Скандальная страсть - Виктория Александер

Тогда в чем на самом деле конфликт между ними? В том, что Дэниел, взрослый человек, продолжает смотреть на отца с позиции строптивого юноши? Не может перестать относиться к нему так же, как в детстве? Понадобился сторонний наблюдатель, знающий ценность семьи, ценность того, что имеют Синклеры, и, что гораздо важнее, ценность того, что они могут потерять, чтобы Дэниел понял: пришло время уладить разногласия между ними, мешавшие и им самим, и этому стороннему наблюдателю. Вполне вероятно, выбрав Дейзи, отец совершил самый правильный поступок за всю свою жизнь – для себя самого и для своего сына.

– Вы правы.

– Я знаю. – Дейзи наградила его ослепительной улыбкой.

– Вам очень повезло с такой мачехой, – бросила Урсула.

– Не сомневаюсь, – сказал Дэниел и, помолчав, добавил: – Вы должны понимать, что это может быть не просто.

– Бесспорно, – согласилась Дейзи. – Но мы с вашим отцом говорили об этом, он пообещал сделать все возможное.

– Я сделаю не меньше. И все же…

Раздался звук вставляемого в замок ключа. Дэниел вскочил, охваченный странной смесью мрачного предчувствия и радостного предвкушения. Не представляя себе, что его ожидает, Дэниел посмотрел на Дейзи, и она поддержала его улыбкой.

Дверь отворилась, и в комнату вошел Гарольд Синклер.

– Дэниел! – Отцовское лицо озарилось широкой улыбкой, он направился к сыну, но затем в нерешительности остановился.

– Отец. – Дэниел шагнул ему навстречу. – Я… я рад вас видеть. – Произнося эти слова, Дэниел почувствовал, что говорит правду.

– Я тоже рад тебя видеть, сын. – Он улыбнулся еще шире, если такое возможно. Подойдя к Дэниелу, сжал его ладонь обеими руками.

Странное чувство облегчения и уверенности, что все будет хорошо, охватило Дэниела, когда он смотрел на отца. Он словно снова стал маленьким мальчиком, смотревшим на единственного во всем мире человека, который будет с ним всегда. Конечно, в то время его отец не был таким тучным, лысеющим джентльменом почти на полфута ниже Дэниела.

– Вы выглядите на десять лет моложе, отец, – улыбнулся Дэниел искренней улыбкой.

– Вот что может сделать любовь замечательной женщины, сын, – усмехнулся отец. – Она не может восстановить волосы, но остальное… – Наклонившись к сыну, он понизил голос: – Она заставила меня почувствовать себя молодым. Жаль, что я не встретил ее раньше.

– Она награда.

– Бесспорно. – Выпрямившись, старший Синклер внимательно посмотрел на сына. – А ты выглядишь на десять лет старше. Догадываюсь, что ты все это время усердно трудился.

– Я и чувствую себя на десять лет старше. Вы правы, я много работал.

– Если хочешь мой совет…

– Гарольд, – напомнила ему Дейзи.

– Прости, дорогая. – Он расправил плечи и посмотрел на сына: – Дэниел, нам нужно поговорить. Ты не возражаешь?

– Буду только рад.

– Пожалуй, у нас с Урсулой есть чем заняться… – Дейзи поднялась на ноги.

– О нет, Дейзи. Это твоих рук дело, и теперь я не позволю тебе уклониться от его окончательного решения. Кроме того… – Гарольд тепло улыбнулся жене, и Дэниел почувствовал, что их брак заключен по любви. Смешно, что пожилой человек, никогда не предававший любви особого значения, старается женить своего сына. Но возможно, это не столько смешно, сколько правильно. – Кроме того, это касается не только отца и сына. Это семейное дело, а ты член этой семьи.

– Да, конечно, но я все же считаю этот вопрос во многом личным, и Урсула, вероятно… – Она выразительно посмотрела на сестру: – Урсула, если ты не пойдешь сейчас, то пропустишь свидание.

– Оно отменяется, – звенящим голосом сообщила Урсула, небрежно махнув рукой.

– Мне кажется, – Дейзи пристально смотрела на нее, – в это время ты должна быть где-то в другом месте.

– Нет, ничего подобного. – Урсула одарила всех ослепительной улыбкой. – Мне не нужно никуда идти, и у меня нет никаких дел, совершенно никаких.

– Пусть так, но я все же уверена…

– Если твой новый муж, высокомерный, как отец, собирается помириться с твоим новым сыном, неблагодарным, но красивым отпрыском, я не могу даже подумать о том, чтобы не присутствовать при этом. Если только… – Урсула обиженно широко раскрыла глаза. – Или меня не считают членом этой семьи? Не считает моя родная сестра? Если ты выбрасываешь меня, как просто-напросто ненужный мусор…

– Ради Бога, Урсула, не нужно все так драматизировать. – Дейзи со вздохом взглянула на мужа.

– Пусть остается, – сказал старший Синклер и добавил, понизив голос: – По-моему, она неотъемлемая часть всего происходящего.

Дэниел скрыл улыбку, а Урсула просияла:

– Просто сижу в уголке тихо, как мышонок. Вы даже не заметите, что я здесь.

– Невероятно, – тихо буркнул Гарольд. Присев на диван, он жестом пригласил Дэниела тоже сесть. Дейзи снова заняла свое место. – Ты должен знать, Дэниел, что у нас с Дейзи было несколько бесед по этому поводу. У нее вполне определенные взгляды на семью.

– Я слышал. – Дэниел улыбнулся мачехе.

– Она уверена, что все разногласия между нами тяжелым грузом лежат у меня…

– На сердце, – подсказала Дейзи.

– …на сердце. – Отец вздохнул. – Она считает, в основном виноват я.

– Она так считает? – Дэниел удивленно раскрыл глаза.

– Да, считает, – кивнул отец. – Поэтому у меня к тебе предложение. Я обещал Дейзи и теперь обещаю тебе, что больше не стану давать непрошеных советов. Воздержусь и не стану утверждать, что мое мнение более обоснованно, чем твое. И я устою против желания устроить для тебя брак, если когда-нибудь снова представится такая возможность.

– Это правда? – Дэниел в изумлении смотрел на отца. Отец немного помедлил с ответом, глядя на Дейзи, а потом едва заметно улыбнулся:

– Правда. Ты должен понимать, это потребует от меня огромных усилий, но я сдержу слово. Я всегда старался сделать твою жизнь легче и лучше, помочь тебе избежать ошибок, которые делал сам. Дейзи помогла мне понять, что ты умный взрослый человек и вполне способен вести собственные дела. Но я всегда поступал по отношению к тебе как заботливый, любящий отец.

Дейзи кашлянула.

– Должен сказать, что мое поведение, вероятно, можно расценивать как… – он устремил взгляд в потолок, – как чересчур властное, деспотичное и подавляющее.

– Вот как? – растерянно протянул Дэниел. Он не ожидал услышать такое признание.

– Я постараюсь измениться.

Дэниел во все глаза смотрел на отца.

– Я хочу быть частью твоей жизни и исполнить то, что необходимо, чтобы устоять против своих надоедливых стремлений. Я всегда буду в твоем распоряжении, если тебе понадобится совет, финансовая поддержка или захочется просто поговорить. А может быть, что-нибудь еще, но это всецело будет зависеть от тебя.