Нас нет - Мария Коваленко

— У тебя совсем другой папа. Не Слава. Когда мы расстались с тем мужчиной, ты уже был вот здесь. — Моя ладонь опустилась на живот. — Я говорила об этом Славе. Он знал всегда.

— И сейчас ты скажешь, что этот... хмырь — мой отец? — с яростью выпалил Тим.

Он уставился на меня с такой одержимостью, что ноги подкосились.

Мой самый лучший в мире мальчик. Добрый и заботливый... Никогда еще я не чувствовала себя настолько ужасной мамой, как сейчас. Никогда еще не было так трудно говорить с ним, как в эту минуту.

Ночные слезы в сравнении с этим откровением казались глупостью. Только пора уже было поставить точку. Произнести последнее «да».

Как перед прыжком с обрыва, я набрала полную грудь воздуха. Облизала губы. Но говорить ничего не пришлось.

— Ты все правильно понял. Этот хмырь — твой папа, — неожиданно раздалось совсем рядом. Денис возник словно из воздуха. — Он ничего не знал о тебе. Даже не представлял, что стал отцом. И сейчас очень хочет с тобой познакомиться.

***

После появления Дениса я даже дышать перестала. От сумасшедшей энергетики двоих Шаховых, казалось, в кухне вот-вот что-нибудь загорится.

Страшно было. И за Тима, который много лет считал себя сыном совершенно другого человека. По моей вине. И за Дениса, на которого отцовство свалилось будто снежный ком.

— Пожалуйста, прости его. — Я встала между своими мужчинами, заслоняя сына. — Он не хотел сказать ничего плохого. Просто Тим еще не все знает. И не все понимает.

— Глупости. Мне не за что его прощать. — Шахов отодвинул меня в сторону и уселся перед Тимом на корточки .

— Я от своих слов не откажусь! — уверенно произнес мой мальчик, глядя в глаза Денису.

— А я и не собираюсь от тебя этого требовать. Наверное, если бы ко мне в девять лет явился какой-нибудь хмырь и сказал, что он мой папа, я бы его послал, — Денис усмехнулся.

— Я бы тоже послал. Но мама расстроится. — Словно у него внезапно развился насморк, Тим громко потянул носом.

— Маму обижать нельзя. Согласен. Она у тебя замечательная. — Шахов обернулся ко мне.

За все наши встречи я привыкла к его уверенному взгляду, к холоду или огню в глазах. Денис будто не знал, что такое полутона в эмоциях. А сейчас впервые видны были трещины в непробиваемой броне. Его задумчивость. Его горечь. И досада.

— Папа у меня тоже хороший. И это не вы! — Выпалив это, Тим резко дернулся вправо. К двери на улицу.

Лишь нечеловеческая скорость реакции Дениса помогла ему перехватить сына.

Они буквально впечатались друг в друга.

— Послушай, я тебе не враг, — быстро заговорил старший Шахов. — Я не собираюсь заставлять называть меня папой или изображать послушного сына. Для меня это все тоже сюрприз! Я не знал о тебе точно так же, как и ты не знал обо мне. Мы в одной лодке!

— А если я не хочу с вами ни в какую лодку?! — Тим, не сдержавшись, перешел на крик.

— Прости, парень... Так вышло.

Я видела, как на горле Дениса тяжело дернулся кадык.

— Это у вас вышло. А у меня уже есть папа! Он в Лондоне. Мне не нужен другой. — Сын влажным от слез взглядом посмотрел на мужчину перед собой.

— К тому отцу тебе нельзя, — спокойным тоном продолжил Денис. — Сейчас это слишком опасно для всех. И в первую очередь, для твоей мамы.

— Папа Слава опасен? — Тимур вновь потянул носом. Растерянно уставился на меня.

— Очень! — кивнул Денис и закрыл глаза.

— Да он... Да ты... — Моего мальчика тряхнуло. — Черт! Пошли вы все! — закричал он. И будто не мог больше находиться рядом, вырвался и сбежал на улицу.

Вместе с ним, казалось, туда бросилось и мое сердце. Боль вспышкой разлетелась за ребрами. И ноги сами понесли вперед, во двор.

Ничего не соображая, я сделала несколько шагов. Почти добралась до порога. Но возле Дениса остановилась. Словно уперлась в невидимую стену.

— Не нужно. — Он не прикасался ко мне. Хватило голоса, чтобы врасти в пол.

— Мне нужно к нему!

— Только хуже сделаешь.

— Думаешь, знаешь его лучше родной матери? — Все еще было слишком больно, чтобы соображать.

— Я знаю себя и помню, каким был в этом возрасте. — Денис медленно поднялся и насильно притянул меня к груди.

— Но ему плохо, понимаешь ты это или нет? — Я дернулась в крепких объятиях. Попыталась вывернуться.

Однако не тут-то было. На все мои нервные движения Денис ответил горькой улыбкой и лишь сильнее вжал в свое тело.

— Скажи мне, женщина, — когда я немного успокоилась, зашептал он, — как у тебя получилось повторить и внешность, и характер? Я как на себя смотрю! Мозг коротит от такого сходства. Это даже не копия, а еще один оригинал.

Скорее всего, если бы Денис продолжил успокаивать, я бы завелась еще сильнее. Разрушительный женский маховик было бы не остановить. А после таких слов злость как-то сама развеялась.

Словно последняя дура, я посмотрела в окно: мой ребенок пинал во дворе камни. Чувствуя, как по телу разливается тепло, расслабилась. И сквозь слезы улыбнулась.

— Мне не хватало тебя... Сильно. Наверное, поэтому сын получился такой.