, ведь ей непременно надо было отправиться на чтения вместе с Лизой, так как для нее это был последний лучик надежды.

– Все в порядке, – пробормотала она, – можем идти.

Лиза положила руки ей на плечи и озабоченно посмотрела на подругу.

– Ханна! Ты выглядишь просто ужасно, от тебя осталась только тень.

– Со мной все хорошо, – заверила ее Ханна. – Правда.

– Я тебе не верю, – вздохнула Лиза. – Если бы я знала, что ты устроила голодовку, я бы забрала тебя к себе и откармливала своими руками.

– Я ела!

– Неделю назад?

– Это все равно! Пойдем, иначе мы не успеем к началу.

– У нас еще куча времени, – решительно заявила Лиза, подхватила Ханну под руку и затащила обратно в квартиру Симона. – Прежде чем мы поедем, я сделаю тебе бутерброд.

– Это будет проблематично, – объяснила Ханна. – Здесь совершенно пустой холодильник.

– Хорошо, тогда мы поедим где-нибудь по дороге.

– Это займет слишком много времени! Лиза, пожалуйста! Мне нужно непременно быть возле кассы, как только откроется окошко! Если кто-то придет за билетами, я ни в коем случае не должна его пропустить.

Подруга схватила ее за руку и потащила к выходу.

– Не беспокойся, мы приедем вовремя. Но ты непременно что-нибудь съешь, пусть даже это будет содовый багет^[46] на заправке. И никаких возражений!

– Хорошо, – тихо ответила Ханна и послушно побрела за Лизой.

Как бы ужасно она себя ни чувствовала, все же отметила: как хорошо, когда о тебе заботятся с такой любовью!

Она и сама понимала, что долго так не протянет. Последние полторы недели она только тем и занималась, что лежала в постели Симона, за исключением походов на берег Альстера и расклейки объявлений. Ханна ревела и то и дело проверяла, работает ли телефон. Это практически лишило ее сил. Ее поддерживало осознание того, что розыски Симона – главное дело всей ее жизни.

Когда она, спотыкаясь, спускалась по лестнице вслед за Лизой, то мысленно уже находилась в «Кампнагеле». Неужели ее молитвы наконец-то будут услышаны, и если не сам Симон появится на авторском вечере, то хотя бы тот человек, что нашел его ежедневник? Вдруг он расскажет ей, что случилось с ее парнем?

Ханна очень сомневалась, что все произойдет именно так, и тем не менее живо представляла, как кто-то стоит перед ней и говорит, что знает, где находится Симон. Как он объясняет, что вся эта история с самоубийством – просто ужасное недоразумение и ее парень жив и здоров.

Но как может выглядеть этот человек? Как ни старалась Ханна вызвать у себя в голове образ неизвестного избавителя, приблизить его до дистанции визуализации ей не хватало сил. И, чтобы возродить ее веру в то, что в конечном итоге все как-то образуется, одного багета из магазина на заправке явно будет недостаточно.