Возвращение к любви - Колин Гувер

– Ты права, Лейкен!

Она ненавидит, когда я называю ее полным именем. Приободрившись, я продолжаю:

– Я и правда забыл рассказать тебе о паре старых друзей. Думаю, нам с тобой просто нужно больше времени проводить вместе. А как иначе мы сможем узнать друг друга по-настоящему? Правда, милая? – Я беру ее за подбородок большим и указательным пальцем и смотрю в сверкающие от гнева глаза.

– Рис вернулся? Он будет жить с нами? – спрашивает Колдер.

– Ему надо где-то перекантоваться месяц-другой, – киваю я.

– А почему он не поехал к маме? – спрашивает бабушка.

– Она вышла замуж, пока Рис был в армии. С отчимом они не сошлись характерами, поэтому Рис сейчас ищет жилье, – объясняю я.

Лейк слегка наклоняется вперед, пытаясь сбросить мою руку с плеча, но я крепче прижимаю ее к себе, придвигаю свой стул ближе и продолжаю:

– Лейк сразу произвела впечатление на Риса. Правда, дорогая? – спрашиваю я, намекая на ее полуголую истерику в гостиной.

– О да, – с ослепительной улыбкой отвечает она, изо всех сил наступая мне на ногу под столом и сверля меня убийственным взглядом, потом швыряет салфетку на стол: – Простите, я вас покину ненадолго.

Ее гнев, похоже, замечаю только я. Как только Лейк исчезает в конце коридора, бабушка говорит:

– Кажется, ты прощен за то, что произошло на прошлой неделе.

– Ага, все отлично, – отвечаю я, набивая рот картошкой.

Лейк возвращается не скоро, садится за стол и молчит. Кел, Колдер и Дедопол обсуждают видеоигры, а мы молча доедаем ужин.

– Уилл, не поможешь мне с посудой? – просит бабушка.

Бабушка никогда не просит о такой помощи. Либо она хочет, чтобы я поменял лампочку, либо собирается прочитать мне лекцию. Я встаю из-за стола, беру наши с Лейк тарелки и выхожу из гостиной.

– Что происходит? – спрашивает она, пока я выбрасываю остатки еды в мусорный бак.

– В смысле?

– Она не выглядит счастливой, Уилл, – облокотившись на стойку, вдруг заявляет бабушка. – Я, может, и старая женщина, но в таких вещах разбираюсь. Хочешь поговорить об этом?

– Наверное, не помешало бы. – Надо же, оказывается, моя бабушка куда более наблюдательна, чем я думал! – Она злится на меня. Сомневается в моих чувствах из-за всей этой истории с Воэн. Решила, что я встречаюсь с ней просто потому, что мне жаль их с Келом.

– А почему ты с ней встречаешься на самом деле? – спрашивает бабушка.

– Потому что я ее люблю!

– Тогда докажи это, – спокойно произносит она, вытирая столешницу.

– Да я уже как только не доказывал! Я ей тысячу раз в любви признавался, но она и слушать ничего не хочет! Теперь решила, что ей надо побыть одной и подумать. Я просто в отчаянии и не знаю, как быть…

Бабушка закатывает глаза и всем своим видом демонстрирует удивление степенью моего невежества.

– Знаешь, мужчина может до посинения признаваться женщине в любви, но если в ее сердце поселилось сомнение, то слова ничего не значат. Ты должен доказать ей, что любишь ее!

– Но как? Я вот сегодня сломал ее машину, чтобы она поехала сюда со мной! Не знаю, что мне еще сделать. Начать следить за ней?!

– Отличный способ угодить в тюрьму и уж точно не вернуть сердце любимой девушки! – неодобрительно качает головой бабушка, выслушав мое жалкое признание.

– Я знаю, это было глупо… но я почти в панике и не знаю, как поступить…

– Думаю, что для начала тебе стоит задуматься и понять, за что ты ее любишь, – медленно произносит бабушка, достает из холодильника пирог, ставит его на стойку и начинает нарезать. – А потом придумать, как донести это до нее. Но сейчас ты должен дать ей возможность побыть одной, раз ей это необходимо. Странно, что она вообще не побила тебя после спектакля, который ты устроил за ужином!

– Ну, еще не вечер…

– Она мне правда нравится, Уилл, – улыбаясь, говорит бабушка, раскладывая пирог по тарелкам и передавая их мне. – Не упусти свой шанс! Она подходящая мама для Колдера.

– Надо же! – удивленно выпаливаю я. – А я думал, Лейк тебе не очень-то по душе!

– Знаю, что ты так думал, – спокойно отвечает бабушка, продолжая раскладывать пирог, – но Лейк мне на самом деле нравится. А вот то, как ты с ней себя ведешь, нравится гораздо меньше. Некоторые вещи должны оставаться между вами двоими. Причем желательно в спальне, а не в кладовке, – нахмурившись, добавляет она.

Я и не задумывался над тем, что слишком явно демонстрирую свою любовь к Лейк при других… Сначала мне сказала об этом сама Лейк, теперь – бабушка. Неловкая ситуация… К тому же из-за этой сцены в кладовке Лейк вряд ли поверит, что бабушка к ней хорошо относится…

– Бабуль? – обращаюсь к ней я, отламывая корочку от пирога и запихивая ее в рот, потому что вилки мне так и не дали.

– Что? – отзывается она, открывая ящик и протягивая мне вилку.

– Она, вообще-то, еще девушка…

– Уилл! – делает большие глаза бабушка. – Вообще-то, это совершенно не мое дело!

– Знаю. И говорю тебе об этом, просто чтобы ты не думала о ней плохо.

– Ты хороший мальчик, Уилл. – Бабушка протягивает мне две тарелки с пирогом и берет две оставшиеся. – Она простит тебя, просто дай ей время.

* * *

На обратном пути Лейк садится с Келом на заднее сиденье, а Колдер со мной впереди. Всю дорогу они без умолку болтают. Кел и Колдер наперебой рассказывают Лейк, чем они занимались с Дедополом. А я молчу и стараюсь не вслушиваться в их разговор, полностью сосредоточившись на дороге.

Припарковавшись возле своего дома, я провожаю Лейк и Кела. Она заходит внутрь, не сказав мне ни слова. Открываю капот ее джипа и подсоединяю аккумулятор.

Еще и десяти нет. Я ни капли не устал. Колдер уже лег спать, а Рис, наверное, где-то загулял с Воэн. Я сажусь на диван и собираюсь включить телевизор, но тут раздается стук в дверь.

Кого это принесло в такое время? И кому еще до сих пор приходит в голову стучаться? Я открываю дверь и обнаруживаю на крыльце дрожащую от холода Лейк. Она кутается в куртку, теплые сапоги надеты прямо на пижамные брюки. Вид у нее смешной. И все-таки она очень красива! А главное, она, кажется, не злится на меня – хороший знак!

– Привет! – чересчур радостно говорю я, пропуская ее в дом. – За звездочкой пришла? А стучишься зачем?

Она никогда не стучится и сейчас как будто лишний раз решила подтвердить, что наши отношения и правда изменились – точно не могу сказать, как именно, но мне это однозначно не нравится.

– Можно с тобой поговорить? – спрашивает Лейк.

– Можно?! Да я мечтаю об этом!

Мы садимся на диван. Обычно она забирается с ногами, и я обнимаю ее, но сегодня она отодвигается в противоположный угол. Если я и узнал что-то новое за эту неделю, так это то, что терпеть не могу «личное пространство». Пространство – полный отстой!