Большей любви не бывает - Даниэла Стил

Сэм плавно вел ее в танце, и она с удивительной легкостьюскользила по паркету. Точно так, только очень давно, танцевала она со своимженихом накануне его гибели. Сэм Горовиц был такой высокий и сильный, что рядомс ним Эдвина чувствовала себя как за каменной стеной, и, как ни странно, онавдруг поняла, что ей это нравится. Ей нравились его задумчивость и добрые, всепонимающие глаза. Он тоже познал боль утраты и вырастил свою дочь один.

— Порой бывало трудновато. Хелен часто обвиняла меня визлишней строгости, — признался он.

Но теперь она, безусловно, изменила свое мнение, а он простообожал дочь. Она была очень красивой девушкой и души не чаяла в Джордже. Эдвинарадовалась за брата и его невесту, но иногда ей становилось грустно. Онавспоминала, как когда-то вместе с Чарльзом отправилась в Англию, чтобы объявитьего родителям о помолвке. Несколько лет назад она сняла с пальца обручальноекольцо и иногда, роясь в шкатулке, случайно натыкалась на него.

Но вот Сэм и Эдвина закружились в последнем танце. Домой онивернулись в три часа, отлично проведя время.

У дома Джорджа Хелен пересела в автомобиль отца, и онипопрощались с Уинфилдами. Эдвина еще раз поблагодарила Сэма за прекрасныйвечер, и они одновременно улыбнулись, глядя на прощальный поцелуй Джорджа иХелен.

— Скоро увидимся, — сказал Сэм, и на долю секундыЭдвине показалось, что и ей, и Сэму все-таки не очень повезло в жизни.

На следующий день у Алексис начались съемки. Работаоказалась неожиданно трудной, и бывали дни, когда к вечеру она едва держаласьна ногах, но, несмотря на это, ей по-прежнему очень нравилась профессиякиноактрисы. Сначала Эдвина сопровождала сестру ежедневно, но потом, видя, чтоАлексис с головой ушла в работу, решила ослабить контроль.

Алексис прекрасно справлялась с ролью, и вся съемочнаягруппа относилась к ней очень хорошо. Как некогда Джордж, она сразупочувствовала себя в Голливуде в своей стихии. Эдвина очень радовалась ееуспехам и гордилась сестрой.

— Она словно преобразилась, — сказала ЭдвинаДжорджу, когда они втроем ужинали в любимом ресторане Хелен.

Неподалеку Рудольф Валентине танцевал с Констанцией Талмадж,и Эдвина внезапно вспомнила о Сэме. Они стали добрыми друзьями, и она оченьценила его компанию, но он уехал в Кентукки, чтобы приобрести пару новыхлошадей.

— Надо признать, — сказал Джордж, — наполняяшампанским бокалы, — что Алексис работает неплохо. Гораздо лучше, чем яожидал. Но… — он внимательно посмотрел на Эдвину, — я не уверен, стоит лирадоваться по этому поводу.

— Почему? — удивилась она. — Коль так всехорошо, как ты говоришь, почему бы и не порадоваться?

— Потому что очень скоро я не смогу контролировать ее.Стоит ей сейчас добиться успеха, и со всех сторон посыплются предложения. Чтоделать тогда?

Эдвина уже размышляла на эту тему, но ни к какому решениютак и не пришла.

— Надо подумать. Но как бы то ни было, нам все равноскоро придется уехать.

Джордж собирался вскоре жениться, а Алексис, несмотря на еегорячее желание, еще было слишком рано начинать самостоятельную жизнь вЛос-Анджелесе.

Джордж беспокоился зря. По окончании съемок новыхпредложений не последовало, и к началу учебного года Уинфилды вернулись вСан-Франциско. Эдвине очень не хотелось уезжать из Голливуда, она частовспоминала приятную компанию и потрясающие ужины у Сэма.

Свадьба Джорджа и Хелен была назначена на конец сентября, именьше чем через месяц им снова предстояла поездка в Лос-Анджелес. К томувремени Алексис, вероятно, получит новую роль, и она уже намекала сестре, чтонеплохо бы снять в Голливуде квартиру. Эдвина не возражала, но с условием, чтоАлексис найдет себе подходящую компаньонку. Ситуация была какой-тонеопределенной, и Эдвина никак не могла решить, когда им стоит ехать.

В конце концов Джордж приехал за ними сам. Всю обратнуюдорогу он нервничал, и Эдвина ласково успокаивала его. На сей раз они остановилисьв отеле «Беверли-Хиллз», потому что Эдвина не хотела мешать приготовлениям ксвадьбе.

Вечером накануне свадьбы Джордж собирался устроить последнююхолостяцкую вечеринку.

— Боюсь, не дотяну до конца недели, — стоналДжордж. — Никогда не думал, что свадьба — такое утомительное занятие.

— Перестань притворяться! — смеяласьЭдвина. — Тебя же просто распирает от счастья. Как дела у Хелен?

— Не будь ее рядом, я давно бы сбился с ног. Она помниткаждую мелочь: какие цветы надо заказать, что надо сделать сегодня, а чтозавтра, кто точно приезжает, а кто, вероятно, не приедет, когда и куда мыдолжны идти. Мне остается только выполнять ее указания и платить по счетам.Если бы не она, я, наверное, не справился бы со всем этим.

«Джорджу действительно повезло», — подумала Эдвина.

Решили, что свадьба пройдет с соблюдением традиционныхобрядов, и сам Сесиль Б, де Милль обещал выступить в роли распорядителя.

Праздновать решили в саду Сэма Горовица среди пышно цветущихроз и гардений. В доме тоже накрыли столы, а перед входом разбили два огромныхшатра с лентами, на которых написали имя каждого из гостей. Все эти праздничныеприготовления оживили в памяти Эдвины мысли о ее несостоявшейся свадьбе… Свойподарок Хелен она отдала еще в прошлый приезд.

— Желаю тебе хорошо провести сегодняшний день. —Она поцеловала брата, и он пошел одеваться.

Эдвина решила принять ванну, а Фанни и Тедди, движимыелюбопытством, отправились в фойе в надежде увидеть там кинозвезд.

— Не знакомьтесь с кем попало! — крикнула она имвслед на всякий случай.

Ведь именно здесь Алексис встретила Малкольма Стоуна. Хотя стех пор прошло уже несколько месяцев, в памяти Эдвины были свежи воспоминанияоб этой неприятной истории.