Гарем - Бертрис Смолл

На следующий день Али благополучнопреставился, и Сайра с одобрения госпожи Рефет и других кадин назначила на егоместо Анбера.

Остаточные подземные толчки продолжались ещепримерно полтора месяца, по они были несильными и не несли с собой новыхразрушений. А восстанавливать и без того нужно было очень много. Черезнекоторое время от Селима пришла еще записка, в которой он сообщал, чтоостанется с отцом до тех пор, пока все более или менее не образуется.

Дабы чем-то скрасить свое одиночество, кадинызасучив рукава принялись за работу. Рабы и ремесленники из близлежащих селенийбыли уже заняты на восстановлении дворца Лунного света и прилегающихтерриторий. Вдобавок Сайра разослала по округе своих татар, пытаясь оценитьмасштабы ущерба и разрушений, постигших провинцию.

Сообщения о бедственном положении из различныхмест поступали ежедневно. Кадины принца посылали несчастным от имени своегогосподина деньги и провизию из дворцовых запасов. Постепенно провинцияоправилась от последствий землетрясения и наводнения. Дома былиотремонтированы, разбежавшийся скот частично собрали по окрестным холмам,частично заменили новыми гуртами, поля были вновь засеяны, раны залечены. А главное,удалось накормить тех, кто остался без средств к существованию и без крыши надголовой. Результатом всего явилось шестикратное ежедневное вознесение хвалыпринцу Селиму в каждом купеческом доме, в каждой крестьянской хижине. Егославили стар и млад, мужчины и женщины, старики и дети.

В середине июля четыре жены младшего сынатурецкого султана Баязета наконец получили возможность вздохнуть с облегчением,удовлетворившись результатами проделанной работы. Подземные толчки к томувремени прекратились совершенно, и в их маленьком мирке жизнь потеклапо-прежнему. На полях начала созревать пшеница, как бы подводя итогвосстановлению всего порушенного и растревоженного. Трудно было поверить, чтовсего два месяца назад на эти места обрушилось страшное бедствие.

Однажды, когда Сайра сидела за вышивкой,старший евнух допустил к ней покрытого дорожной пылью посыльного, которыйсообщил о возвращении Селима.

— Он едет прямо за мной, моя госпожа,несмотря на то что во всех деревнях его задерживают местные жители, возносяхвалы его имени и благодаря за помощь, оказанную их дворам после землетрясения.Я скакал во весь дух.

— Ты молодец, — ответила скрытая подвуалью Сайра. — Анбер, проследи, чтобы гонца хорошенько накормили, ипередай его сообщение тетушке Рефет и моим сестрам.

Отпустив обоих, Сайра кликнула своих личныхрабынь и приказала приготовить ей ванну и новые одежды.

Принц Селим и татары-телохранители прибыли квечеру. Кадины, забыв о приличествующих случаю правилах этикета, бросились емунавстречу с крыльца. Спрыгнув с лошади на землю, он каким-то непостижимымобразом сумел обнять сразу всех.

Солдаты, подъехавшие следом, толкали другдруга под локти и посмеивались в усы. Они тоже радовались. Перед ними стоял иххозяин, принц Селим, который однажды должен будет подняться на трон султана. Арядом с ним были четыре его красавицы жены. Лица их были сейчас скрыты подвуалями, но их личные рабыни, с которыми общались татары, не раз восхваляли ихженскую красоту.

Селим устал с дороги. Он был весь заляпандорожной грязью и покрыт пылью, вокруг него толпились смеющиеся жены,красноречиво выражая свой восторг по поводу его долгожданного возвращения.Затем и сыновья, последовав примеру матерей, бросились с крыльца к отцу.Возглавлял группу Сулейман, которому в следующем месяце исполнялось пятнадцатьлет, а замыкал четырехлетний принц Нуреддин, самый младший сын. Он старался неотставать от братьев, быстро перебирая маленькими пухлыми ножками. Девятьсыновей! Что же до девочек, то девятилетние принцессы Хале и Гузель, шестилетняяНилюфер и даже самая младшенькая, Михри-хан, не нарушая этикета, вежливоожидали отца на крыльце. Когда Селим и все остальные приблизились к ним,Нилюфер, унаследовавшая от матери тонкие черты лица и удивительные зеленыеглаза, не выдержала и прыгнула отцу на шею, осыпая его лицо поцелуями. Потомстала умолять отца разрешить ей сесть на его коня.

— Яблочко от яблони недалеко падает, а.Сайра? — рассмеялся принц. — Сначала комплимент, потом просьба. Она,конечно, еще не столь ловка в атом, как ты, но у нее еще все впереди. —Взяв Нилюфер на руки, он посадил ее на лошадь. — Ты сама отведешь его наконюшню, Нилюфер? Справишься?

У девочки от восторга горели глаза. Оназабрала у отца поводья и кивнула:

— Да, папа.

— Селим? — не удержаласьСайра. — Она еще слишком маленькая! Разве можно?

— Она османская принцесса, а искусствоверховой езды у всех османов в крови! — с гордостью ответил принц илегонько шлепнул коня по крестцу. Тот с девочкой на спине пустился легкой рысьюв сторону конюшен. Принц обернулся к своим телохранителям-татарам. — Выхорошо сделали свою работу, солдаты. Теперь отдыхайте, сегодня у вас банныйдень. А вечером я устрою для всех большой пир. — С этими словами принц ивсе его семейство вошли в дом. — Сегодня я буду ужинать со своими старшимисыновьями и их матерями.

Раб снял с него запыленный дорожный плащ,другой стянул с ног грязные сапоги.

— Сайра, пойдем со мной, я хочу с тобойпоговорить. — Он направился в свои покои. — Как тетя? Почему не вышлавстречать меня?

— С ней все в порядке, мой господин, нопоследние недели ей пришлось много работать, и она совсем измучилась. Просилапередать, чтобы ты навестил ее, когда примешь ванну и переоденешься.

Принц кивнул и спросил:

— Слушай, ради всего святого, какимиблагами ты одарила людей провинции? Не было деревни из числа тех, мимо которыхя проезжал, где бы меня не задерживали на отдых. Я уж молчу про красивыхдевственниц, которых мне предлагали в знак благодарности… за что, я так и непонял до конца.

Они вошли в его покои.

Сайра рассмеялась:

— Просто я разослала деньги и пищу оттвоего имени после землетрясения. Ты заметил, наверное, что все домаотремонтированы, а на полях зреет хлеб?

— Заметил. Если не считать несколькихшрамов на земле, вообще трудно поверить, что по нашим местам прошлась алаястихия.

— Если честно, то нам досталось крепко,милый. Приливная волна затопила все вокруг. И если бы не дождь, последовавшийза атом, у нас здесь сейчас, была бы соленая пустыня.

— Слава Аллаху, что тебя не случилось вэто время в городе, любимая. Вода с легкостью перебралась через городскиестены. Сотни людей захлебнулись. А то, что не было разрушено штормом, сгорелопотом во вспыхнувших по всей столице пожарах. Сам султан едва избежал смерти.Море затопило его личные покои в Эенисерале, которые он покинул всего да час добедствия. Три раба, которые делали там уборку, утонули.