Перемены - Даниэла Стил

— Мне так хочется, чтобы ты поскорее приехал к нам.

— Мне тоже Марк практически не находит себе места.

Но накануне отъезда их поездка чуть не сорвалась.

Поступила молодая женщина, у которой началось отторжениедонорского сердца, и с тяжелой инфекцией.

Когда она услышала об этому у Мел заныло под ложечкой,однако она не стала настаивать, чтобы Питер непременно приехал или уговорилсвоих коллег вместо него прооперировать больную. Но к утру бедная женщинаумерла. Он в подавленном настроении сообщил Мел об этом по телефону наследующий день.

— Мы ничего не могли сделать.

— Я знаю это. Сейчас тебе необходимо уехать иотвлечься.

Но для него поездка была омрачена смертью пациентки, и онмолчал всю дорогу, пока они с Марком летели до Бостона. Но потом Питернесколько оживился и завел с Марком разговор о Мел и ее дочерях.

— Они очень хорошие, папа. — Марк покраснел,говоря нарочито беспечным тоном, и Питер улыбнулся.

— Мне они тоже нравятся.

Как чудесно вновь увидеть Мел, и он думал только об этом,когда маленький самолет приземлился на узкой взлетно-посадочной полосе. Питерустремился из самолета вслед за Марком, который пулей вылетел в дверь изаспешил вниз по шаткому металлическому трапу, а затем резко затормозил передВал, не зная, пожать ей руку, поцеловать ее или просто сказать «привет!». Онстоял, переминаясь с ноги на ногу, краснея. С Вал творилось то же самое. АПитер крепко обнял Мел и прижал к себе, а потом поцеловал Пам, Джесс и Вал, азатем Мэта. Вал с Марком направились в багажное отделение. Питер заметил, какМарк украдкой взял ее за руку, и усмехнулся, глядя на Мел.

— Ну вот, они снова вместе.

Мел улыбнулась, глядя на шедших далеко впереди влюбленных.

— По крайней мере, здесь они не могут потеряться вгорах.

Однако они слишком надолго уплывали на лодке в море, иПитеру пришлось им напомнить о правилах, на которых он настаивал в Аспене.

— Эти правила остаются в силе и здесь.

— Ох, папочка, — едва не плача, возразил Марк,чего с ним не случалось уже несколько лет, но ему так хотелось побыть наедине сВал. — Нам просто нужно поговорить.

— Тогда делайте это при всех.

— Фи! — Пам сморщила носик. — Ты бы толькопослушал, какую чепуху они несут.

Но Мел заметила, что на пляже появился четырнадцатилетниймальчик, к которому Пам отнеслась благосклонно. К концу выходных, кажется,только Джесс и Мэтью сохранили благоразумие. Джессика уже думала о школе, а Мэтбыл так счастлив с Мел и отцом, что ни о чем не беспокоился. Ему все времянеосознанно хотелось обрести полноценную семью.

А Питер посмеивался над Ракелью, которая по достоинствуоценила его и подолгу рассуждала о том, как ему повезло, что он познакомился сМел, что ей так нужен был хороший человек. Мел пришла в ужас, когда Питеррассказал ей об этом, лежа на пляже.

— Ты шутишь? Она так и сказала?

— Да. Возможно, она права. Может быть, именно это тебеи надо. Хороший муж, чтобы ты ходила босая и беременная.

Этот разговор, похоже, забавлял его, но еще больше емунравилось наблюдать, как резвятся дети в последние дни уходящего лета. Он неспускал глаз с Марка. Ему не хотелось, чтобы сын уединялся с Вал.

Питер понимал, как их влечет друг к другу. Потом Питер сноваповернулся к Мел, вспоминая слова Ракели.

— Что ты скажешь на это?

— Не сомневаюсь, что для всех это станет сенсацией.

Она удивилась вопросу, но не восприняла его всерьез. СейчасМел просто радовалась, что они вместе, и ей не хотелось задумываться о будущем.

— Ты напомнил мне кое о чем. Я должна позвонить своемуадвокату после Дня труда.

— Зачем?

— Мой контракт заканчивается в октябре, и я хочухорошенько заранее подготовиться и обдумать, какие основные пункты мне следуетвключить в новый контракт.

Питера приводило в восторг то, как она справлялась со своейработой. По правде говоря, его многое восхищало в ней.

— Теперь у тебя должно быть право выдвигать собственныетребования.

— В какой-то мере да. Я хочу как-нибудь посидеть садвокатом и выяснить, что он думает по этому поводу.

Питер беззаботно усмехнулся; безумство последних леткоснулось их всех.

— Почему бы тебе просто не оставить работу?

— А что потом?

— Переехать в Калифорнию.

— И продавать на пляже жевательную резинку?

— Конечно, нет. Возможно; тебя удивит, но теперь у настам есть телевидение. И даже выпуски новостей. — Он улыбался, а Мелподумала, что он никогда не выглядел таким красивым.

— Неужели? Как интересно — Но она не воспринимала этопредложение всерьез до тех пор, пока он не потянулся к ней и не коснулся ееруки, и вдруг Мел заметила, что он как-то странно смотрит на нее.

— Ты знаешь, ведь ты могла бы сделать это.

— Что? — У нее по спине вдруг побежал озноб,несмотря на палящее солнце.

— Оставить работу и переехать в Калифорнию. Ты могла быустроиться на телестудию в Лос-Анджелесе.

Она от неожиданности приподнялась и уставилась на Питера,лежащего на песке.

— Ты хоть представляешь, сколько лет мне потребовалось,чтобы занять теперешнее положение на студии? Я работала как вол, чтобы получитьэту работу, и не собираюсь отказываться от нее, поэтому, пожалуйста, не шутитак, Питер. Никогда. — В расстроенных чувствах Мел снова легла рядом с нимна песок.

Она не находила ничего забавного в этом предложении. —Почему бы тебе не отказаться от своей работы и не начать все заново вНью-Йорке?

Она заметила, что он внимательно смотрит на нее, и ей сталостыдно за свой резкий тон. Он обиделся.

— Я бы сделал это, если бы мог, Мел. Я готов на все,чтобы быть рядом с тобой.

— А ты понимаешь, что и мне это сделать нелегче? — примирительно произнесла она. — Для меня покинуть Нью-Йоркозначает спуститься на ступеньку, куда бы я ни поехала.

— Даже в Лос-Анджелес? — Он выглядел подавленным.Ситуация казалась безнадежной.

— Даже в Лос-Анджелес. — Помолчав, она добавила:

— Нам необходимо найти какой-то способ быть вместе.

— Что ты предлагаешь? Проводить выходные вКанзасе? — с горечью спросил Питер.

— Как ты считаешь, что из этого может получиться, Мел?Летний роман? Мы станем встречаться в выходные и по праздникам?

— Я не вижу выхода. Я могу навещать вас вЛос-Анджелесе, а вы будете приезжать в Нью-Йорк.