Гарем - Бертрис Смолл

— Язва, — изрек Аладдин без всякихпредисловий по окончании осмотра.

— Вздор! — рявкнул Селим. — Этоболезнь слабых, а у меня за всю жизнь даже простуды не было!

— И тем не менее, ваше высочество, у васязва. Между прочим, меня, человека, который знает вас с детства, не удивляетэтот диагноз. Язва возникает вовсе не от физической немощности пациента, а, какправило, от длительного нервного напряжения. Вспомните, в какой обстановке выросли и воспитывались. Просто у слабого человека язва открылась бы лет напятнадцать раньше. Ну что ж… теперь нам остается только делать все, чтобы она увас не обострялась. Посему я предписываю вам жидкую диету и постельный режим.

— Жидкую диету?! — взревелСелим. — Постельный режим?! По-твоему, я кто, дряхлый старик, чтобы лежатьв постели, укутавшись шалью, с теплыми кирпичами в ногах и хлебать постныйбульон?! Я осман!

Аладдин Сердет наклонился к самому лицу принцаи тихо проговорил:

— Вы сын османа, ваше высочество, и еслине захотите следовать моим советам, возможно, так никогда и не сможете статьосманом. Селим поражение уставился на него.

— Будет вам, мой господин, — супреком в голосе проговорил лекарь. — Доверьтесь мне и послушайтесь того,что вам говорят. Жидкая пища и постель — это только временные меры, чтобыуспокоить язву. Уверяю вас, лежать долго не придется.

Селим, стиснув зубы, лег в постель и стал питьбульон. Боли действительно утихли. Со временем пища его стала более разнообразной,но все же оставалась диетической. Опыт показал, что следование советам врача ивправду снимает колики. К сожалению, во дворец Лунного света часто наведывалисьгости, и тогда принц не мог придерживаться строгого режима. По правиламгостеприимства гостей нужно было потчевать острым пловом, люля-кебабом,медовыми и ореховыми лепешками и поить горячим и сладким турецким кофе. Не могже Селим при них есть свою постную похлебку!.. Он знал, что, если в народераспространится слух о его хвори, надежды, связанные с ним как с будущимсултаном, заметно поубавятся. Поэтому он ел за одним столом с дорогими гостями,а потом мучился страшными приступами. В таких случаях облегчение приносилитолько опиумные пилюли, прописанные Аладдином Сердетом. К несчастью, гостей становилосьвсе больше, и приступы случались все чаще. Это наложило свой отпечаток нахарактер принца. По временам он становился непривычно мрачным ираздражительным.

Лето закончилось, и пришла осень. Несмотря настихийное бедствие в прошлом мае, урожай сняли хороший и до отказа забилиамбары. Начались дожди, которые длились недели две, а потом неожиданнопрекратились. После них наступили удивительно солнечные и теплые погожие дни.Не успели люди порадоваться, как вдруг пришла зима.

Она пришла из-за гор, обрушившись на дворецмощным снегопадом, пронизывающим ветром и лютыми морозами. Такой зимы в здешнихместах не помнили. Скот пришлось угнать с низменных пастбищ, дабы он не замерз,а сами крестьяне день и ночь таились в своих хижинах, скармливая прожорливым печамбыстро тающие запасы дров.

И когда всем уже стало казаться, что зимапришла в Крым надолго, наступила весна. За одну ночь зацвели тюльпаны,гиацинты, нарциссы, распустился миндаль, и его цветки, похожие набледно-розовые облачка, наполнили округу сладким ароматом.

Всю зиму семейство Селима провело в четырехстенах и теперь радовалось, что природа наконец смилостивилась над ними.Женщины сидели в саду, любуясь распустившимися цветами, молодые принцыпропадали на конюшне, а юные принцессы играли на свежей весенней травке.

Селим решил воспользоваться хорошей погодой иперед весенними ливнями съездить в Константинополь. Дождавшись первого жеясного утра, он уехал вместе со своими татарами. Молодые принцы разочарованнопровожали его взглядами, досадуя, что отец не взял их с собой.

Как-то, сбежав от своих учителей, двое сыновейСайры, тринадцатилетний Казим и одиннадцатилетний Мурад, захватив сына Зулейкидвенадцатилетнего Абдулу, уехали в горы на охоту. День стоял чудесный, с морядул легкий соленый ветерок. Дичи на поросших лесами холмах было вдоволь, ноюноши ограничились лишь несколькими кроликами. Они скакали наперегонки,искупались в маленьком и студеном горном озере, полежали на зеленой траве,мечтательно уставившись в небо и описывая друг другу причудливые формыпроплывавших мимо облаков Увидев, что солнце начало клониться на запад, ипочувствовав, что с каждым часом становится все прохладнее, они решиливозвращаться домой. Абдула, ехавший первым, вдруг резко остановил свою лошадь.Они как раз были на гребне холма, откуда открывался прекрасный вид на их дом,стоявший у самого берега моря, и на дорогу, ведущую к нему. Абдула остановился,заметив большую группу всадников, прятавшихся в небольшой рощице около дороги.Вскоре подъехали братья. Казим предложил тихо подобраться к незнакомым людям илучше рассмотреть их.

Привязав лошадей к дереву и таясь в тени,юноши подобрались почти вплотную к рощице. Люди — никак не меньше сотни —сгрудились на небольшой поляне. Все были одеты в черное, и ничто не указывалона их принадлежность.

— Сколько нам еще ждать, командир? —нетерпеливо спросил кто-то из толпы, всадников.

— Тронемся через два часа послезаката, — ответил громила со свирепым лицом. — Времени хватит. Лунавзойдет только после полуночи, а к тому моменту дворец Лунного светапревратится а тлеющие руины.

— А его обитатели?

— Разрешаю вам попользоваться женщинами,но когда наиграетесь, убейте их. Что же до волчат Селима и его рабов, онидолжны умереть сразу. Таков приказ Бесмы-кадины. Все должно выглядеть так,будто резню устроили местные татары.

Трое юных принцев в ужасе переглянулись.Немного придя в себя, они тихо выбрались из рощи и бегом поднялись обратно нахолм, где оставили лошадей.

— Абдула, бери Мурада и предупредитесемью. Спускайтесь к пляжу, там вас эти не заметят. И именем Аллаха заклинаювас — торопитесь! Солнце уже клонится к закату, — проговорил Казим,вскочив на своего коня.

— А ты? — дрожащим голосом спросилАбдула. — Куда ты?

— В Константинополь. К отцу. Если скакатьне останавливаясь, завтра утром я уже буду в столице. Ступайте!

Развернув коня, Казим галопом ускакал. Абдулаи Мурад торопливо вскочили в седла и пустили лошадей вниз по узкой горнойтропинке к пляжу. Багровое солнце тяжелой каплей висело над самой водой. Мальчикигнали во весь дух, не жалея несчастных животных. Вскоре впереди показался дом.Дабы срезать путь, они пустили лошадей прямо в сад.

Сайра сидела в беседке и любовалась красивымзакатом. Увидев лошадей, взбиравшихся по тропинке ко дворцу, она бросилась изсвоего сада в покои.

— О Аллах, что нашло на вас?! —крикнула она мальчикам. — Днем вы сбегаете с занятий, а теперь топчетекопытами лошадей цветочные клумбы! Достанется же вам на орехи, когда об этомпрознает тетя Сарина!