Между «привет» и «прощай» - Эмма Скотт

–Алоха, Эшер,– сказала она с усталой улыбкой.

–Черт, мне так жаль, Моми.– Я пододвинул стул к кровати.

–О чем жалеть? Что я хрупкая старушка? Что, не думая о последствиях, я попыталась сесть в кресло без посторонней помощи?

–Мне уже давно следовало нанять помощников получше.

Она только фыркнула.

–Милый мальчик, когда же ты поймешь, что не можешь защитить и уберечь от боли всех? И меньше всего себя.

–Сейчас я думаю не о себе.

–И в этом твоя проблема. Ты редко думаешь о себе.– Она похлопала меня по руке.– Пришло время позаботиться о собственном сердце.

–Ладно, но ты…

–Тук-тук,– послышался голос за дверью, и в палату вошел Морган с букетом желтых роз.– Эшер принес цветы? Нет? Я победил. Я самый лучший внук!

Я закатил глаза.

–Налани скоро будет.– Морган поцеловал Моми в щеку.– Доктор сказал, это просто трещина. Могло быть и хуже, но тебе придется поменять образ жизни. Больше никаких упражнений, по крайней мере на месяц.– Он взял ее за руку.– Как ты себя чувствуешь?

–Хорошо.– Моми бросила на меня многозначительный взгляд.– Не обо мне сейчас нужно волноваться.

Морган взглянул на меня, потом вновь посмотрел на Моми.

–О чем ты?

–Ни о чем,– поспешно вмешался я.

Моми усмехнулась.

–Мы с Эшером как раз обсуждали изменения в образе жизни, необходимые для его здоровья.

Отбросив замешательство, Морган придвинул к кровати еще один стул.

–Да-да, больше ничего не говори. Не хочу давить на тебя, брат, но я согласен с Моми.

–Согласен с чем?

–С изменениями в образе жизни. В частности, с одним из них, довольно значительным.– Он грустно улыбнулся.– Пришло время сделать что-то для себя.

–Ладно, мы здесь не для того чтобы обсуждать мои проблемы,– нахмурился я.– Моми…

–Со мной все будет в порядке,– возразила она.– А если нет, то ты с этим ничего не сможешь сделать. Я уже старая, прожила полноценную жизнь. И пусть я пока не готова прощаться, когда придет время, я с благодарностью оглянусь назад на прожитые годы, на окружающую меня любовь. Потому что именно любовь – мерило жизни, милый. И она стоит всего.

Морган поймал мой взгляд, мрачный и серьезный.

–Время пришло, брат.

–О чем ты, черт возьми?

–О Фейт,– пояснил он.– Ты ее любишь, верно?

Я начал спорить, но в этом не было смысла. Да и не очень-то хотелось, честно говоря.

–Да, люблю.

–Тогда главный вопрос не в том, кто где живет. Но доверишь ли ты ей свое сердце? И сможет ли она доверить тебе свое? Если ответ – «да»…– Морган пожал плечами.– Остальное – просто логистика.

–Чертовски серьезная логистика,– возразил я.– Прости, Моми.

Она только фыркнула.

–Лучше помолчи и послушай Моргана.

Брат повернулся ко мне, скрестив руки на груди.

–Что ты сказал восемь лет назад, когда я признался, что переезжаю на Кауаи?

–Я сказал, что ты чокнутый.

–А после этого?

–Не знаю…

Улыбка Моргана стала шире.

–Ты сказал: все, что угодно, лишь бы ты был счастлив, брат. И я до нелепого счастлив. У меня есть все, о чем можно только мечтать. И все благодаря тебе.

–Я не…

–Ты сделал это возможным.– Его глаза заблестели, голос стал хриплым.– Ты пообещал заботиться обо мне и сдержал слово. Теперь твоя очередь. Для разнообразия подумай о себе. И стань счастливым.– Морган расплылся в улыбке.– Мы справимся. Конечно, будем чертовски по тебе скучать, но все сложится хорошо.

Глаза вдруг наполнились слезами.

–Черт, ты прогоняешь меня?

–Да,– в один голос подтвердили Моми и Морган. Брат усмехнулся.– Мы голосуем за то, чтобы ты покинул остров.

–Засранец!– Я рассмеялся и вытер глаза. Хотелось сказать что-то еще, но я не мог подобрать слов.– Я думал, что не сумею уехать. Но… я просто хочу дать Фейт все, в том числе и жизнь, которую она выберет. Идеальную жизнь.

–Ее идеальная жизнь включает и тебя.

Я медленно кивнул, осознав, что мне нужна жизнь только рядом с Фейт. И вероятно, не важно, где именно – ведь пока я был с ней, то находился дома.

Я перевел взгляд с Моргана на Моми и обратно.

–Будет непросто,– хрипло предупредил я.

–Как будто ты сумеешь от нас избавиться,– фыркнул Морган.– Прыгнешь в самолет – и ты здесь.

–Я останусь без работы.

Морган усмехнулся.

–В Сиэтле устроят пожары специально для тебя.

Хмыкнув, я вытер нос.

–Разве ее не ждет какая-то большая церемония награждения?– поинтересовалась Моми, приподняв брови.

–В эти выходные,– подтвердил я.– Очень важная, и Фейт обязательно победит.

–Тогда в этот момент тебе лучше быть рядом с ней,– подсказал Морган.

Мы просидели с Моми еще несколько часов, потом она устала и выставила нас из палаты.

Поднявшись со стула, я наклонился и поцеловал ее в щеку.

–Mahalo nui loa. За все.– Я смерил ее суровым взглядом.– Знаешь, чтобы влезть в мою жизнь, вовсе не нужно было ломать бедро. Могла бы просто позвонить.

–Что я могу сказать? Люблю драматичные ситуации.– Она похлопала меня по щеке.– Беги к своей wahine nani.

«К своей прекрасной женщине».

Сейчас я не мог даже представить, что Фейт станет моей навсегда.

Я повернулся и обнял Моргана.

–Я пришлю тебе данные новой медсестры.

–Не сомневаюсь. Но не стоит пока прощаться. Разве тебе не нужно кое-что прикупить?

Я подавил тяжкий вздох. На сердце внезапно стало легче, чем когда-либо. Оказалось, не так уж сложно принять нужное решение, и буря внутри тут же успокоилась.

–Да. Думаю, что нужно.

* * *

Три дня спустя я зарегистрировался в отеле «Сентенниал» вСиэтле, штат Вашингтон. Я распаковал повседневную одежду и один дорогой костюм. Из ручной клади достал маленькую черную бархатную коробочку и сунул ее в карман куртки, а после отправил сообщение.

«Я на месте».

Ответ пришел довольно быстро.

«Встретимся в баре «Чарльстон» втри часа».

Я кивнул и вышел на улицу.

На Гавайях дожди приходили и уходили. Сперва лило как из ведра, а после, как по мановению волшебной палочки, небо становилось синим. Сиэтл в феврале выглядел серым и унылым. Казалось, облака поселились в нем навечно.