Умолкшие - Эллисон Бреннан

Психические заболевания в семье были наследственными. Мать Ханны покончила с собой и пыталась убить двух младших дочерей. Тогда Ханне было семь лет. Она и грудной младенец, Сара, выжили каким-то чудом после того, как Мэри Эдмондс нарочно направила машину в забор. Ной редко имел дело с подобными психическими отклонениями, но знал он достаточно, чтобы понимать, что Ханна представляет опасность для себя и для других. Если она почувствует себя загнанной в ловушку, испуганной, беспомощной, то что она может сделать с младшей сестрой? Можно ли вообще верить ее словам?

Нужно взять ее и проверить ее состояние. Ханна – единственная связь между всем, что случилось начиная с понедельника. А вдруг за этими смертями стоит она?

А что, если у нее есть сообщник?

Это предположение было притянуто за уши, если учесть, что в девушку стреляли после того, как Люси и Джейни подобрали ее, но, может, все было не так, как казалось. Может, ее напарник подумал, что она сбежала из-под ареста. Ною это казалось нелепым, но он был обязан рассматривать факты, и в настоящий момент агент не понимал, зачем Ханна Эдмондс сменила имя, – как и то, почему они с сестрой оказались здесь, и была ли она действительно похищена или сбежала, и что связывало Ханну с Венди Джеймс или прочими жертвами. У него были только официальные отчеты – причем некоторые противоречили друг другу – от действительного сенатора, социального работника и соседки-пенсионерки. Фактов было много, связей – мало.

Армстронг прошел по следам Люси от дома на Хоторн-стрит до места аварии.

Машину Джейни уже оттащили от ограждения и поставили на эвакуатор. Ее отвезут в гараж ФБР, где автомобиль осмотрят эксперты в поисках улик, для чего Ною пришлось долго уговаривать и выкручивать руки полицейскому начальству. Но ведь кто-то стрелял в федерального служащего, и хотя Джейни была полицейским округа Колумбия, у федерального правительства было больше возможностей для обработки улик.

Будет легко сравнить повреждения на машине и фургоне. Но сначала надо его найти, а пока у них ничего не было. Ной отправил группу техников просматривать записи уличных камер, но по соседству их оказалось мало, и они были сильно разнесены. Армстронг велел им заняться главными улицами в районе, однако эта работа была, как правило, трудоемкой и малорезультативной.

Куда делась Айви? Она исчезла, когда приехали полицейские. Девушка хорошо знала этот район. Они до сих пор не нашли машину Джослин Тейлор, в которой Айви выехала из отеля «Потомак» в ночь убийства.

Или, возможно, она знала кого-то в округе, кто мог ей помочь…

Армстронг вернулся на Хоторн-стрит и постучал в дверь Патрисии Нил. К нему вышла пожилая женщина. Она широко улыбнулась; очки свалились с ее носа и повисли на цепочке.

Ной показал ей свой жетон.

– Миссис Нил, я агент Ной Армстронг из Федерального бюро расследований. – Он сунул жетон в карман. – Мы разговаривали сегодня по телефону.

– Да, о краже.

– Мой сотрудник приходил к вам снять показания?

– О да, они только что уехали. Не хотите лимонаду? Я сделала для них, у меня много.

– Нет, спасибо. Мне нужно расследовать ваше заявление, которое вы сделали сегодня моей коллеге Люси Кинкейд.

– Такая милая девушка, – улыбнулась миссис Нил. – Такая вежливая…

– Да, мэм. У меня возникло несколько вопросов.

– Может, войдете? Тут становится жарко.

– Это не займет много времени. – Ной подозревал, что если он войдет, то выйти быстро будет сложно. Неудивительно, что миссис Нил интересовалась молодыми соседками, – ей надо было с кем-то поговорить.

– Вы не знаете, куда могла пойти Айви, попав в беду или в поисках места для проживания?

– Она могла прийти ко мне. – Миссис Нил нахмурилась. – Если б она просто попросила эти деньги, я бы отдала их ей.

– Да, мэм.

– Айви оставила записку. Она неплохой человек.

Женщина повторялась, и Ной боялся, что ничего полезного из нее не выудит. Поездка оказалась простой тратой времени.

– А другие соседи? Друзья? Работа? Церковь? Школа? Ближайшая библиотека?

– Она любила ходить в церквушку на Тридцать первой улице. Названия не помню. Очень маленькая. Но она ходила туда почти каждое воскресенье. Иногда брала с собой Мину или одну из других девочек, но вряд ли они были хорошими прихожанками. Вы же знаете современных детей…

– Да, мэм. – Армстронг протянул ей визитку. – У вас уже есть, но я написал там мой сотовый. Если увидите Айви или других девочек, сразу же звоните, хорошо?

– Конечно. Я и агенту Кинкейд это пообещала. Надеюсь, у Айви и Мины все будет хорошо. Они милые девочки.

Ной не знал, правильно ли называть милыми проституток, но не стал ничего говорить. Он поблагодарил миссис Нил и вернулся в машину.

Тридцать первая улица находилась в нескольких кварталах отсюда. Агент медленно ехал по улице, высматривая маленькую церковь. Ничего не нашел, завернул за угол и поехал назад к Хоторн-стрит. Он стал присматриваться внимательнее и понял, что просто не заметил ее – церковь была не столько церковью в полном смысле слова, сколько перестроенным бизнес-зданием, частично укрытым двумя более крупными домами. Кроме того, она стояла не у самой дороги и была наполовину загорожена старым деревом.

Церковь Милости Господней и приходская школа Воскресные службы с 9 утра.

Ной припарковался на улице и пошел к церкви. Стоял полдень, самое жаркое время. На маленькой крытой детской площадке за ограждением не было детей. Дверь за углом вела в школу – та была за запертой калиткой. Передняя дверь, ведущая в церковь, не была заперта. Армстронг вошел, о чем возвестил звон колокольчика. В помещении было десять рядов разномастных скамеек с проходами по обе стороны. Если сидеть впритык, то, возможно, здесь уместится сотня людей.

Алтарь был простым, с крестом без распятия, с кафедрой и несколькими стульями для хора или выступающих. Высокие узкие окна пропускали тот дневной свет, какой не загораживали высокие здания, окружавшие церковь с трех сторон. В комнате справа были видны еще стулья и два стола разной высоты.

Ной не замечал двери за алтарем, пока та не открылась. В комнату вошел пожилой человек – будь у него борода, получился бы вылитый Санта-Клаус. Он был в слаксах и рубашке с коротким рукавом, застегнутой на все пуговицы, собравшейся в складки на животе.

– Чем могу помочь?

Ной представился и спросил:

– Вы пастор?

– Нет, сэр. Я сторож, Римус. Вы ищете Марти?

– Да, он здесь?

Густые брови Римуса сурово сдвинулись.

– Вы не знаете Марти?

– Нет, Римус, я расследую аварию, произошедшую в нескольких кварталах отсюда.

– ФБР расследует аварии?