Почти англичане - Шарлотта Мендельсон

Этого она и боялась. Петер или ничего не знает, или расскажет ей историю о войне, настолько ужасную, что… Что? Мир, не вынеся правды, рассыплется в пыль и растает?

– Случилось что? – тихо спрашивает она. – Расскажи. Если можешь.

– Я не в курсе…

– Как это?

– Так получилось. Ты же их знаешь, они скорее умрут, чем признаются, что… умирают. Например. Там было что-то, черт, сейчас вспомню, что-то насчет бизнеса вроде бы.

– Что? Это как с картинами, которые украли нацисты и которые всплыли в швейцарских банках?

– Нет, конечно. Они… я тогда еще не родился. Это было в Паласлани. Лучше спроси у Рози.

– Как ты себе это представляешь? Напрягись.

– Ладно, ладно. Да нет, я помню, просто не люблю говорить… Неважно. В общем, Золтан, мой Золтан, должен был получить в наследство дедушкино поместье.

– У него было поместье? Я не знала.

– Было, а как же. Где-то в деревне. Розовый особняк, всюду лошади. Он мне рассказывал, – добавляет Петер, и Лора слышит, как он глотает комок, – рассказывал, как они в начале лета снимали обувь и не надевали ее, пока не возвращались в город. Ну и вот, все это должно было перейти ему по наследству – дом, бизнес. Все, что нужно, чтобы делать седла для австро-венгерской армии. Колодки? Лекала? Не знаю. В любом случае все досталось Тибору.

– Что?!

– Тибор оговорил его, что ли. Он работал на моего деда, отца Золтана. Был управляющим или кем-то там, и…

– Подожди-ка, оговорил? Лучшего друга? А Золтан где был?

– В колледже, наверное? Он же учился на врача. Тибору доверяли, ну, он был из местных. Из бедной семьи. Его братья и сестры надевали в школу одну пару ботинок, по очереди. Дедушка его любил – лучший друг сына, как-никак. Ну, и поверил, когда Тибор сказал, что Золтан – морально… как это называется? Нечестный, короче.

– Ты шутишь.

– Нет.

– Но зачем?

Петер глубоко вздыхает.

– Потому что… потому что еще до Рози, а значит, я так думаю, еще до войны, у Золтана была девушка. И она была – подожди, не перебивай, – она была в разводе.

– Ох…

– Так что ставки были высокие. У нее, кажется, был ребенок; я слышал какую-то историю про переезд через границу в дипломатическом вагоне. Вот так. А потом, без наследства, Золтан приехал в Англию – хотел начать новую жизнь с другими людьми, и среди них была Рози, которая в университете дружила с той женщиной. Об этом-то ты должна знать…

– Нет. Они мне не рассказывали.

– Это было как раз перед войной – тогда и началась вся эта морока с поддельными визами и паспортами, которыми занималась Рози. Ты и этого не знала?

– Нет. Честно. Как ты…

– Слышал, то здесь, то там. Ну и вот, пока они рисковали жизнью на поезде – не помню каком, в Бельгию, или в Амстердам… неважно – в общем, Тибор, лучший друг Золтана, соблазнил ту женщину.

– О нет!

– О да. Думаю, с Золтаном она к тому времени уже разошлась – в такой-то неразберихе, – но факт остается фактом. Тибору досталось все. Он даже женился на ней. Ублюдок.

– Значит, с войной это никак не связано? Падение. Предательство.

– Нет. С чего ты взяла?

– Да так, подумала. Неважно. Бедный Золтан.

– Знаю. И это еще не все, потому что…

– Боже, – говорит Лора, – я совсем забыла. Они ведь ждут меня наверху.