Падший враг - Л. Дж. Шэн

Я киваю, прячась в тишине на несколько минут.

— Скажи мне, что у тебя в голове, — говорит он.

Я сглатываю, прежде чем говорить.

— Я просто думаю, что это настолько символично, что то, что свело нас вместе, тебя и меня, было игрой, в которой все про безответную любовь.Потому что это то, что мы оба переживаем.Вспомни, как все начинается. За Ниной ухаживает Константин, который влюблен в Машу, которая, в свою очередь, тоже является объектом внимания Медведенко. Никто не получает того, чего хочет. У всех личная жизнь не сложилась. Все несчастны.

— Правильная, жизнь — грязное дело.Жизнь — это урок выносливости. —Арсен кивает.— А стойкость — это урок смирения.Проблема человечества в том, что все хотят простой, комфортной жизни.Но это такое ужасное существование.Как ты мог бы когда-либо ценить хорошие моменты, если ты не выдержал плохие?

— И еще, — продолжает Арсен, наблюдая, как я допиваю остатки напитка.— Ты постоянно забываешь одно — Нина выжила.Она нашла свой путь.Онатерпела.

— Как ты думаешь, ты когда-нибудь отойдешь от Грейс? — Я ставлю свою пустую рюмку на журнальный столик. Я уже изрядно опьянела, выпив на голодный желудок.

— Нет. —Арсен быстро наполняет мой стакан бренди.Мое сердце падает, и я понимаю, что это признание действительно ранит мои чувства.— Я не делал никаких заявлений о безбрачии. И ни одна часть меня не хочет продолжать тосковать по ней. Но я практичный человек, и, говоря о практичности, я не думаю, что какая-либо женщина может с ней сравниться.

Я выпиваю еще немного, чтобы стряхнуть с себя тревожное чувство, сопровождающее осознание того, что Арсен никогда не будет искать любовь.

— Может быть, мне стоит вернуться в Малберри-Крик.

— И что потом? —Он смотрит на меня насмешливо, на его лице уже готова насмешливая улыбка.— Доить коров?

— Во-первых, у нас даже коров нет.— Я прикалываю его взглядом.— У меня будет моя семья, мои друзья, мой круг.У меня будет ...Рис.

— Кто такой Рис?

— Мой бывший парень.Мы расстались, когда я переехала в Нью-Йорк.Нам было действительно хорошо вместе.Он хороший парень.

Арсен закатывает глаза.

— Пожалуйста, убей меня, если первое прилагательное, которое придет на ум, чтобы описать меня как мою бывшую девушку, будет«хорошим».

Я смеюсь.

— Быть хорошим — отличная черта.

— Это не войдет в учебники истории. —Он приветствует меня своим напитком.

— Не все хотят лезть в эти книги, — замечаю я.

Он делает гримасу отвращения.

— Поглотители кислорода.

Это заставляет меня смеяться.

— Я уже не ненавижу тебя так сильно, как несколько недель назад, — признаюсь я.

— Что ж, тогда есть пища для размышлений.— Он поворачивается ко мне.— Ты рассталась с Рисом по определенной причине.Никогда этого не забывай.

С наступлением ночи графин для коньяка пустеет.Арсен приносит папку, и мы снова вместе просматриваем фотографии, но на этот раз смотреть уже не так ужасно, как в первый раз.В какой-то момент раздается звонок в дверь.Он заказал еду.Пища для души.Мое любимое.Жареные свиные отбивные, листовая капуста, кукурузный хлеб, макароны с сыром и пирог с абрикосовым джемом.Никаких следов персикового сапожника.Он действительно все продумывает.

Мы подворачиваемся, запивая большим количеством воды, а затем снова пьем.

Я становлюсь наглой.Может быть, даже немного безрассудной.Ведь это Арсен.Он никогда не полюбит меня.Не то чтобы я этого хотела.Но и он никогда не предаст меня.

Потому что он никогда не будет моим.

— Я хотела бы в кое-чем признаться. —Я прячу руки между бедрами.

— Это такая же большая бомба, как персиковый коблер? Мое сердце может выдержать только столько. — Он кладет руку на свою скульптурную грудь.

— Ты должен пообещать никому ничего не рассказывать. —Я игнорирую его шутку.Я думаю, что я бормочу, что является отличной причинойнеговорить ему, что у меня на уме.Но у меня тяжело с едой и легко с алкоголем, и настроение между нами так отличается от того, что было в машине. Сегодня вечером он предстал в другом образе. Лучший друг. Парень, которому можно доверять. И не похоже, что мне есть с кем поговорить.

— Если только это не очень сочно - тогда я пойду с этим в "The Enquirer".

Со стоном я толкаю его в плечо, надеясь, что это возбудит что-то внутри него и побудит его поцеловать меня.Безрезультатно.Сегодня он другой.Самоуверенный, как всегда, но также сдержанный.

— Я, вероятно, бесплодна.

Слова взрываются между нами.Вздохнув, продолжаю.

— Ну, не вероятно. Скорее, конечно. Помнишь, когда ты видел меня в Италии? Я была вся в слюнях в ванной.

У меня горят уши, когда я думаю об этом моменте.Он медленно кивает, глядя на меня.

— Это потому, что у меня был серьезный спор с Полом по этому поводу.

— Понятно.— Он поглаживает подбородок.— В тот первый раз, когда мы говорили о них — в Новом Амстердаме, помнишь? Ты, кажется, была вне себя от радости, когда я сказал тебе, когда у них начался роман. Почему?

Сглотнув, я смотрю себе под ноги.

— Потому что это было примерно в то время, когда мы с Полом говорили о том, что у меня, возможно, проблемы с зачатием.Мне казалось, что он отказался от меня и ушел с ней.

Арсен какое-то время ничего не говорит, словно не слышит меня.Это было явно ошибкой.Я смущаюсь, ожидая его ответа, поэтому встаю.

— Где ванная комната?

— Вторая дверь слева от тебя в коридоре.

Опустошив мочевой пузырь, я возвращаюсь в гостиную и нахожу его сидящим в той же позе на диване.Я сожалею, что рассказала ему о своем бесплодии.Не знаю, чего я ожидала, но полной апатии не было.

— Я рад за тебя, — говорит он со своего места на диване.

Я моргаю, думая, что, может быть, я ослышалась.

—Радза меня?

Он кивает.

— Почему?

— Потому что ты не совсем огорчена Полом.Ты убита горем из-за того, как вы двое закончили свои отношения, и из-за того, что он не любил тебя настолько, чтобы принять тебя, несмотря на то, что ты считаешь своим несовершенством. Это отличная отправная точка. Ты будешь двигаться дальше, найдешь кого-то другого. Кого-то, кто понимает, что ценность человека измеряется не его репродуктивной системой, и проживешь хорошую жизнь. Возможно, с милым Рисом или парнем его марки. Пол станет далеким воспоминанием, анекдотом.

Скосив на него глаза, я качаю головой.

— Ты такой мудак.

— Почему? —Он смотрит, как я хватаю свой маленький клатч и телефон.

— Ты такой черствый во всем.