Каждый твой вздох. Там, где заканчиваются слова, начинается танец - Ирэне Као

Амалия

Это ведь я убедила тебя ехать, Сара, помнишь? Ты только что окончила лицей, а я училась на первом курсе медицинского факультета Университета Падуи. В двадцать лет нам казалось, что мы уже знаем мир, а на самом деле ничегошеньки о нем не знали. Две наивные провинциальные девчонки, никогда прежде не покидавшие Италии, в поисках свободы. Две девчонки из провинции Венето, слушавшие «Пинк Флойд», понимая по-английски от силы четыре слова. Мы искали новую жизнь, свободную от схем, не такую, какая была у наших родителей. Ибица казалась нам идеальным местом для этого. В тот момент для нас это был центр земли.

30 мая 1978 года. Помню тот день, словно это было вчера. Наш рейс в один конец. Знаешь, я до сих пор храню билет в шкатулке, вместе с твоими письмами. Какое это было время! Что мы вытворяли в те два месяца! Но из всех наших вечеринок одна навсегда войдет в историю. В Эйвиссе был концерт Боба Марли, нашего кумира, человека, познакомившего целый мир с регги. Уникальное событие, которое все ждали с трепетом. И мы были там, вместе с тысячами других ребят, которых захлестнула эта волна музыки и любви. В Италии мы никогда не видели ничего подобного. Как взволнованны и счастливы мы были, Сара! Искренняя, незамутненная радость, хоть у нее и был оттенок запретности. Увидеть его живьем, с его дредами, лицом пророка и этим умоляющим голосом! Потому что его песни – это нечто большее, чем просто песни, это – молитвы. После концерта все мы разделились на группки и отправились на автобусе «Фольксваген» к Кала Бениррас. Потом был костер на пляже, гитары, бонго, индийские колокольчики, полная луна. На этом празднике собралась сотня людей. Волшебство. Поэзия. Любовь. Это была самая прекрасная из всех ночей, что мы провели на острове. Мы пели «Imagine», когда к нам подошли двое парней с маргаритками за ушами. Такие смешные… и такие красивые!

Они вытащили цветки из-за ушей и подарили нам. «Ну и типы», – подумали мы!

Один француз, другой англичанин, один блондин с карими глазами, другой – синеглазый брюнет. Они предложили нам затяжку, и мы согласились, как и все вокруг нас. Наркотик пугал нас, это были героиновые годы, и в Бассано умерло двое наших друзей, но хиппи курили только травку. И та была очень хороша. Сладкая и нежная, как эти двое.

Итак, одна затяжка за другой, мы познакомились, общаясь больше жестами, чем словами. Взгляды, что терялись за бескрайним горизонтом. Тела, жаждавшие вибрации. Мы голышом бросились в море, в эту ночь, полную звезд и обещаний.

«Чур, мне англичанин, а тебе – француз… Вы, кажется, поняли друг друга», – шепнула ты мне, подмигнув. А я была вовсе не против: ведь именно его я и хотела. Поэтому мы крепко обнялись. Никогда прежде мы не были такими свободными и счастливыми. Искупавшись, мы немного посидели у костра, обсохли и попели. Потом ты удалилась вместе с синеглазым англичанином, а я не стала вас останавливать, – слишком была занята, целуясь с французом. Казалось, эта ночь никогда не кончится.

Та ночь. Те дни. Они навсегда изменили наши жизни.