Что сделала моя лучшая подруга - Люси Доусон

— Хорошая мысль, — кивнул Том. — А на вечеринке чтобы была в лучшей форме.

Он как-то слишком весело рассмеялся и посмотрел на Гретхен. Та мгновенно проговорила:

— О, конечно. Будет приятно, если ты присоединишься к нам.

Расплакалась я только тогда, когда вошла в свою комнату и закрыла за собой дверь.

Шесть часов спустя в квартире уже было полным-полно незнакомых мне людей, кругом звенели бокалы, разговоры перекрывали громко играющую музыку.

Я была пьяна, и мне никак не удавалось сосредоточить взгляд на лице Пауло, который что-то оживленно мне рассказывал, пока я пыталась вынырнуть из волн унижения и тоски, накатывавших всякий раз при воспоминании о том, как Том просил меня переехать сюда.

Неужели я настолько глупа? Это они собрались жить вместе. Он уже перевез к ней свои вещи. Том, мистер Медленно-Но-Верно, переехал к женщине после трех месяцев знакомства? Как это могло случиться?

— Ну так как ты себя чувствовать, когда вернуться сюда? — прокричал Пауло и провел пятерней по волосам. — Том помогал Китти перебираться из твоего старого кабинета; он подумать, что тебе будет не так приятно спать в вашей с ним старой комнате. Все меняется! — Он рассмеялся и, похоже, очень удивился, заметив, что я допила виски залпом. — А он счастливый с Гретхен, как тебе кажется?

Мы оба посмотрели на них. Том обнимал Гретхен за плечи. Увидев это, я злобно сжала стакан. Гретхен что-то рассказывала небольшой группе гостей, жадно ловящих каждое ее слово. Она была в черном платье, снабженном подобающими вырезами и разрезами.

«Выглядит почти как шлюха», — мелькнуло у меня в голове, но я тут же решила, что слишком ее недооцениваю.

— Думаю, он очень счастлив с ней, да, — отозвалась я, но мой голос прозвучал хрипло и надтреснуто.

Том, видимо, почувствовал, что мы смотрим на него. Он повернул голову, улыбнулся и приветственно поднял стакан.

— Для меня это плохо, — задумчиво выговорил Пауло и немного смутился. — Она все-таки мне еще немножко нравится. Увидать ее снова после… — Он не договорил, но я прекрасно поняла, на что он намекает. — Может быть, хорошо, что она не будет тут жить. Разобью свой сердце где-нибудь еще.

Ох, твою мать. Я уставилась на него, не веря своим ушам. Мне вдруг отчаянно захотелось оказаться где-нибудь, где меня не окружали бы члены фан-клуба Гретхен. Я неуверенно поставила на столик пустой стакан и начала протискиваться через толпу гостей к своей комнате. Открыв дверь, я обнаружила там парочку — парня с девушкой, которые целовались, как подростки, лежа на моем диване. Даже коробки с него снять удосужились, молодцы какие.

— Вы не могли бы перебраться куда-нибудь еще? — спросила я. — Вы в моей комнате находитесь.

Девица вздохнула с таким видом, будто я все это придумала только для того, чтобы их обидеть. Она села, поправила кофточку, нагло глянула на меня, встала и удалилась. Парень только пробормотал:

— Простите.

И закрыл за собой дверь. Я села на край дивана. Чувство было такое, будто внутри меня все разрушается. Глаза заволокло пьяными слезами, и не разрыдалась я в этот момент только потому, что дверь чуть приоткрылась, а мне очень не хотелось, чтобы кто-то увидел меня плачущей.

Вошел Том, держа в руке банку пива. На нем была невероятно модная незнакомая футболка, джинсы и кроссовки. Все это ему очень шло, но он явно не привык к такой одежде. Я догадывалась, что все вещи ему подобрала Гретхен.

— Ты плачешь, — сказал Том и озабоченно нахмурился. — Я так и думал, что это не самая хорошая идея. На твоем месте я бы не смог… Я вовсе не оправдываюсь, но… что, слишком дико?

Я кивнула. По моей щеке побежала слеза.

Он вздохнул и закрыл дверь. Подошел и присел на корточки передо мной, осторожно поставив банку на ковер.

— Пожалуйста, не плачь, Эл.

Но от его слов мне стало только хуже.

Он неловко взял меня за руку.

— Мне показалось, ты очень спокойно все приняла, когда я сказал, что переезжаю к ней.

Я была пьяна, потому призналась:

— На самом деле ты мне этого не говорил. Ты просто сказал, что много думал и понял, чего тебе хочется, а потом ты попросил меня вернуться сюда.

Вид у него стал совершенно бестолковый. Но скоро он сообразил, что я имею в виду, и выдохнул:

— О Элис! О боже мой! Ты подумала…

Я поспешно покачала головой.

— Нет-нет. Не надо. Это я виновата! Я тебя неправильно поняла.

Но вдруг я поймала себя на том, что не могу отпустить его руку.

Сидеть на корточках ему явно было неудобно, и он сел на ковер, не спуская с меня глаз.

— Когда ты говорил все эти слова насчет того, чего тебе хочется… — пробормотала я скороговоркой, потому что если бы стала говорить медленнее, то одумалась бы и замолчала. — Насчет того, что жить надо сейчас, не оглядываться назад и все такое. Ты говорил о ней? Не обо мне?

Он заторможено кивнул. Я улыбнулась сквозь слезы.

— Вот удивительно!

Я попробовала рассмеяться, но не могла обмануть ни его, ни себя.

Он только смотрел на меня, и я не могла догадаться, о чем он думает. Он был такой милый, такой искренний, он явно тревожился за меня! У меня до боли сжалось сердце, и мне вдруг нестерпимо захотелось просто поцеловать его.

Что я и сделала.

Мои губы прикоснулись к его губам, теплым и сухим, и на секунду он инстинктивно откликнулся на это прикосновение. В конце концов, сколько раз бывало, что мы с ним сидели вот так, и мне показалось, будто его тело на миг вспомнило какое-то мгновение из прошлого, когда его сердце ответило бы на мой порыв и его руки благодарно потянулись бы ко мне. Но потом… ничего не произошло. Он не поцеловал меня в ответ. Это было так, словно ты случайно прижался к кому-то в очереди на автобусной остановке. Сродни вторжению в чье-то личное пространство. В таких случаях отступают назад и просят прощения. Я почувствовала это и отстранилась. В первое мгновение я устремила на Тома испуганный, затравленный взгляд, а потом посмотрела за его плечо.

И увидела Гретхен, глядящую на нас в приоткрытую дверь. Она остолбенела от изумления.

Мы с ней смотрели друг на друга всего несколько секунд, но мне эти секунды показались вечностью. Она опустила глаза и молча ушла. Словно испарилась.

— Что ты делаешь? — ошарашенно спросил Том и отодвинулся от меня. — Что это было?

Он вскочил и взмахнул руками.

— Мне просто захотелось, — призналась я.

Он в отчаянии опустил руки.

— О, прошу тебя, больше не делай так, Элис. Только не сейчас. Это нечестно. Я был счастлив… Я и теперь счастлив! Все мои вещи у нее. Я…

— Так не должно быть! — торопливо прошептала я. — Ты можешь завтра поехать и все забрать. Возвращайся к обеду, и потом все будет как раньше!