Нас нет - Мария Коваленко

— Считаешь, Тиму пора знать, как делаются дети?

Стыд затапливал с головы до ног, но руки предательски тянулись к мужским плечам. Гладили литые мышцы. Царапали кожу сквозь ткань футболки.

— Пока нет. Но, когда еще немного подрастет, я ему все расскажу. Подробную лекцию прочитаю. И про детей, и про отношения.

Этот упрямец все же внес меня в кладовку и закрыл за нами дверь.

— А пока пусть слушает и развивает фантазию? Так? — Я собрала все остатки силы воли и выставила вперед руки.

Нужно было срочно остановить этот бульдозер. Пока еще соображала!

— Тим с охраной, — сдался Денис. — Сегодня Войтенков дежурит. Он обещал научить Тимура нескольким приемам дзюдо.

У меня с души словно камень упал. Вместе с ним и руки опустились.

— У них там занятия?

В кладовке было лишь одно окно. Маленькое, под самым потолком. Но словно могла что-то увидеть, я обернулась к свету.

— Войтенков обещал дать нам час. — Глаза напротив зажглись адским огнем. — Целый час!

— Денис Шахов, ты такой продуманный мужчина! — Не дожидаясь, когда Денис разденется, я сама потянула его футболку вверх.

Никогда не была зависима от секса. Чаще, наоборот, избегала его. А сейчас потряхивало — так хотелось поскорее ощутить в себе тугую плоть и отпустить мысли.

— За десять лет я просто обязан был поумнеть! — Этот нахал подсадил меня на широкую полку и стянул промокшие кружевные трусы.

— Мне нравится... как ты изменился. — Пальцы побежали по каменному мужском прессу. Обрисовали каждый кубик и бесстрашно спустили вниз брюки вместе с бельем.

— А мне нравится, что со мной ты такая же горячая.

Денис не спрашивал, не предупреждал. Он был уже готов. Роскошный. Налитой. Идеальный.

Одним резким движением он толкнулся в меня и захрипел от удовольствия.

— Твоя «личная нимфоманка», — вспомнила я, как Шахов называл меня раньше.

— Только моя! — Не дав даже мгновения, чтобы отдышаться, это чудовище начало двигаться, с каждой секундой наращивая темп.

Вколачивался, иногда выходя полностью. Жалил в губы жадными поцелуями. Мял грудь, сдавливая между пальцами острые вершинки. И настойчивым взглядом, будто гипнотизируя, заставлял смотреть, как соединяются наши тела.

На себя. На меня. На блестящую влагу, размазанную по плоти. На резкие толчки, от которых по телу разносились разряды тока и саднило губы.

— Ни с кем такого не чувствовал. — Словно мало мне было быстрых движений, Денис добил еще и признанием.

— Господин Шахов, вы извращенец.

Не в силах смотреть в глаза, я качнулась вперед и обхватила Дениса за плечи. Прижалась как можно ближе. Так, что грудью чувствовала биение сердца. А губами могла слизывать капельки пота.

— Еще какой!

Он почти подвел меня к заветной черте. Готовое взорваться оргазмом тело уже звенело. Но Денис вдруг остановился.

— Интересно, если бы мы тогда не расстались, какими были бы сейчас? — спросил неожиданно.

— Ты имеешь в виду, вместе или порознь?

— Нет. Что вместе, это само собой. Просто... Какими?

***

На пятый день нашей вынужденной загородной жизни я начала ощущать непривычное спокойствие. В это же время стали появляться первые вести из Англии.

Партнеры Дениса, которым он слил компрометирующую информацию, все же вступили в игру. Денис сам позвал меня, когда Белов привез новости. Но в этот раз я не стала вмешиваться в разговор мужчин.

— После двух скандальных статей в СМИ акции английской компании серьезно упали. Чтобы хотя бы частично вернуть себе позиции, Мисюрову придется выкачать деньги из российского филиала, — спокойно, словно он не безопасник, а финансист, сообщил Белов.

— Он еще не связывался с Питером? Не просил заем?

— Мы слушаем все звонки. Пока разговоры шли о текущих вопросах.

— Это ненадолго. Мне сказали, что скоро выйдет третья статья. — Денис постучал пальцами по крышке стола.

— Третья его похоронит.

— Если Мисюров захочет отмыться, он отдаст компанию за копейки. И тогда у него останется только питерский филиал.

— Ваши лондонские партнеры готовы ее выкупить? — Белов внимательно посмотрел на босса.

— Да, они выслали коммерческое предложение.

— И как?

— Пока что наш клиент их послал, — развел руками Денис.

— Значит, ждем третью статью?

— Ждем... Ты связался со следователем?

— Да, — Белов оскалился. — У него уже стойка на это дело. Обещал и людей, и содействие.

— Содействие, вероятно, понадобится, — задумчиво протянул Шахов. — Сомневаюсь, что Мисюров лишился здесь своих связей. Какой-нибудь звонок сверху обязательно будет.

— Теперь звонок уже не поможет.

— Надеюсь.

— Соломки подстелили вовремя.

— О Вике есть новости?

В этот раз мы с Денисом были далеко друг от друга. В разных концах комнаты. Он не мог обнять меня или переплести наши пальцы. Но я почувствовала, как тело буквально обволакивает знакомым теплом.

— Физически все хорошо. Для гинеколога работы не осталось. А психотерапевт отзывается о ней с оптимизмом. Сказал, что стержень крепкий. — Будто это его лечили, а не Викторию, Белов мгновенно повеселел.

— Она смогла описать кого-нибудь из похитителей?

— К сожалению, лишь одного. Именно он выманил ее из квартиры, а потом выкинул на обочину. Остальных описать не может. Только рост и телосложение. Уроды были в масках. Но сказала, что по голосу постарается опознать. Приложит все усилия.

— Никогда не думал, что буду радоваться женской злопамятности. — Денис горько усмехнулся. — Однако повод есть.

— Подозреваю, если дать Виктории ружье, она их еще и перестреляет, — поддержал Белов.

— Перестреляет. И боюсь, начнет с меня. — Денис зарылся пальцами в волосы. — Ладно. Общая картина понятна. Как выйдет статья, сразу же пересылай бумаги следователю. Не хочу давать Мисюрову фору. От этого психа всего можно ожидать. Пусть лучше будет занят делом.

— Принято. — Сергей тут же засобирался.

Сложил бумаги, которые привез. Спрятал телефон. Махнул из окна пилоту вертолета. И лишь перед самым уходом на секунду задержался.

— Босс, там Константин Сергеевич интересовался, когда ему домой можно вернуться, — извиняющимся тоном произнес он.

— Разонравилась офисная жизнь? Или моя секретарша разучилась делать кофе?

— Насколько я понял, к Арине он подход нашел, — хмыкнул начбез. — Правда, диван в вашем кабинете этого «подхода» не выдержал.