Перемены - Даниэла Стил

— Все прекрасно, — быстро ответила Вал, свосхищением глядя на Питера, а позднее она шепнула матери:

— А он красивый.

Мел рассмеялась. К сожалению, она была такого же мнения и оего сыне. Но Мел предупредила ее, что еще один роман только осложнит всем имжизнь в ближайшие две недели. И Вал во время полета в Денвер пообещала невлюбляться. Но, когда в тот вечер они все вместе готовили ужин и она с Маркомбыла поглощена приготовлением салата с печеной картошкой, Мел поняла, чтонового романа не избежать. Она только надеялась, что они будут вести себяразумно и устанут друг от друга за две недели. Вал не отличалась пристрастием кдлительным увлечениям, как призналась со смехом Джессика, когда они вместе сПам сидели у камина, уложив Мэта в постель.

— Мне кажется, Марк не сводит с вас глаз, с тех пор каквы появились здесь, — усмехнулся Питер, ценя усилия старшей из двойняшексблизиться с его дочерью и развлечь ее. Джесс произвела на него большоевпечатление, и он припомнил многое из того, что Мел рассказывала о ней. Девочкиоказались именно такими, как описывала Мел, особенно Вал, которую легче былопредставить на обложке «Плейбоя», чем выпускницей средней школы.

— Я слышал, ты хочешь поступить на медицинскийфакультет, Джесс.

Ее глаза загорелись при этом вопросе, а у Пам появилсяскучный вид.

— Это отвратительно.

— Я знаю. — Она ласково посмотрела на Пам. —Все так считают. Я хочу стать гинекологом или педиатром.

— Обе специальности хороши, но предъявляют многотребований.

— А я мечтаю работать фотомоделью, — заявила Пам,заняв выжидательную позицию, и Джесс улыбнулась.

— Мне бы тоже хотелось, но я не такая красивая, как ты.

Это была не правда, но Джессика от души верила в это. Онаслишком долго жила в тени Вал.

— Ты можешь стать кем захочешь, Джесс. — Мелсидела, расслабившись, у камина, радуясь тому, что находится рядом с Питером.Казалось, они не виделись тысячу лет.

— Есть желающие погулять? — спросил Марк, войдя вкомнату, и после недолгих уговоров все согласились, кроме Мэта, мирно спавшего всвоей постели, тихо посапывая.

— А с ним ничего не случится, если мы оставим егоодного? — забеспокоилась Мел.

— Он спит очень крепко. Горный воздух прекрасноусыпляет его. Анна всегда говорила… — Он замолчал, заметно побледнев. Мелпочувствовала озноб по спине Странно было идти по следам Анны, находиться здесьс ее детьми сейчас, когда его жены больше нет. Она подумала, что реакция Памотчасти вызвана этим, и решила попробовать поговорить с ней во время прогулки,но девочке было намного интереснее болтать с Джесси. Они погуляли с полчаса,удачно разбившись по парам: Вал с Марком, Джесси с Пам, а Мелани с Питером.

— Вот видишь? Все прекрасно уладилось, не такли? — назидательно произнес он, и Мел рассмеялась.

— Цыплят по осени считают Мы только что приехали сюда.

— Не говори глупости. Что может случиться теперь?

— Ты шутишь? Будем надеяться, что обойдемся безубийств, сломанных ребер или нежелательных беременностей после этого небольшогоприключения.

— Какая же ты оптимистка. — С этими словами он спряталсяс ней за дерево и быстро поцеловал, пока не видели дети, и они, смеясь,продолжили путь.

Так хорошо снова оказаться вместе, и как приятно видеть ихдетей в одной компании, несмотря на все предсказанные Мел ужасы Наконец онивернулись домой счастливые, утомленные прогулкой и обустройством, и разошлисьпо отведенным им комнатам без всяких проблем. Мел слышала, как девочки хохочутв своей комнате, выключив свет. Она умирала от желания на цыпочках пробратьсячерез холл к Питеру, но решила, что не стоит делать глупости Хотя бы пока. Но,лежа в постели и думая о времени, поведенном вместе в Нью-Йорке, она увидела,как дверь отворилась и тень пересекла комнату Она с удивлением села, и оннырнул к ней под одеяло.

— Питер!

— Как ты догадалась? — Он улыбнулся в темноте, аона обняла его за шею и поцеловала.

— Тебе не следовало, а если дети…

— Не думай о детях Девочки слишком увлечены разговороми полагают, что мы их не слышим, а Марк уже спит так же крепко, как и Мэт..Настало наше время, малыш — Он обнял ее, скользнув руками под ночную рубашку, аона старалась не издавать ни звука — Боже, как я тосковал по тебе.

Мел не произнесла ни единого слова, но всем поведениемдоказала ему, что тоже скучала по нему.

А затем он с неохотой ушел от нее. Она на цыпочках подошла кдвери, чтобы поцеловать его на прощание, и проследила, как он тихо прокралсячерез холл.

Из комнаты детей не доносилось ни звука. Они все крепкоспали, а Мел не могла припомнить, была ли когда-нибудь так счастлива. Онавернулась в постель, еще хранившую тепло их тел, и заснула, обнимая подушку.