Драгоценности - Даниэла Стил

После церемонии Вильям сдержанно поцеловал Сару, которая всясветилась от счастья, глядя на него. Гости расселись за накрытыми в гостинойстолами, а в столовой устроили танцевальный зал. Прием был сдержанный иутонченный. Изысканность свадьбы не осталась незамеченной. Сара и Вильямтанцевали почти весь вечер. Потом Сара танцевала с отцом, а Вильям с Викторией,которой он высказал свое восхищение свадьбой.

— Спасибо за все, папа, — прошептала Сара отцу вовремя танца. Все было превосходно. Они всегда были так добры к ней, таквнимательны, и если бы они не настояли на поездке в Европу, она не встретиласьбы с Вильямом. Сара пыталась ему все это сказать, но ей мешали слезы, и Эдвардбоялся, что тоже расплачется на виду у всех гостей.

— Все хорошо, Сара. — Он с любовью прижал ее намгновение и улыбнулся своей младшей дочери, которую так сильно любил. —Приезжай повидаться с нами, когда сможешь, а мы навестим вас!

— Лучше приезжайте вы! — прошептала она, и онипродолжали танцевать. Сара не отпускала отца, предчувствуя разлуку. Это был ещеодин шанс побыть его ребенком в эти последние мгновения.

Тогда Вильям мягко вмешался и, посмотрев на нее, увидел неребенка, а женщину.

— Вы готовы к отъезду, ваша светлость? —почтительно спросил он.

Сара засмеялась:

— Меня в самом деле будут теперь так называть?

— Боюсь, что так, дорогая. Я предупреждал тебя. Эта внушающаятрепет ноша навечно, — заметил он полушутя, — Ваша светлостьгерцогиня Вайтфилд… Должен признаться, что этот титул тебе подходит.

Она выглядела как урожденная аристократка. На ней былиизумительные бриллиантовые серьги, его свадебный подарок, и бриллиантовоеколье. Молодожены быстро распрощались со всеми. Сара поцеловала родителей ипоблагодарила их. Она поцеловала Питера и Джейн и побежала на кухню последнийраз поблагодарить слуг. Затем под приветственные возгласы и осыпаемые цветамиони уехали во взятом напрокат «бентли» в отель «Уолдорф-Астория». У Сары наглаза набежали слезы. Ее жизнь на этот раз менялась слишком круто. Она любилаВильяма намного сильнее, чем Фредди, но они уезжали так далеко, в Англию. И приэтой мысли Сару охватила тоска по дому. Она почувствовала неизбежностьрасставания с близкими. В автомобиле, на пути к отелю, она притихла ипогрузилась в свои переживания.

— Любимая, бедняжка моя. — Он словно прочитал еемысли. — Я увожу тебя от всех этих людей, которые так любили тебя. Но ятоже люблю тебя. Я обещаю делать все, что в моих силах, чтобы ты быласчастливой, где бы мы ни жили. — Он крепко обнял ее, и Сара почувствоваласебя в безопасности и прошептала:

— И я тоже.

Они проехали остальной путь, прижавшись друг к другу,спокойные и умиротворенные. День был чудесный, но они так устали.

Когда они прибыли в «Уолдорф-Асторию» на Парк-авеню,управляющий отелем ждал их, кланяясь и расшаркиваясь. Сара была поражена такимприемом. Это показалось ей таким нелепым, что, очутившись в своих просторныхапартаментах, она рассмеялась.

— Постыдись, — в шутку отругал ее Вильям, —ты должна относиться к такого рода вещам очень серьезно! Бедняга, он готов былцеловать тебе ноги, если бы ты позволила. И возможно, тебе следовало этосделать, — подтрунивал над ней Вильям. Иногда он устраивал подобныепредставления, но Сара знала, что это несерьезно.

— Он был так глуп, что я не могла смотреть ему прямо влицо.

— Ладно, но тебе лучше привыкнуть к этому, моя любимая.Это только начало и будет продолжаться еще очень долго. — Это было началоих совместной жизни, и Вильяму хотелось, чтобы она началась счастливо.

Багаж Сары привезли в отель утром. Белая кружевная рубашка ипеньюар лежали на кровати. Вильям предложил шампанского, которое уже ждало их вномере. И вскоре после их приезда, пока они делились впечатлениями и пилишампанское, два официанта принесли ужин. Вильям предусмотрительно заказал икру,копченую семгу и яичницу на тот случай, если Сара от волнения плохо ела вовремя торжественного обеда. Так и было, но она не хотела признаваться ему, чтоголодна, еще принесли маленький свадебный торт с марципановыми фигуркаминевесты и жениха — знак любезности управляющего отелем и их искусногокондитера.

— Ты позаботился обо всем! — воскликнула она изахлопала в ладоши, как девочка, глядя на торт и икру. Официанты мгновенноисчезли. Вильям шагнул к ней и поцеловал.

— Ты слишком хорошо меня знаешь, — засмеялась Сараи принялась за икру, Вильям присоединился к ней.

В полночь они все еще болтали, хотя давно закончили ужин.Родник общих интересов казался неиссякаемым, и нужно было обсудить многое,особенно сегодня. Наконец он вздохнул и потянулся, делая осторожный намек.

— Я надоела тебе? — встревожилась она, а онрассмеялся. Она была еще так молода, и это ему нравилось.

— Нет, любимая, но этот старый человек так устал. Могуя предложить тебе продолжить наш очаровательный разговор утром? — Ониобсуждали русскую литературу, сравнивали ее с русской музыкой, очень важныйпредмет в эту особую ночь.

— Прости. — Она тоже устала, но чувствовала себятакой счастливой с ним, что готова была проговорить всю ночь. В свои двадцатьдва года в чем-то она оставалась едва ли не ребенком.

В номере было две ванные комнаты, и через несколько минутВильям скрылся в одной из них. Сара последовала его примеру. Кажется, онапробыла там целую вечность. Вильям уже ждал ее, выключив свет и накрывшисьпростыней. Она появилась в кружевной ночной рубашке, освещенная мягким светом,льющимся из ванной.

Сара тихо подошла к кровати, ее длинные темные волосырассыпались по плечам, и Вильям почувствовал запах ее духов, который всегданапоминал ему о ней. Он лежал тихо, любуясь ею в приглушенном свете комнаты.

— Вильям… — прошептала она. — Ты спишь?

Ему оставалось только рассмеяться про себя. Он ждал этого моментапять месяцев, а она думала, что он мог уснуть в их свадебную ночь, недождавшись ее. Иногда ее непосредственность приводила его в восторг. Сара былачудесна, но сегодня ночью она сводила его с ума.

— Нет, я не сплю, моя любимая, — прошептал он, улыбнувшисьв темноте. Разве он мог уснуть. Вильям нежно протянул ей руку, когда онаподошла к нему, и села рядом с ним на постели, немного робея. Он был нежен итерпелив с ней. Ему хотелось, чтобы в ней загорелось такое же страстноежелание, как и в нем, чтобы не было никакого принуждения. Все должно произойтилегко и естественно. Сара быстро отозвалась на его призыв. Почувствовав это,Вильям стал смелее ласкать ее, вызывая в ней одновременно восторг и удивление.Оказалось, что Сара мало знала о чувственных наслаждениях, и то, что она сейчаспереживала, не имело ничего общего с тем, что было у нее с Фредди.

Вильям страстно хотел ее. Его нежные и умелые пальцы гладилиее грудь, стройные бедра, опускаясь постепенно все ниже. У Сары вырвался стон,когда Вильям наконец погрузился в нее. Он был приятно поражен, с какой страстьюона отдалась ему. До самого рассвета они утоляли желание, которое так долго импришлось сдерживать.