Это моя дочь - Ирина Шайлина

— Мне молодой человек нужен, — сказала я, и говорить пришлось громко, мешала музыка. — Его Мишей зовут. Он такой, красивый. Глаза большие, как у олененка. Худой, высокий.

Мне бы добавить — документы он делает. Для точности. Тогда, думаю, поняли бы все. Но нельзя.

— Мне сказали, он каждый вечер тут, — неловко добавила я. — Вы должны его помнить.

— И зачем он вам?

Парень так подчеркнул слово вам, что я поежилась невольно, вновь осознав, что мне не место здесь. Мне дома место, где бы он ни был. Главное, чтобы Дашка рядом, а где — без разницы. Заказали бы пиццы сейчас, ели бы её прямо на диване, мультики бы смотрели. Я бы садик ей разрешила прогулять, и сама бы на работу забила, плевать на проблемы, надышаться бы вдоволь своим ребёнком.

— Он нужен мне, — твёрдо произнесла я. — Нужен.

О, я бы задала ему всего один вопрос. Всего один, и от ответа зависит многое. Если он, конечно, захочет мне ответить.

Бармен неторопливо поверил бокал на свет, убеждаясь в его идеальной чистоте, затем посмотрел на меня прямо через него, как через лупу. И глаз его показался таким большим и чёрным, что мне неожиданно стало страшно.

— Позже, — пожал плечами он. — Миша будет позже, ещё слишком рано.

А я уже час здесь. И ждать непонятно сколько — клуб до шести утра работает. Хотелось просто лечь и ноги вытянуть, сапоги снять. А мне и лечь то негде — номер в гостинице я снять не успела, голова была не тем занята.

— Значит буду ждать, — сказала я, больше самой себе.

Бармен перестал обращать на меня внимание. К бару подошла большая компания людей, меня дважды толкнули, специально ли, нечаянно, поди пойми. Становилось слишком шумно и людно. Я отошла от бара. Проталкиваюсь сквозь толпу, которая кричит, смеётся, танцует, и по сторонам смотрю. Ищу Мишу. Дважды казалось — он. Бежала, и понимала, что ошиблась. Большой зал обошла вдоль и поперёк несколько раз, хотела подняться наверх, но туда меня просто не пустили — фейс контроль не устроил мой наряд. Этому я не удивлена — несколько дней в одних джинсах хожу…

Я решила выждать время. Скоро часть этих точно напьётся и разойдется, искать будет легче. Или разработаю план, как попасть в ресторанную зону. Я дико устала. Мне бы присесть хоть на минуточку…

Мой стул у бара давно и прочно занят. Я отошла в сторону от беснуюшейся толпы. Музыка грохочет и здесь, но кажется, что немного тише. В одну сторону коридор уводит в сторону туалетов, в другую — пожарный выход, лестница наверх ведёт, заканчивается закрытой дверью. Кадка стоит с большой и крайне измученной пальмой. Ствол её перевит мигающей гирляндой, и я только глядя на неё поняла — скоро новый год.

А ещё поняла, что если я не справлюсь, то это будет первый новый год Дашки без меня. Паршиво так стало, хоть скули, снова слезы на глаза навернулись.

Плакать я не буду. Не здесь, не сейчас. Села на нижнюю ступеньку. Она холодная, металлическая, попу холодит даже через пуховик. Глаза слипаются. Удивительно, но я уснула, прямо у запасного выхода, на железной лестнице, где сверху сквозняком поддувает. Проснулась резко, как от толчка. Все так же грохочет музыка. На часы смотрю — спала около пятнадцати минут. Чувствую себя просто ужасно, держусь на одном лишь упорстве.

— Нужно умыться, — заключила я.

Туалеты были рядышком. Толкнула ближайший. Внутри — безлико. Никаких попыток в дизайн, просто кабинки, нейтрального цвета плитка. Включила холодную воду, опустила в неё руки, прижала их ко лбу. Смотрю на свое отражение — глаза красные, усталые. Ничего, ещё немного продержаться… Сейчас пойду и точно найду этого Мишу.

Из одной из кабинок раздался громкий звук падения. Я вздрогнула и обернулась. Наклонилась, заглядывая вниз, пусть это и неприлично. Виднеется нога в мужском дорогом, я бы сказала — пижонском ботинке. Штанина задралась из под неё торчит тонкая щиколотка. Мужчина упал на пол прямо у унитаза.

— Вам плохо? — спросила я.

Паралельно озаботилась — это он зашёл в женский, или я в мужской? Помогать ему у меня и в мыслях не было, я ненавидела пьяных мужчин и старалась с ними не связываться, они меня пугали. Но если ему реально плохо, я могла бы позвать кого нибудь из сотрудников клуба.

— Уйди, дура, — невнятно ответил мужчина. — Мне хорошо.

— Ну, ок, — не стала спорить я.

И пошла к выходу. Но у дверей остановилась вдруг, озаренная мыслью, которая казалась невероятной. Вернулась. Туалет пустой, кроме нас никого нет. Вошла в соседнюю кабинку, залезла на унитаз ногами, и заглянула сверху в нужную.

Мужчина, скорее парень, лежал свернувшись калачиком у унитаза на полу. Штаны его, слава богу, были на месте. Но интересовало меня не это.

— Вы Миша, — сказала я.

Он поднял взгляд на меня, долго пытался сфокусировать его, щурился на свет.

— Че надо? — наконец спросил он.

— Дверь мне откройте. Я вам помогу, только откройте.

— Не, — лениво ответил он и снова глаза закрыл.

Я вышла, подергала дверь — крепкая. Мне не сломать замок. Вернулась в свою кабинку. Я все детство по деревьям лазила в бабушке саду, неужели не справлюсь? Поднапряглась, перекинула ногу через верх кабинки, боже как хорошо, что я высокая и ноги у меня длинные. Перевалилась, и прыгнула вниз, почти упала, скорее. Ушиблась о бачок унитаза, и наступила на Мишину ногу, чем вызвала шквал проклятий в свой адрес.

— Я вам помогу, — успокоила я. — Сейчас я вас заберу отсюда. Кофе хотите? Я вас домой отвезу на такси, хорошо?

Отперла дверь, попыталась поднять такого нужного мне сейчас мужчину, поставить на ноги. Но он, такой вроде худой, оказался неимоверно тяжёлым. Рухнул сверху на унитаз, а потом его тошнить начало.

— Ничего страшного, — повторила я. — Всё нормально, со всеми случается.

— Пить, — прохрипел мужчина отрываясь от унитаза.

Если бы было, во что набрать, я бы его прямо из под крана напоила бы водой. Но не было. Так быстро, как тогда до бара, я давно не бегала. Маленькая бутылочка минералки стоила почти как весь мой дневной заработок, а Миша выпил её залпом.

— Я такси вызову сейчас, — снова заговорила я.

— Ты кто такая? Никуда я не поеду.

Пошатывась пошёл умываться. Теперь с отросших волос на рубашку вода капает. На лице щетина и следы бурной жизни, но все равно красив, этого не отнять.

— Вы мне документы делали. Почти шесть лет назад, зимой. Я Ольга.

— И что, не понравилось?

— Нет, все отлично… Документы были идеальны. Но у меня есть один вопрос.

— Валяй.

Наклонился, минералка кончилась, теперь пил воду прямо из под крана. Я глубоко вздохнула, набираясь храбрости.

— Я хотела спросить… Когда Демид Шахов проверил все версии и понял, что ребёнка забрала я, почему Настя ему не рассказала? Вы же знали все… моё имя. Почему она молчала все эти годы?