Память о смерти - Нора Робертс

– Лейтенант. Нам приказано сканировать удостоверения. Прошу вас…

– Отлично. – В конце концов, это был ее собственный приказ. – Вперед.

Женщина вынула ручной сканер – куда более навороченный, чем любой табельный полицейский, – и проверила. Нажатием кнопки она вывела лицо Евы с фотографии на экран сканера, а убедившись, что все в порядке, вернула ей удостоверение вместе с жетоном.

– Поднимайтесь, лейтенант. Хотите, я позвоню охраннику, предупрежу его?

– Нет, я предпочитаю заставать их врасплох.

К счастью для охранника, он оказался на месте. Они были знакомы, поэтому, вместо того чтобы требовать удостоверение, он втянул живот, расправил плечи и отдал честь.

– Лейтенант!

– Беннингтон! Доложите обстановку.

– Все тихо. Все комнаты на этом этаже заняты, кроме пять-ноль-пять и пять-пятнадцать. Люди входят и выходят: с покупками, с портфелями. Из номера пять-двенадцать ни звука с тех пор, как я заступил на смену.

– Можете отлучиться минут на десять.

– Спасибо, лейтенант, я сменяюсь через тридцать, постою.

– Ладно.

Ева постучала, дождалась, пока кто-то изнутри посмотрел на нее в глазок. Дверь открыла Зана.

– Привет, я не знала, заглянете ли вы к нам сегодня. Бобби в спальне, разговаривает по телефону с Дензилом. Хотите, я его позову?

– Не нужно. – Ева вошла в комнату. Рорк позаботился предоставить им… кажется, это называлось «деловой люкс»: номер с кухней, примыкающей к уютной комнате, которая служила гостиной и кабинетом. Спальня была отделена от кабинета раздвижными дверями. Сейчас они были закрыты. – Как вы? – спросила Ева.

– Спасибо, мне уже лучше. – Щеки Заны слегка порозовели. Она нервно взбила свои пышные светлые локоны. – Я тут сообразила, что вы видели меня по большей части в истерике, обычно я не такая. Честное слово.

– У вас были причины.

Ева оглядела комнату. Защитные экраны на окнах были включены. Отлично. По телевизору передавали какое-то женское ток-шоу. Неудивительно, что Бобби закрыл двери спальни.

– Принести вам чего-нибудь? Тут кухня хорошо загружена. – Зана грустно улыбнулась. – Не нужно бегать за сдобой. Я могу принести вам кофе или…

– Спасибо, ничего не нужно.

– Этот номер гораздо лучше прежнего. Только каким ужасным путем мы его получили…

– Не стоит из-за этого смущаться и переживать.

– Да, наверно.

Зана беспрерывно вращала обручальное кольцо на пальце. На правой руке у нее было кольцо с маленьким розовым камешком. И такие же розовые камешки были у нее в ушах. Они совпадали по тону с ее губной помадой, отметила Ева. Как женщины ухитряются следить за такими мелочами? А главное, зачем?

– Я так рада, что вы нашли мою сумку. Там были все мои вещи. Фотографии, удостоверение и эта новая помада… Я ее только что купила и… О боже. – Зана потерла лицо руками. – Не хотите присесть?

– На минутку. Вы ведь уже давно знаете Бобби и Дензила.

– С тех пор, как начала у них работать. Бобби – он такой милый! Лучше всех. – Зана села, разгладила брюки на коленях. – Я в него сразу влюбилась. Знаете, он немного робок с женщинами. Дензил все время его подначивал.

– Бобби упоминал, что Дензил не ладил с Труди.

– Ну… – Зана опять слегка покраснела. – По большей части Дензил держал дистанцию. Они, можно сказать, не сошлись характерами. А мама Тру… она всегда выкладывала напрямую все, что думала. И люди иногда обижались.

– А вы? Вы не обижались?

– Она же… она была… матерью человека, которого я люблю. И она воспитала его в одиночку. – Взгляд Заны стал мечтательным. – Она воспитала такого хорошего человека. Я была не против, когда она давала мне советы, в конце концов, я же никогда раньше не была замужем, не вела хозяйство. И все равно Бобби умел с ней справляться.

– В самом деле?

– Он мне советовал просто кивать и делать вид, что я со всем согласна, а потом поступать по-своему. – Зана засмеялась и зажала себе рот рукой. – Сам он так и поступал по большей части, и у них почти никогда не бывало споров.

– Но иногда все-таки бывали?

– Так, небольшие размолвки время от времени. В семьях такое бывает. Ева… Можно я буду звать тебя Евой?

– Да, пожалуйста.

– Как ты думаешь, скоро мы сможем вернуться домой? – Губы Заны задрожали, она крепко сжала их. – Мне так хотелось приехать в Нью-Йорк, я так радовалась… Только об этом и думала. А теперь я думаю только об одном: как бы поскорее домой уехать.

– На данном этапе расследования будет лучше, если вы с Бобби останетесь здесь.

– Вот и он так говорит. – Зана вздохнула. – И он не хочет ехать домой на Рождество. Говорит, что просто не хочет быть дома в праздники. И я могу его понять. Просто… – Слезы заблестели у нее в глазах, но ни одна не упала. – Это, наверное, эгоистично.

– Что именно?

– Это же наше первое Рождество после свадьбы, и теперь мы проведем его здесь – в гостиничном номере. – Зана всхлипнула, отерла слезы и покачала головой. – Думать об этом эгоистично, когда его мама…

– По-моему, это естественно.

Зана бросила виноватый взгляд на закрытые двери в спальню.

– Не рассказывай ему, что я тут наговорила. Пожалуйста! У него и без того полно забот. – Она поднялась, когда раздвижные двери открылись. – Привет, дорогой. Смотри, кто к нам пришел.

– Ева. Спасибо, что пришла. Я говорил с моим партнером. – Ради жены Бобби заставил себя улыбнуться. – Мы заключили сделку.

Зана захлопала в ладоши.

– Большой дом?

– Большой дом. Этим утром Дензил подписал контракт и получил задаток.

– О мой дорогой! Это же чудесно! – Зана бросилась ему на шею. – Вы оба столько работали над этой сделкой.

– Большая удача, – объяснил Бобби, повернувшись к Еве. – Мы уж не чаяли сбагрить с рук этот дом. Зря мы с ним связались, уже думали махнуть рукой и сдаться, но как раз на прошлой неделе наметилась подвижка. А этим утром мой партнер завязал ленточку бантиком.

– В Техасе.

– Ну да. Трижды показывал им дом за выходные. Они всё никак не могли решиться. Захотели пройтись по дому еще раз этим утром, и он опять их провел, и вот тут уж они проглотили наживку. Для нас это хорошие комиссионные.

«Снял партнера с заезда, – подумала Ева. – Разве что Дензил нашел способ быть в двух местах одновременно».

– Поздравляю, – сказала она вслух.

– Мама была бы на седьмом небе.

– Милый! – Зана взяла его за обе руки. – Не грусти, мама Тру не хотела бы, чтобы ты грустил. Она так гордилась бы тобой. Вот что я скажу: мы это отпразднуем. Я не шучу. – Она слегка встряхнула мужа. – Я закажу бутылку шампанского, и ты немного отвлечешься и почувствуешь себя героем. Ты выпьешь с нами, Ева?