Перемены - Даниэла Стил

— Вы готовы? — крикнула Мел, стоя внизу в холле ив последний раз оглядывая все кругом. Она закрывала дом в Нью-Йорке на лето.Два больших чемодана уже ждали в холле вместе с тремя теннисными ракетками,двумя большими соломенными шляпами девочек и небольшим зеленым чемоданом Ракели.

Экономка каждый год на шесть недель уезжала с ними, а затемпродолжала отпуск в Нью-Йорке до их возвращения.

— Поехали, ребята! Нам надо через полчаса быть ваэропорту.

Вчера она попрощалась со всеми в конце выпуска новостей, апотом они пошли с Грантом отметить ее отпуск. Они по-прежнему оставалисьдрузьями, но он видел, что она все еще смущена и нервничает, а в последнеевремя выглядит уставшей. Она много работала на студии, закончила репортаж обоперациях на сердце, сделала до отъезда еще два крупных репортажа и нескольконабросков, чтобы они могли использовать их в течение лета. Грант подозревал,что состояние Мел связано с чувством, которое захватило ее, хотя до сих пор онаничего ему так и не рассказала. Питер продолжал звонить ей ежедневно, но Меланине представляла, что из этого может получиться, да и получится ли что-нибудьвообще. А в последнее время она заволновалась даже из-за своего контракта,который предстояло возобновить в октябре. На телестудии произошло множествоперемен, поговаривали о новом владельце, и одному Богу известно, что это сулитвсем сотрудникам. Но Грант при встрече заверил Мел, что ей абсолютно не о чемволноваться, да и Питер говорил то же самое, когда она поделилась с ним своимбеспокойством. Тем не менее она продолжала думать об этом, но теперь можнозабыть обо всем на два месяца. Она не станет думать о работе и даже о Питере иГранте. Она будет только отдыхать со своими дочками. Наконец девочки стремглавсбежали по ступенькам, неся в руках отобранные игры, книги и сумки. Валериянесла в руках огромного надувного медведя.

— Вал… ради Бога…

— Мамочка, я должна его взять. Джош подарил мне этогомедведя на прошлой неделе, а у него родители в Чаппаквиддике; он будет навещатьнас, и если я не…

— Ладно, ладно. Только сложи весь этот хлам,пожалуйста, и поторопись в такси, а то мы никогда не доберемся до аэропорта.

Путешествовать с дочерьми всегда было трудно, но интересно.Водителю такси удалось запихнуть почти все вещи в багажник, и наконец онитронулись в путь. Мел с девочками разместилась сзади, при этом Вал держалаогромного медведя, а Ракель села на переднее сиденье со шляпами и тенниснымиракетками.

Пока машина мчалась в аэропорт, Мел перебирала в уме, все лиона сделала: закрыла ли дверь в сад и все окна, включила ли охраннуюсигнализацию, выключила ли газ… У нее всегда возникало тревожное чувство, незабыла ли она что-нибудь. Но когда самолет взлетел, все развеселились, а Мелпочувствовала облегчение, которого не испытывала уже несколько недель. Всесомнения остались в Нью-Йорке, и Мел собиралась обрести покой вМартас-Винъярде.

Питер звонил каждый день, а иногда и дважды в день, и Мелрадовалась их разговорам и терзалась из-за них. Зачем он звонил? Когда ониснова увидятся?

И что ждет их в будущем? Он признавался, что переживаеттакое же смятение, какое испытывала и она.

Но неудержимая сила влекла их к невидимой цели, котораяпо-прежнему пугала их обоих и о чем они изо всех сил старались не говорить. Онистарались избегать опасной темы, но то и дело признавались, как им не хватаетдруг друга. «Но почему? — спрашивала Мел. — Почему я скучаю по нему?»Она до сих пор не знала ответа или не желала его знать.

— Мам, как ты думаешь, мой велосипед еще сгодится илион уже заржавел? — Валерия со счастливым видом смотрела в иллюминатор, прижимаяк себе медведя, привлекая к себе похотливые взгляды мужчин, сидевших черезпроход. Мел порадовалась, что не разрешила ей лететь в маленьких голубыхфранцузских шортах, в которых она вышла к завтраку и привела всех в ужас,сказав, что поедет в них в Мартас-Винъярд.

— Не знаю, милая. Увидим, когда окажемся наместе. — Женщина, у которой они каждый год арендовали дом, позволяла имоставлять некоторые вещи в подвале.

В Бостоне они взяли напрокат машину и поехали в Вудс-Хоул,где на пароме переплыли в Винъярд-Хивен. Им больше всего нравилось в этомпутешествии плыть на пароме. Создавалось впечатление, что реальный мироставался далеко позади, а с ним и все треволнения. Несколько минут Мел стоялаодна у перил, позволяя ветру трепать ей волосы и впервые почувствовав себясвободной. Только сейчас, за последние месяцы, она вдруг поняла, как ейнеобходим отпуск. И Мел наслаждалась этими краткими мгновениями уединения, покадевочки не отыскали ее. Они оставили Ракель, разговорившуюся с каким-томужчиной на нижней палубе, а когда та наконец присоединилась к ним, сталиподтрунивать над ней. Мел внезапно рассмеялась, представив себе миссис Хан.

Невозможно было вообразить, чтобы кто-то стал подтруниватьнад этой женщиной, или ее, флиртующей с мужчиной на пароме. Но они любилиРакель за ее независимую манеру поведения, и Мел понравилось, как Джесс обнялаих милую помощницу перед подходом к берегу. И даже Ракель улыбнулась. Винъярдим всем казался райским уголком, а когда они добрались до знакомого дома вЧилмарке, девочки тотчас босиком побежали на берег и стали гоняться друг задругом, а Мел наблюдала за ними.

Они быстро обосновались в доме, как делали это каждый год, ак вечеру всем четверым казалось, что они тут уже целый месяц. У них появилсялегкий загар за день, проведенный на берегу. Обстановка в доме была уютной,хотя и непритязательной. Он напоминал домик бабушки, с верандой и качелями, сцветастыми ситцевыми занавесками во всех комнатах.

Вначале там всегда стоял затхлый запах, который исчезалчерез несколько дней. Девочки ездили сюда с младенческих лет, и, как объяснилаМел Питеру, когда он позвонил в тот вечер, Чилмарк является как бы их вторымдомом.

— Им здесь нравится, да и мне тоже.

— Напоминает Новую Англию, Мел? — Он попыталсяпредставить это место по ее описанию. Бесконечная полоса пляжа, белый песок ирассеянный образ жизни. Небольшая компания интеллектуалов, приехавших изНью-Йорка и собиравшихся время от времени на ужин с омарами или на пикник наморском берегу. — Мы ежегодно ездим на горный курорт в Аспен. Почему бывам не приехать к нам вместе с дочками? Мы едем туда на первую декаду августа.

— Их ничем не выманишь отсюда. Ну… — Она передумала ине закончила фразу, и они вместе засмеялись. Они продолжали общаться потелефону, но их отношения казались такими призрачными. — Не думаю, что мнеудастся увезти их отсюда.