Умолкшие - Эллисон Бреннан

– Когда в ней замешан наш агент и беглый преступник – то да.

Из коридора справа вышла похожая на газель чернокожая женщина.

– Спасибо, Римус. Я поговорю с агентом. – Она подождала, пока сторож, шаркая и что-то бормоча себе под нос, удалится по коридору.

– Прошу прощения. Я Марти Норт. Присядем.

Она показала на переднюю скамью. Ной сел, она уселась в футе от него, подогнув левую ногу и одарив его сверкающей улыбкой, совершенно не соответствующей ее подозрительному взгляду.

– Специальный агент Ной Армстронг, верно?

– Да, мэм. Я ищу молодую женщину, называющую себя Айви. – Он показал ей фотографию. – Вы знаете ее?

Марти Норт даже не посмотрела на снимок.

– Чем эта молодая женщина привлекла внимание ФБР?

– Мы считаем, что она в опасности.

– В этом городе много молодых женщин в опасности. ФБР на них плевать. Так почему вас так интересует эта девушка?

– Вы помните пожар на прошлой неделе, в нескольких кварталах отсюда, на Хоторн-стрит?

– Да. Я живу здесь, наверху.

– Айви жила в том доме еще с пятью молодыми женщинами.

У Ноя создавалось четкое ощущение, что он рассказывает преподобной Норт о том, что она уже знает. Марти улыбалась ему, словно ожидая вопроса, на который заранее не собиралась отвечать.

– Айви посещала эту церковь? – спросил Ной.

– Я не веду учет. Вход открыт для всех.

– Но вы узнали ее.

– Фото нечеткое.

Ной начал раздражаться, поэтому сменил тактику.

– У вас есть и приходская школа?

– Да. Уволившись из армии, я получила степень по дошкольному воспитанию.

– Вы служили?

– Да, сэр. Капрал, Форт-Худ. Год прослужила капелланом в Ираке.

– ВВС, – сказал Ной. – Капитан, «Вороны», ВВС[14].

– «Вороны». Элита.

Армстронг пожал плечами. Девяносто процентов его работы состояло в охране самолетов и транспортировке международных преступников. Ничего такого.

– Сколько у вас учеников?

– Численность непостоянная. В среднем десять-двенадцать, но бывает и больше. У нас есть лицензия от города.

– На этой улице сегодня утром была авария с последующей перестрелкой.

– Мне потом рассказали. Выстрелов я не слышала, но Римус рассказал об аварии. Он водит детей в парк до того, как станет слишком жарко, а из-за аварии при возвращении пришлось сделать крюк.

– В этой машине была Айви. Я думаю, она пришла сюда после аварии. Вы ее видели? Или кого-нибудь, побывавшего в аварии?

Теперь Ной понял, что поймал пастора. Марти, как могла, пыталась запутать его, но старалась при этом не лгать – она была священником, или просто не хотела попадаться на лжи федеральному агенту, что было преступлением.

– Да, сюда приходила молодая женщина, с порезом на руке. Она не сказала, что побывала в аварии. Я предложила отвезти ее в больницу, но она отказалась. Я дала ей маленькую аптечку первой помощи, и эта женщина ушла.

Ной начал уставать от десятков вопросов.

– Вы видели ее раньше?

– Да, она приходила на службы.

– Она была на машине или пешком?

– Пешком.

Ной протянул Марти визитку.

– Вы, возможно, считаете, что защищаете Айви, но вы подвергаете ее еще большей опасности. Кто-то пытается ее убить и чуть не убил мою напарницу в той аварии. Я могу помочь ей только в том случае, если она придет ко мне сама. Две девушки, с которыми она жила в том доме, мертвы, и, по моему мнению, тот, кто убил их, намерен убить Айви и остальных. Если он найдет ее раньше меня, она погибнет. Уверен, что вы не хотите, чтобы у вас на совести лежал такой камень. – Он пошел было к выходу, но остановился и обернулся к ней. – Если Айви каким-нибудь образом свяжется с вами, дайте ей мой номер телефона. Если узнаете, где она, немедленно свяжитесь со мной. Ее диагноз свидетельствует, что она представляет опасность для себя и окружающих. Я хочу ей помочь, но она должна прийти сама. Если будет так, я ей помогу.

Марти встала со скамьи, оказавшись выше Ноя – не меньше шести футов двух дюймов.

– Агент Армстронг? Лживый язык ненавидит уязвляемых им[15]. – Она вздернула подбородок, от чего стала казаться еще выше. – Не принимайте на веру все, что вам говорят. Можете идти.

* * *

Айви подождала, пока агент ФБР уйдет, и лишь потом спустилась.

– Он все еще снаружи. Следит.

– Здесь ты в безопасности. Я заперла входную дверь.

– Преподобный едет сюда. Он заберет Сару. Он уже солгал, и они ему поверили.

Только один человек мог сказать ФБР о том, что она психически больная. Ее отец.

Айви так трясло, что она боялась переломиться пополам. Она должна взять себя в руки. Или ей никогда не выбраться из этого города.

Марти подошла и положила крупные узкие ладони на плечи Айви.

– Больше ты здесь не в безопасности. Этот фэбээровец вернется.

– Я знаю. – Она глубоко вздохнула. – Вы найдете Мине дом?

– У меня есть одна старая приятельница в Форт-Худе. Мы вместе ходили в богословскую школу. Она полюбит Мину, как и мы. Я уже готовлю документы. Для всех остальных Мина – ее племянница из пригородов северной части Нью-Йорка. Никто не будет задавать вопросов. Ты сделала что могла, Айви. Ты спасла Мину, ты все время ее защищала. Теперь позволь мне. Позволь мне помочь.

Айви кивнула.

– Спасибо вам.

– Ваши документы будут готовы утром. Забирай Сару, но не говори мне куда. Я плохо умею лгать.

– А я – слишком хорошо.

– Господь тебя простил. Теперь прости сама себя.

Грудь Айви судорожно сжималась от молчаливых рыданий. Марти крепко обняла ее своими костистыми руками, и Айви ощутила себя настолько любимой, как не бывало с той ночи, когда ее мать пыталась спасти ее от чудовища.