Возвращение к любви - Колин Гувер

– Оденься!

– Черт! – произносит она сквозь зубы, натягивая рубашку на левую сторону и роняя остатки звездочек. – Ну и сволочь же ты, Уилл! Ты не имеешь права держать их у себя! И с каких это пор у тебя появился сосед? – спрашивает она, глядя на Риса.

Рис ошарашенно смотрит на нее, не говоря ни слова и явно не понимая, что происходит. Лейк забирает из вазы несколько звездочек и бросается к выходу. Рис едва успевает отскочить в сторону. Мы смотрим, как она бежит к дому, дважды останавливается, чтобы поднять вывалившиеся на бегу звездочки, и Лейк хлопает за собой дверью. Рис поворачивается ко мне и восхищенно произносит:

– Ого! Боевая девчонка! К тому же симпатичная.

– И к тому же моя! – осаживаю его я.

* * *

Рис занимается обедом, а я ползаю на коленях по гостиной и собираю разбросанные звездочки. Вазу решаю спрятать в буфет в кухне: если Лейк не сможет ее найти, то ей придется заговорить со мной и спросить, куда я ее дел.

– Так что это все-таки за штуки? – спрашивает Рис.

– Подарок от ее мамы. Долгая история, – отвечаю я и тут же понимаю, что тайник чересчур ненадежный: Лейк ее тут сразу найдет. Немного подумав, я достаю вазу из-за пакетов с хлопьями и ставлю ее в бар, за бутылку текилы.

– Так эта барышня – твоя подружка?

Вопрос ставит меня в тупик, учитывая то, что между нами происходит на данный момент, но я все-таки киваю.

– Кажется, ты ей не особенно нравишься, – искоса поглядывая на меня, продолжает Рис.

– Она меня любит! Просто в данный момент я ей не нравлюсь.

– А как ее зовут? – смеясь, спрашивает Рис.

– Лейкен. Но я называю ее Лейк. – Я наливаю себе попить – на этот раз никакого алкоголя.

– Ах так вот о каком «озере» ты бубнил вчера вечером! – еще громче хохочет Рис, раскладывает пасту по тарелкам, и мы садимся за стол. – И что же ты такого натворил, что она так на тебя злится?

Я кладу вилку на стол и вздыхаю. Наверное, сейчас самое время рассказать ему последние новости за тот год, что мы не виделись. Мы с Рисом дружим с десяти лет. Правда, последние два года, с тех пор как он ушел в армию, мы практически не общались. В общем, я рассказываю ему всю историю от начала до конца: как мы с Лейк познакомились, как столкнулись в школе, как поссорились из-за Воэн и что происходило после этого… Когда я наконец умолкаю, Рис уже доедает вторую тарелку пасты. А я к своей даже не притронулся.

– Значит, ты… Значит, между тобой и Воэн действительно все кончено? – осторожно спрашивает он, помешивая пасту.

Обалдеть! Я ему столько всего рассказал, а он спрашивает меня о Воэн!

– Решительно и бесповоротно, – отвечаю я.

– Слушай, ты скажи, если тебе не понравится моя идея… – нерешительно начинает он, ерзая на стуле. – В общем… ты не против, если я приглашу ее на свидание? Если против, я к ней близко не подойду!

Ну конечно, Рис ни капельки не изменился! Из всего моего рассказа он услышал только одно: есть свободная девчонка на примете.

– Рис, мне глубоко наплевать, что будет у тебя с Воэн. Честное слово. Только пообещай, что не станешь приводить ее сюда. Это единственное, о чем я прошу. Она не должна переступать порог этого дома – договорились?

– Да не вопрос! – довольно улыбается он.

* * *

Следующие несколько часов я доделываю домашнее задание и читаю конспект, который оставила мне Воэн. Переписываю все в тетрадку, а ксерокопии выкидываю: меня тошнит от одного вида ее почерка.

Я пытаюсь держать себя в руках и шпионю за Лейк всего раз в час. Не хочу, чтобы Рис решил, что я совсем свихнулся, поэтому подхожу к окну только тогда, когда он выходит из комнаты.

Я сижу за столом, занимаюсь, Рис смотрит телевизор, и тут входит Кирстен – разумеется, не постучавшись.

– А ты еще кто такой? – спрашивает она у Риса.

– А тебе еще не рано так со старшими разговаривать? – парирует он.

Кирстен закатывает глаза, проходит в кухню и садится напротив меня. Она кладет локти на стол, подпирает ладонями подбородок и смотрит, как я читаю конспект.

– Ну что, Лейк сегодня видела? – спрашиваю я, не поднимая на нее глаз.

– Ага.

– Ну и?

– Смотрит кино. Ест кучу всякой гадости.

– Что-нибудь про меня говорила?

– Знаешь что, Уилл, – скрестив руки на груди и слегка понизив голос, произносит Кирстен, – если ты хочешь, чтобы я на тебя работала, думаю, самое время обговорить размер моего честно заслуженного гонорара.

– Значит, ты согласна мне помочь? – спрашиваю у нее я.

– Значит, ты согласен мне платить? – вопросом на вопрос отвечает она.

– Думаю, мы с тобой вполне сможем договориться. Оплаты наличными не будет, но возможен бартер: могу помочь тебе с портфолио.

Кирстен бросает на меня заинтересованный взгляд:

– Продолжай.

– Знаешь, я имею довольно приличный опыт выступлений на сцене. Могу дать тебе кое-что из моих стихов… помочь тебе подготовиться к слэму.

– Ну вот что, – перебивает меня Кирстен, и я вижу, что она напряженно думает над условиями контракта, – будешь водить меня на слэм. Каждый четверг, минимум месяц. Через несколько недель у нас в школе конкурс талантов, я хочу участвовать, поэтому мне нужно как можно чаще бывать на публике.

– Целый месяц?! Не, так не пойдет. Мы с Лейк должны помириться куда раньше. Целый месяц я не выдержу!

– Ты идиот, что ли? Да если я тебе не помогу, она тебя и через год не простит! – Кирстен встает со стула, со скрипом придвигает его к столу и направляется к выходу.

– Ладно. Будь по-твоему. Согласен.

– Отличное решение, – улыбается она. – Тогда пойду займусь делом… Хочешь, чтобы я подкинула ей какую-то конкретную идею?

Что ей ответить? Как вернуть Лейк? Что я могу сказать, чтобы она поняла, как сильно я ее люблю? О чем мне попросить Кирстен? И тут меня осеняет:

– Да! Слушай, Кирстен, попроси ее водить тебя на слэмы! Скажи, что я отказался и что решил больше никогда туда не ходить! Если придется, умоляй ее взять тебя с собой! Если я и смогу убедить ее поверить мне, то разве что со сцены!

– О, какое коварство! – восхищенно ухмыляется Кирстен. – Обожаю! – добавляет она и уходит.

– А это кто? – спрашивает Рис.

– А это моя новая лучшая подруга! – с улыбкой отвечаю я.

* * *

Если не считать нашей стычки из-за звездочек, я, по-моему, достаточно позволил Лейк побыть одной. Кирстен сообщила, что после долгих уговоров Лейк все-таки согласилась сводить ее на слэм в этот четверг. В награду моя новая лучшая подруга получила одно из моих старых стихотворений.