Гостья - Стефани Майер

— Никто и не говорит, что решать нужно прямо сейчас. Онавроде никуда пока не собирается. — Джеб ухмыльнулся, бросил взгляд в моюсторону и, незаметно для Джареда, быстро закрыл и снова открыл один глаз.Подмигнул? — Она так намучалась, пока сюда добиралась… Думай, времени море.

— Тут нечего думать. Мелани мертва. Но я не могу… не могу,Джеб, я просто не… — казалось, Джаред не в силах договорить.

«Скажи ему».

«Я пока не готова умирать».

— Тогда не думай, — посоветовал Джеб. — Может, позже решениепридет само собой. Не спеши.

— А что с ней то делать? Не сторожить же тут круглосуточно…

Джеб покачал головой.

— Какое то время придется. Все устаканится. Через парунедель даже Кайл перебесится.

— Пару недель? Ты предлагаешь все это время ее охранять? Намстолько всего надо…

— Знаю, знаю, — вздохнул Джеб. — Что нибудь придумаем…

— Это еще не все. — Джаред взглянул на меня, и на его лбузабилась жилка. — Где ее держать? У нас даже тюрьмы нет.

Джеб с улыбкой повернулся ко мне.

— Ты ведь не доставишь нам хлопот, правда? Я смотрела нанего, потеряв дар речи.

— Джеб… — растерянно пробормотал Джаред.

— Не переживай за нее. Во первых, она будет у нас подприсмотром. Во вторых, ей никогда отсюда не выбраться — она элементарно заблудится.И в третьих, она не настолько глупа. — Джеб приподнял густую белую бровь иобратился ко мне: — Ты же не станешь искать встречи с Кайлом и его дружками?Они к тебе особой любви не питают — думаю, ты заметила.

Я молчала. Непринужденный, шутливый тон Джеба настораживал.

— Слишком уж ты с ней церемонишься, — пробормотал Джаред.

— Меня так воспитали, уж прости. — Джеб положил руку Джаредуна плечо и легонько похлопал. — Послушай, ты всю ночь сторожил. Я тебя сменю.Иди поспи.

Джаред хотел было возразить, но снова взглянул на меня, илицо его ожесточилось.

— Как скажешь, Джеб. И я… я не… Я не возьму на себяответственность за это существо. Если посчитаешь нужным, убей ее.

Меня передернуло.

Джаред сердито наблюдал за моей реакцией, а затем резкоразвернулся и пошел вслед за остальными. Джеб глядел ему вслед.Воспользовавшись моментом, я забралась обратно в свою нору.

Джеб устроился на полу у входа, с кряхтением потянулся,хрустнул суставами. Вскоре он начал тихонько насвистывать какую то веселенькуюмелодию.

Я забилась в самый дальний угол и сидела там на корточках,обхватив руками колени. Дрожь расползалась от поясницы вверх по спине, рукитряслись, зубы стучали, несмотря на влажную жару пещеры.

— Пожалуй, можно и прикорнуть, — сказал Джеб, обращаясь толи ко мне, то ли к самому себе. — Завтра предстоит трудный день.

Примерно через полчаса дрожь унялась. В полном изнеможении ярешила последовать совету Джеба. Пол казался еще неудобнее, чем раньше, ночерез несколько секунд я провалилась в сон.

Меня разбудил запах еды. На этот раз, открыв глаза, я струдом поняла, где нахожусь. Руки охватила дрожь — непроизвольная паническаяреакция.

На полу пещеры лежал вчерашний поднос, с теми же самымиподношениями. Джеб сидел у входа, боком ко мне, глядя в конец длинногоовального коридора, и насвистывал. Мучаясь от жуткой жажды, я села и схватилаоткрытую бутылку с водой.

— Доброе утро, — кивнул мне Джеб.

Я замерла с бутылкой в руке. Он отвернулся и сновазасвистел.

Лишь теперь, утолив жажду, я ощутила неприятное стойкоепослевкусие. Похожий привкус ощущался в воздухе, но вода пахла сильнее.

Я быстро поела, оставив суп напоследок. По сравнению спрошлой трапезой мой желудок радостно встрепенулся, куда охотнее принимал пищуи почти не ворчал.

Основные потребности были удовлетворены, и тело вспомнило обостальных. Я оглядела тесную темную нору. Выбирать не приходилось, но мысль отом, что придется подать голос и попроситься наружу, пусть даже у чудаковатого,дружелюбного Джеба, вселяла в меня ужас.

Я раскачивалась взад и вперед, мучимая сомнениями. Отдолгого пребывания в скрюченной позе бедра ныли.

— Гм… — Джеб снова смотрел на меня, лицо под седой бородойзалила краска. — Ты тут уже давно… Прогуляться не хочешь?

Я кивнула.

— Мне самому не помешает прогулка, — радостно сообщил Джеб ина удивление проворно вскочил на ноги.

Я подползла к краю своей норы, с опаской поглядывая настранного охранника.

— Покажу тебе нашу уборную, — продолжил он. — Только имей ввиду, придется пройти через… что то вроде главной площади, если можно таквыразиться. Не волнуйся. Полагаю, все уже в курсе. — Джеб бессознательнопогладил ружье.

Я поперхнулась. Мочевой пузырь, казалось, вот вот лопнет, яедва терпела боль. Но пройти через сборище злобных убийц? Разве не прощепринести ведро?

Джеб оценил заметавшуюся в моих глазах панику, заметил, какя попятилась обратно — и поджал губы, мысленно прикидывая, как лучше поступить.Затем развернулся и зашагал вниз по коридору.

— Пошли, — окликнул он, даже не обернувшись.

Я живо представила, что будет, если Кайл застанет меня здесьодну, и сорвалась вдогонку. Я неуклюже протиснулась в дыру и торопливозаковыляла следом на негнущихся ногах. Все тело ныло, но, распрямившись, япочувствовала облегчение — мучительное и одновременно прекрасное чувство,сильнее всякой боли.

Я почти нагнала Джеба в конце коридора. Сквозь высокийобломанный овал выхода зияла тьма. Я помедлила, оглядываясь на небольшую лампу,которую Джеб оставил на полу — единственный источник света в темных пещерах.Может, взять ее с собой?

Джеб оглянулся. Я кивнула, показывая на лампу, и вновьперевела взгляд на Джеба.

— Оставь. Я знаю дорогу. — Он протянул мне свободную руку. —Я тебя поведу.

Я долго смотрела на протянутую руку, а затем, послушавшисьпозывов мочевого пузыря, медленно и осторожно вложила в нее свою ладонь — едвакасаясь. Пожалуй, с тем же чувством я дотронулась бы до змеи.

Джеб вел меня в темноту уверенным, быстрым шагом. Длинныйтуннель резко петлял в разных, чуть ли не противоположных направлениях. Наочередном повороте я поняла, что безнадежно запуталась. Я не сомневалась, чтоэто делается намеренно, по той же причине, по которой Джеб не стал брать лампу.Он предпочитал, чтобы я не имела возможности изучить дорогу из этого лабиринта.