Что сделала моя лучшая подруга - Люси Доусон

Я открыла дверь нараспашку.

— Хочешь чаю?

— Да, спасибо.

Том вошел, снял туфли и пальто и аккуратно повесил его на спинку дивана.

— На улице жутко холодно, — сообщил он, зябко поежившись, прошел к кухонной стойке в носках и уселся на табурет.

— Как на работе? Все хорошо? — спросила я, взяв чашку и автоматически положив в нее чайную ложку сахара — как он любил.

Именно так мы с ним сотни раз начинали наши разговоры по вечерам, но В такой запредельной обстановке — впервые.

— Могло быть хуже, — зевнув, ответил Том, снял очки, протер стекла и снова надел. — Все трудятся как проклятые, чтобы успеть все сделать к Рождеству, и почему-то считают, что я способен с легкостью приступить к делам с того момента, на котором остановился шесть с лишним месяцев назад. «Ну ладно, Том, ты же знаешь, мы храним эти документы на третьем этаже в шкафу, в том кабинете, в котором работала Хетер, перед тем как уйти в декрет. Ну, или в кабинете Джонти посмотри. Он теперь его делит с Доном». — Том покачал головой. — А я понятия не имею о том, кто все эти люди, и, откровенно говоря, из-за всего этого мне хочется забраться в мифический шкаф Хетер и надеяться, что из него я попаду в Нарнию^[62]. Или обратно в Нью-Йорк. Согласился бы и на то и на другое. Ну да ладно, хватит обо мне. Как твоя работа?

— Все в порядке. Спасибо.

Я решила не упоминать о странном утреннем эпизоде. Я проводила предварительную фотосессию с крайне раздражительной бывшей поп-звездой, которая отчаянно пыталась удержаться на телевидении, где вела пятнадцатиминутный фрагмент в реалити-шоу. Я вдруг отчетливо услышала, как то ли она сама, то ли ее агентша что-то негромко проговорила с упоминанием имени Гретхен. Я тут же навострила уши. Гретхен — не самое распространенное имя. Они сплетничали о нас! Неужели уже знали, что у нее теперь роман с моим бывшим? Наверное, Гретхен им разболтала. Какие подробности она могла им рассказать?

Меня просто затрясло из-за выброса адреналина. Что же, я теперь и на работе не могла от нее скрыться?

«Если вы хотите что-то сказать, — проговорила я отчетливо, набравшись храбрости, — пожалуйста, говорите громче. Я наверняка смогу удовлетворить ваше любопытство».

Агентша одарила теряющую популярность звезду предупреждающим взором и как ни в чем не бывало проговорила:

«Простите, Элис, мы просто говорили о том, как это замечательно для Гретхен — ведь она несколько месяцев не появлялась на экране, а теперь ходят слухи, что в „Уоркинг тайтл“^[63] ей предлагают главную роль».

Звезда фыркнула и ретировалась в туалет.

«Жалко ее, — неловко прошептала агентша. — Она просто завидует. Я знаю, что Гретхен — ваша подруга. Без обид».

«Никаких обид», — еле слышно отозвалась я и, наклонившись, стала возиться с проводом для вспышки.

Мои щеки пылали от стыда.

Надо же было так вляпаться. Мне показалось, что клиенты сплетничают обо мне, и я на них обрушилась — вопиющий непрофессионализм.

Я поставила чашку с чаем перед Томом, гадая, что же он собирается мне сказать.

— Спасибо, — поблагодарил он. — Значит, ты думаешь, что тебе удастся переехать в этом году?

— Если повезет.

Я попыталась улыбнуться, но улыбка получилась так себе.

— Отлично! Это хорошо.

Он с удовольствием отпил немного чая, и стекла его очков слегка затуманились.

Мы немного помолчали, а потом я спросила:

— Насколько я понимаю, это не светский визит?

— Нет. Не светский. Я пришел поговорить с тобой насчет квартиры.

Я насторожилась:

— Это она тебя послала?

Он нахмурился и покачал головой.

— Нет-нет. Она знает, что я поехал к тебе, но то, о чем я хочу поговорить с тобой, — исключительно моя идея. В общем… можно не сомневаться, что ты не можешь, да и, наверное, не хочешь жить здесь, в ее квартире, — что бы она ни говорила вчера вечером.

Это было сказано не то чтобы недружелюбно, но как бы без сахарной глазури, но, с другой стороны, иного я от него и не ожидала.

— Я не… — начала было я, но Том протестующе поднял руку и решительным жестом поправил очки на переносице.

— Пожалуйста, дай мне договорить. Я понимаю, все сложилось невероятно трудно для нас обоих. Но я горжусь всеми нами. Я горжусь тем, что мы с тобой до сих пор способны сидеть вот так и разговаривать, я горжусь тем, что Гретхен не устроила тебе скандал, когда мы вернулись, и я думаю, это многое говорит обо всех нас, о том, что мы за люди. Поддерживать других, помогать им даже тогда, когда это дорого обходится тебе самому, — хорошо и правильно. И все мы в то или иное время так поступали.

Он все еще не видел правды. Он все еще не понял, что на самом деле представляет собой Гретхен.

— Но вот чем я не горжусь, так это тем, — продолжал Том, — что сразу попросил тебя выехать из нашей квартиры из-за того, что ты начала встречаться с Бэйли. Это был настолько же твой дом, насколько и мой. Но мне было больно и… словом, ладно. Что было, то прошло. Гретхен нужно дать возможность вернуться сюда, и я подумал, как ты посмотришь на то, чтобы возвратиться в нашу квартиру? — Он улыбнулся и неловко поерзал на табурете. — Похоже, есть свободная комната.

Что? Я оторопело уставилась на него. Я не ослышалась? Снова жить с ним под одной крышей? Он что, сбрендил?

— По деньгам тебя все вполне устроит, — продолжал Том. — И соседи нормальные. Правда, один из них — Пауло, но тут уж ничего не попишешь… и переехать ты можешь в любое время, как только пожелаешь. Что скажешь?

Он устремил на меня искренний, честный взгляд.

Тот человек, который сменил меня, собрался съехать? Я смотрела на Тома, не веря собственным ушам.

— Ну да, — проговорила я насмешливо, — потому что Гретхен это понравится.

Том удивился.

— Не понимаю, при чем тут она.

Я недоверчиво вздернула бровь.

— Послушай, никто не мог предположить подобного, но раз уж так вышло, тебе нужно где-то срочно поселиться. Верно? — Он отодвинулся от стойки. — Мне не следовало просить тебя уехать, Элис. Мне очень стыдно. По крайней мере, просто вернись пока туда и поживи какое-то время, пока не подыщешь другой вариант. Сделай, как будет лучше для тебя.

Я разжала губы, готовая отказаться, однако тут же закрыла рот. Других вариантов у меня все равно не было… Но допустим, я проживу там до Нового года, а потом… Нет! О чем я только думала?