Перемены - Даниэла Стил

— Я тоже сомневаюсь.

Затем воцарилось странное молчание, и Мел напряженновслушивалась, размышляя, что у него на уме, но, когда он вновь заговорил, Мелпоказалось, что он поддразнивает ее.

— Это очень плохо.

— Что именно?

Он тянул с разъяснением, а ей не хотелось играть в шутки потелефону, но он явно был в игривом настроении.

— Что вы не хотите уезжать оттуда.

— Зачем? — У нее заколотилось сердце. Он заставлялее нервничать.

— Потому что меня попросили принять участие вконференции в Нью-Йорке и сделать доклад перед хирургами всего Восточногопобережья. Они соберутся в Колумбийском обществе пресвитерианцев.

Минуту она молчала, затаив дыхание, а затем быстрозаговорила:

— Неужели? И вы поедете?

— Я мог бы. Обычно я отказываюсь, особенно в это времягода. Нью-Йорк в июле не самое лучшее место, но я подумал, что, возможно, присложившихся обстоятельствах… — Он ужасно покраснел, а Мел чуть не задохнулась.

— Питер! Вы приедете?

Он нежно засмеялся, удивляясь им обоим. Они вели себя какдва ребенка.

— Я согласился сегодня в три часа. А теперь как решитьпроблему с вами и Мартас-Винъярдом?

— Мы только что приехали сюда.

Он поспешил заверить ее:

— Если вы не хотите, чтобы я приезжал, то для меня этоне обязательно.

— Ради бога, не говорите глупости. Сколько мы ещесможем продолжать подобное общение? Звонить друг другу дважды в день и не иметьвозможности увидеться?

Прошло всего три с половиной недели после ее отъезда изКалифорнии, но им показалось, что минуло более трех лет. Им было необходимовстретиться и разобраться в своих чувствах.

— Я тоже так подумал. Ну и… — Он снова засмеялся,предвкушая встречу с ней.

— Когда вы приезжаете?

— В следующий вторник. Мне бы хотелось, чтобы это произошлозавтра.

— Мне тоже. — Она погрустнела. А потом,приободрившись, добавила:

— Так осталось всего шесть дней.

— Знаю, — восторженно, как ребенок, усмехнулсяон. — Мне забронировали номер в гостинице «Плаза».

Но, когда Мел услышала это, у нее мелькнула мысль. Онапоколебалась, прежде чем высказать ее вслух, опасаясь поставить их обоих внеловкое положение.

— Почему бы вам не остановиться в нашем доме?

Девочек не будет, и в вашем распоряжении окажется целыйэтаж. Вам там будет намного удобнее, чем в гостинице.

Он помолчал, взвешивая все «за» и «против», так же, какраздумывала и она, прежде чем сделать такое предложение. Пребывание под однойкрышей могло бы поставить их в крайне неловкое положение и ко многомуобязывало… но на разных этажах…

— А вы ничего не имеете против? Так было бы проще, номне не хотелось бы стеснять вас или… — Он запинался, а она, засмеявшись,вытянулась на постели, прижимая трубку к уху.

— Я волнуюсь так же, как и вы, но мы ведь взрослые людии сможем справиться с этим.

— Сможем ли? — улыбнулся он. Он не был стольуверен в себе. — А вы оставите девочек одних?

— Нет, но здесь с нами Ракель, так что все будет впорядке. — Она представила скорую встречу с ним и обрадовалась:

— О, Питер, я не в силах дождаться!

— Я тоже!

Следующие шесть дней им обоим показались вечностью. Ониговорили по телефону по два, а то и по три раза в день, и в конце концов Ракельдогадалась, что Мел кем-то увлечена, но девочки, казалось, ничего не замечали.В воскресенье вечером Мел невзначай упомянула, что должна на несколько днейсъездить в Нью-Йорк и уезжает во вторник утром. Это известие ошеломило всех.Она никогда не возвращалась в Нью-Йорк, за исключением одного раза, когда Джесссломала руку и Мел хотела показать ее опытному ортопеду. Но сейчас они прожилиздесь всего два дня!

Мел сказала, что вернется в пятницу после обеда; значит, онасобирается отсутствовать четыре дня. Им было трудно поверить, что онадействительно уезжает, но она настаивала, что служебные дела требуют ееприсутствия на студии. В тот вечер девочки, не переставая удивляться, вернулисьна пляж, чтобы с друзьями устроить костер, но после того, как убрали со стола.Ракель пристально посмотрела на нее.

— Надеюсь, это серьезно?

Мел отвела глаза и понесла стопку тарелок на кухню.

— Что именно?

— Меня вы не проведете. У вас новый мужчина.

— Вовсе нет. Это просто человек, у которого я бралаинтервью. — Но она не могла посмотреть на Ракель, так как знала, что глазавыдадут ее. — Только, пожалуйста, присмотрите за девочками, пока меня небудет, особенно за Вал. Я заметила, что этот Джекобс чересчур взрослый иоблизывается всякий раз, когда видит ее.

— Он не сделает ничего дурного. Я прослежу заними. — Затем она проводила взглядом Мел, удалившуюся в свою комнату, и сусмешкой пошла на кухню, держа сигарету в зубах. Она была проницательнойженщиной и любила их семью.

Во вторник утром Мел улетела из Бостона в Нью-Йорк. Онаприехала домой в четыре часа дня, и у нее оставалось достаточно времени, чтобыпроветрить все комнаты, а затем включить кондиционер, купить свежие цветы икое-что из продуктов, которые могли понадобиться, затем вернулась и сталаготовиться к встрече. Его самолет прилетел в девять вечера, но на всякий случайМел выехала в аэропорт в половине восьмого и правильно сделала, так какдвижение было весьма интенсивным, повсюду были пробки, и она добралась тудатолько без четверти девять. Она успела выяснить, у какого выхода его следуетвстречать, а затем от волнения переминалась с ноги на ногу в течение получаса,так как самолет опоздал на пятнадцать минут. Ровно в девять пятнадцать большаясеребристая птица подкатила к воротам, и начали выходить пассажиры. Мел стояла,не спуская глаз с вереницы людей с калифорнийским загаром, в соломенных шляпахи без колготок, и вдруг увидела мужчину, отличавшегося от остальных пассажиров,в бежевом полотняном костюме и голубой рубашке с синим галстуком. У него былсерьезный вид, когда он шагнул к Мел и посмотрел на нее, а потом без лишнихцеремоний наклонился и поцеловал ее. Люди обходили их, как река, омывающаягоры, пока они стояли так, прижавшись друг к другу. Затем он взглянул на нее иулыбнулся.

— Здравствуйте, Мел!

— Как прошел полет?

— Не так приятно, как наша встреча. — Питерусмехнулся, и, держась за руки, они направились за его багажом. По пути изздания аэропорта они то и дело останавливались и целовались, и Мел удивилась,как она выжила без него.

— Вы замечательно выглядите. Мел.