Лесная колдунья - Галина Гордиенко

Василиса буквально на секунду позволила сознанию коснуться… э-э… души этого крошечного осколка природы и едва не вскрикнула.

Показалось, что она на охоте. Да не на летней, осенней или зимней, когда звери достаточно сыты и благодушны, а на весенней, когда на кону жизнь, своя и чужая.

Нескрываемая жажда крови, неистовая, практически волчья, испугала Василису. Вдруг мелькнула мысль, что ее выслеживает сумасшедший.

Девушку внезапно замутило, еще непролитая кровь — чья?!! — уже сейчас отравляла тихий летний вечер.

Василиса чувствовала ее солоноватый привкус, ее душный запах, пурпурно-алым набухла полоска неба над парком, куда падало низкое питерское солнце.

Может, именно от него пахло кровью? От солнца или — от огромного города…

Василиса буквально выдернула себя из этого состояния. Неистовая злоба Рустама мутила собственный рассудок, такого никогда не случалось с ней.

Периферии сознания коснулось еще что-то, но Василиса не обратила внимания, слишком была потрясена. Да и опасности не уловила, остальная живая и неживая природа оставалась нейтральной и даже доброжелательной.

Василиса едва сдержала порыв окликнуть Рустама, совершенно не хотелось поворачиваться к нему спиной.

А если он не рискнет напасть? В нем сегодня слишком явно читалась звериная сущность, а звери опасность чуют каждой клеточкой, там все на инстинктах…

Василиса заставила себя улыбнуться. Подняла с асфальта гибкий прутик, кто-то искусно вырезал вдоль всей длины узоры, и негромко рассмеялась — красиво. Действительно красиво.

Любуясь сложным витиеватым орнаментом, она пошла дальше и испуганно отпрянула в сторону, когда кто-то грубо вырвал из ее рук прут.

— Т-ты? — пролепетала она.

— А ты кого ждала, своего хахаля? — Рустам зло усмехнулся.

Василиса облегченно отметила отсутствие пистолета. Правда, нож…

Рустам и не думал скрывать кинжал, наоборот, демонстративно подбрасывал его в воздух. Матовое лезвие выглядело острейшим, явно боевое оружие, а не красивая безделушка для украшения стен или ковров.

И все же тяжелый кинжал казался игрушкой. Он пушинкой летал в руках Рустама, сталь то и дело окрашивалась лучами заходящего солнца, и Василисе казалось — кинжал жаждал ее крови ничуть не меньше своего хозяина.

В эти секунды Василиса словно забыла уроки Нарышкина. Летающий кинжал завораживал девушку, она не могла оторвать от него взгляда, недавние планы сдать Рустама в милицию выглядели по-детски наивными.

Да он выше ее на голову!

И массивнее в два раза.

— Что, рыжая ведьма, доигралась? — Рустама ее откровенный страх забавлял.

Он бросил кинжал так, что острейшее лезвие чуть не пропороло девушке щеку, Василиса едва успела отдернуть голову, золотистый локон с виска будто бритвой срезало.

Рустам перехватил кинжал, его зрачки пьяно расширились, оскал зубов стал буквально волчьим, он хрипло хохотнул и пробормотал:

— Ты за мой позор дорого заплатишь. Я еще не знаю, как дорого и хватит ли на это твоей крови…

Оцепеневшая Василиса не сводила глаз с кинжала.

В голове почему-то звенела единственная мысль, что Коська Нарышкин никогда не простит ей такой глупой смерти. Он потратил столько времени, натаскивая Василису именно против вооруженного ножом бандита…

— А моей крови достаточно?! Василиса не сразу поняла, что случилось. Ее снесло в кусты неведомой силой, и девушка пришла в себя, лишь довольно чувствительно напоровшись спиной на обломанные ветки сирени.

Василиса недоуменно моргнула, пальцы касались чего-то мягкого, неприятно податливого. Она брезгливо отбросила в сторону странную белесую массу и со стоном поднялась, тараща глаза на нежданного заступника. Голос показался ей…

Василиса угрюмо усмехнулась: совершенно сошла с ума, Рокотов мерещится ей повсюду!

Василиса никогда в жизни не видела парнишку, застывшего сейчас напротив ошеломленного Рустама. Кудрявый, светловолосый, в светлом летнем костюме, увешанный серьгами и цепочками, как… Оскар, точно.

Но это не Оскар!

Да и откуда бы Леркиному парню тут взяться?

— Откуда тебя черт принес, баран кудрявый? — прорычал и Рустам, изумленно рассматривая неожиданного противника.

— Есть разница? — усмехнулся незнакомец. Василиса вздрогнула — снова голос…

— Да нет. — Рустам нехорошо усмехнулся и неожиданно сделал резкий выпад.

Василиса побелела, у нее даже кончики пальцев похолодели, но незнакомый парнишка слегка качнулся, и лезвие прошло мимо.

— Ах ты… Рустам грязно выругался, не скрывая досады. Он собирался одним ударом покончить с этим жалким щенком, вмешавшимся так не вовремя не в свое дело.

Проклятая девчонка все еще жива!

И позор пока на нем, на Рустаме.

Василиса с ужасом смотрела на дорожку, где легко, будто играючи, двигались в смертельном танце двое: ее нечаянный враг и неведомый друг.

Рустам все больше свирепел. Старинный кинжал порхал в его руках странной птицей, острейшее лезвие бросало на застывшие, напряженные лица противников кровавые блики. Тишина вокруг стала осязаемой, вязкой, кружева безумного танца выплетались все затейливее…

«Я сошла с ума. Я смотрю на них, будто нахожусь в театре, сижу в партере, а ведь одно неловкое движение этого парня… — Василиса стиснула зубы. — Я должна помочь, я могу помочь, я просто обязана помочь…»

Василиса порвала футболку, выбираясь из кустарника, и досадливо поморщилась, удивляясь собственной глупости, — нашла о чем жалеть в такие минуты…

Она сузившимися глазами смотрела на бой, выбирая момент вмешаться и перехватить как-то кинжал, выбить его из рук Рустама.

А лучше — просто вырубить этого подонка, смазав кроссовкой вон там, под ухом, осторожно задев нужную точку. Главное, не убить Рустама, пока незачем, только бы правильно рассчитать силу удара…

Василиса уже примерилась, поймав момент, когда Рустам наконец раскрылся, но не успела сделать выпад. Незнакомец краем глаза заметил ее движение и, обернувшись, бешено рыкнул:

— Исчезни!!!

Василиса задохнулась от ужаса: Рустам не зевал, мгновенно поднырнул под руку так глупо отвлекшегося противника, и светлая футболка тут же окрасилась кровью. Лезвие, правда, прошло по касательной, незнакомец успел чуть отклониться.

Рустам гортанно вскрикнул, глаза его засветились торжеством, тонкие ноздри раздувались, жадно вдыхая запах крови, на губах выступила пена.

— Убью, — выдохнул он, не отводя взгляда от набухающей красной влагой футболки. — Обоих убью! Как собак…

— Ага, как же. — Незнакомец с трудом ушел от лезвия, Рустам наскакивал на него как безумный, забыв об осторожности. — Раскатал губу…