Это моя дочь - Ирина Шайлина

За Дашу все боялись. Она нутром это чувствовала, хотя вроде маленькая. Справили шестой день рождения той же зимой. Всю зиму искали новый дом, не связанный никакими тяжёлыми воспоминаниями. Дашке все дома одинаковыми казались, большие, чужие. Да и какая разница? Главное, чтобы мама рядом была, и кошек со щенком не отнимали. Всё остальное — неважно.

Купили в итоге, и вскоре он, такой чужой поначалу, начал становиться своим. Ближе к лету у мамы начал расти живот. Она его стыдилась, глупая. Словно стыдно любить кого-то, кроме Даши. Снова психолог зачастил. Сначала тётя не нравилась Даше, и та с ней из принципа не разговаривала, а потом поняла, что это весело и втянулась.

А летом уже спать начала в своей отдельной комнате. Иногда ночью просыпалась и бежала к маме, но та всегда была на месте — в одной с папой комнате.

Мальчик родился осенью. Бабье лето стояло, в воздухе летают паутинки, солнце светит, как бешеное, напоследок, листья золотые, небо голубое, до боли в глазах. Даша тогда в садик вернулась, в тот самый, который раньше ходила, хотя и далеко от дома. Мама сказала, так лучше.

— У тебя что, правда теперь папа депутат? — спросил Коля.

— Нет, — покачала головой Даша. — Просто миллионер.

Утром уходила, мама была дома, пузо огромное, улыбается устало. А потом прямо днём из садика забрал папа и в больницу повёз. Мама ещё более усталая, а живота нет больше. Вместо него — мальчик. Маленький такой, и словно только вот родился, и уже устал — лицо сердитое. Смешное. Глазки свои таращит, смотрит внимательно так, запоминает.

— А как он оттуда вылез? — поразилась Даша.

— Дома расскажу, — засмеялся почему-то папа, а мама только глаза закатила.

Мальчика дали подержать, но держать его было скучно. Он только лежал, смотрел, иногда устало, тяжело вздыхал. Зато его нянчить приехала бабушка, и суетой наполнился весь дом. Но каждый подчёркивал, что Дашу любит, словно она этого не знала. На самом деле, этого и знать не надо, любовь либо есть, либо нет, иного не дано.

Мальчиком Даша особо не интересовалась. Садик, подготовка к школе началась — скоро семь лет стукнет, кошка, которая только вот была котёнком, родила вдруг сама пятерых сразу, и все друзья Дашки хотели котят посмотреть.

А потом, выходной был, Даша вдруг заскучала — зима уже, на улице метель метет, папа уехал в командировку, мама уснула, потому что мальчик плакал всю ночь, а няни в выходные нет. Даша бегала по коридору с котятами, и услышала, как мальчик плачет. Пошла посмотреть, почему мама к нему не идёт.

Мама спала. Под глазами тени. И так вдруг её жалко стало, такую самую родную и самую важную. Подошла, к кроватке наклонилась. Малыш увидел её, бровки сердито насупил. Ножки задрал наверх, с одной снял носок, а потом его в рот засунул.

— Фу, — сказала Даша. — Нельзя, кака.

Носочек изо рта вытащила и обратно на маленькую ножку одела.

— Агу, — поблагодарил мальчик.

— Ты что, — поразилась Даша. — Совсем, как человек, что ли?

Ребёнок снова агукнул, и Даша впервые принялась рассматривать его внимательно. Оказалось — хорошенький. И на маму похож сильно, вовсе не на папу, как все говорят. И лицо у него не красное уже, а очень даже симпатичное.

— Бу-у-у, — зачем-то рассердился он.

Наверное, не нравится, что разглядывают.

— Не сердись, — попросила Даша. — Давай лучше дружить будем, Ваня…