Драгоценности - Даниэла Стил

— Да, действительно была, — сказала она совсемтихо, стараясь не встречаться с ним взглядом.

— Что-то случилось? — Он понял, что ребенка у неене было, и надеялся, что Сара не делала аборт. Для нее это было бы такойтравмой, не говоря уже о последствиях.

— Я потеряла его, — прошептала она, воспоминаниеоб этой трагедии отзывалось в ней болью, хотя теперь она знала, что это было клучшему.

— Ты знаешь почему? Что-то произошло? — И тут онпонял, как глупо задавать такой вопрос. С подобным замужеством могло произойти все,что угодно. — Не думай об этом. Больше этого не случится. — Онпоцеловал ее, и немного погодя она заснула, мечтая о Вильяме и ребенке.

На следующее утро они прибыли в Гавр и пересели на корабль,плывущий в Париж. Всю дорогу веселились, а как только сошли на берег, сразуотправились в отель. Разместившись в номере и передохнув, молодожены решилиознакомиться с магазинами.

— Ага! Теперь я знаю, чем тебе еще нравится заниматься.Сара, я горько разочарован.

Однако они чудесно провели время, посетив множествоювелирных магазинов. Вильям купил ей прелестный широкий браслет с сапфирами сбриллиантовой застежкой, рубиновое колье и потрясающие серьги. И еще огромнуюрубиновую брошь у Ван Клифа, в форме розы.

— Боже мой, Вильям… Мне так неловко. — Она знала,что истрачено целое состояние, но он, казалось, не имел ничего против. Сарабыла в восторге от драгоценностей, которые он ей купил.

— Не глупи! — Он отнесся к этому как к обыденномусобытию. — Просто обещай мне, что мы покинем номер не раньше чем через двадня. Это такса, которую я буду требовать каждый раз, когда мы будем делатьпокупки.

— Ты не любишь ходить по магазинам? — У нее былслегка разочарованный вид. Он с таким удовольствием сопровождал ее по магазинампрошлым летом.

— Люблю. Но свою жену люблю больше.

— Ах вот что… — Она засмеялась, а вернувшись в свойномер в «Ритце», они снова занялись любовью. Потом опять пошли по магазинам. УДиора они купили ей прекрасное леопардовое манто, у Мубуссини длинную ниткузамечательного жемчуга, с которым она потом никогда не расставалась.

Им даже удалось посетить Лувр, а через неделю они пили чай сгерцогом и герцогиней Виндзорскими. И Сара должна была признаться, что Вильямоказался прав. Несмотря на предвзятое мнение, она нашла, что герцогиня простоочаровательна. Дэвид был приятный мужчина. Застенчивый, осторожный, сдержанный,но исключительно добрый, как выяснилось при более близком знакомстве. И оченьостроумный в обществе хорошо знакомых ему людей. Сначала они чувствовали себянеловко, и, к большому огорчению Сары, Уоллес пыталась провести неудачноесравнение между ними. Но Вильям пресек ее поползновения, и Сару слегка смутилото, как холоден он был с герцогиней. Его отношение к Уоллес не вызывало никакихсомнений, но при этом он выказывал крайнюю привязанность и уважение к своемукузену.

— Просто стыдно, что он женился на ней, — заметилВильям, когда они возвращались в отель. — Кажется невероятным, но если быне Уоллес, он по-прежнему мог быть королем Англии.

— Мне кажется, что трон вряд ли доставлял ему удовольствие.Но возможно, я ошибаюсь.

— Ты права. Он просто исполнял свой долг. И, долженпризнаться, неплохо. Он очень славный человек и просто ненавидит женщин.

— Теперь я понимаю, почему люди так относятся к ней.Она умеет обвести вокруг пальца.

— Она смотрит на это сквозь пальцы. Ты виделадрагоценности, которые он ей подарил? Этот браслет с сапфирами и бриллиантами,должно быть, стоил ему целое состояние. Ван Клиф сделал его, когда онипоженились. И вместе с ним он подарил ей ожерелье, серьги, брошь и два кольца.

— Мне больше понравился браслет, который она носит надругой руке, — тихо сказала Сара. — Бриллиантовая цепочка скрестиками. — Она была не такая кричащая, и Вильям отметил для себя, какиеей следует делать подарки.

Еще Уоллес показала им чудесный браслет от Картье, которыйона только что получила, он весь буквально украшен цветами и листьями изсапфиров, рубинов и изумрудов. И она назвала его «фруктовый салат».

— Во всяком случае, мы выполнили свой долг, моядорогая. Было бы нелюбезно не зайти к ним. А теперь я могу сообщить матери, чтомы нанесли визит вежливости. Она всегда так любила Дэвида, я думал, чтоотречение от трона просто убьет ее.

— А теперь она не возражает, когда ты сделал то жесамое, — грустно заметила Сара, по-прежнему ощущая вину за жертву, накоторую он пошел ради нее. Она знала, что чувство вины останется у нее на всюжизнь, но Вильям, кажется, относился к этому спокойно.

— Едва ли это одно и то же, — мягко возразилВильям. — Он имел трон, дорогая. Я его не имел бы никогда. Моя мать оченьсерьезно относится к таким вещам. Но она не настолько глупа, чтобы ожидать, чтоя когда-нибудь стал бы королем.

— Думаю, ты прав.

Они вышли из автомобиля за несколько кварталов до отеля имедленно пошли пешком, продолжая беседу о герцоге и герцогине Виндзорских. Теприглашали их к себе, но Вильям объяснил, что на следующее утро ониотправляются в путешествие на автомобиле.

Они уже наметили посетить Луару, а на обратном пути хотелиостановиться и осмотреть Шартр. Вильям никогда не бывал там.

На следующее утро они выехали в маленьком, взятом напрокат«рено», который он вел сам, и они оба были в приподнятом настроении. Ониприхватили с собой корзинку с едой, чтобы устроить пикник, если по пути им невстретится ресторан. По обеим сторонам шоссе были фермы, паслись лошади икоровы, а чуть позже им попалось стадо овец, которые брели через дорогу. Бараностановился, уставившись на них, когда они расположились на обочине, чтобыотдохнуть и перекусить. Они захватили с собой одеяла и теплые пальто, но погодавыдалась на удивление солнечной, было тепло и кругом зеленела трава.

Вильям забронировал номера в нескольких отелях. Онисобирались вернуться в Париж через восемь — десять дней. Но на третий деньудалились от Парижа всего на сто миль и задержались в Монтбазоне, в прелестнойгостинице, откуда им не хотелось уезжать.

Владелец гостиницы назвал им несколько мест, которые былоинтересно посмотреть, и они ходили к церквушке, к чудесной старой ферме,заглянули в два великолепных антикварных магазина, а потом в местный ресторан,лучший из всех, которые они когда-либо посещали.

— Мне нравится это место, — призналась счастливаяСара, опустошая свою тарелку. У нее заметно улучшился аппетит, и она даженемного поправилась, что ей очень шло. Вильяма беспокоило, что у нее быланездоровая худоба.

— Завтра мы должны ехать дальше.

Им обоим было жаль покидать это прелестное место, а черезчас после отъезда из Монтбазона их автомобиль застрял на дороге. Местныекрестьяне помогли им выбраться, а через полтора часа они остановились околодревних каменных ворот с искусно выполненной железной решеткой. Ворота былиоткрыты, и от них вела заросшая дорога.