Моя прекрасная жертва - Джейми Макгвайр

Федра похлопала его по плечу и оставила нас вдвоем. Под нами, в зале кафе, только что побывала смерть, и от этого на моем чердаке воцарилась особенная тишина. Я чувствовала тяжесть в голове и груди, во рту пересохло.

– Ты знал, что он не очнется, – сказала я, – но все равно пытался ему помочь. Ты очень добросовестно относишься к своей работе.

Тэйлор посмотрел на меня, и его взгляд смягчился:

– Тут дело было не в работе.

– Спасибо, – прошептала я, стараясь смотреть куда угодно, только не ему в глаза.

– Он часто приходил, да?

– Да.

Мой собственный голос показался мне далеким. Внутри все было как-то странно. Я настолько привыкла к состоянию онемения, что любое чувство выводило меня из равновесия. Оказавшись в руках Тэйлора, я попала под град эмоций, которых не могла выдержать.

– Мне нужно… – начала я, высвобождаясь.

– Подышать? – Тэйлор взял мое запястье и, наклонившись, заглянул мне в глаза. Увидев, что я не собираюсь падать в обморок, он откинулся на спинку дивана. – Все в порядке. Я совершенно ничего не жду.

Я кивнула. Он снова вытянул руку и ласково привлек меня к себе. Уютно устроившись у него под крылом, я прислонилась щекой к его теплой груди. Он опустил подбородок мне на голову.

Нам было хорошо, и молчание нас не тяготило. Мы просто дышали, просто жили от мгновения к мгновению. По крыше барабанил дождь, уже превративший улицы в океан, по которому, как лодки, плавали машины. Тэйлор прижался губами к моему виску. Порывисто вздохнув, я уткнулась лицом в его мокрую футболку и заплакала.

В сильных руках Тэйлора я почувствовала себя защищенной. Хотя между нами и так не осталось свободного пространства, мне захотелось прижаться к нему еще теснее, и я, комкая на нем одежду, потянула его к себе. Он обнимал меня, а я тихо плакала, пока не выплакалась. Сделав глубокий вдох, я подумала, что вот-вот возникнет чувство неловкости, но этого не происходило.

Раздался вкрадчивый стук в дверь: Федра принесла обещанную кружку чая для меня и чизкейк для Тэйлора.

– Твои ребята тоже взяли еду с собой. Сказали, чтобы ты позвонил, когда будешь готов.

Тэйлор кивнул, не выпуская меня.

– Фэйлин, пей чай. – Федра поставила тарелку и чашку на столик. – Это поможет, – она кивнула и сложила руки на животе. – Мне всегда помогает.

Я наклонилась, чтобы взять чашку, и, снова прижавшись к Тэйлору, сделала глоток.

– Спасибо. Я скоро спущусь.

– Не вздумай. Клиентов сейчас мало. Я управлюсь. До конца дня у тебя выходной. Увидимся на ужине.

– Мы вместе спустимся, – сказал Тэйлор.

От легкой улыбки одобрения морщины на лице Федры углубились.

– Ну хорошо.

Она закрыла за собой дверь, мы снова остались вдвоем. Сидели, прижавшись друг к другу под голубым одеялом.

– Я не ожидал, что мне будет так хорошо, – сказал Тэйлор. – Каждая мышца расслабилась.

– Можно подумать, раньше ты никогда не обнимался с девушками.

Он молчал. Я подняла глаза:

– В тебе столько тепла…

– Все это… – он осекся, пожав плечами, – как бы не мое. Но ощущение потрясающее.

– А что твое?

– Знакомства на одну ночь, рассерженные женщины. И пожары.

– Если бы ты сейчас не сидел со мной вот так, я бы сказала, что ты засранец.

Тэйлор задумался:

– Меня это не смущает.

– Я почему-то не удивлена.

– Зато я удивляюсь, – усмехнулся он. – Удивляюсь тебе.

Я улыбнулась, но по губам покатилась новая слеза, и я смахнула ее рукой.

– Давай лучше вот так, – сказал Тэйлор, дотрагиваясь до моего лица краешком своей футболки.

Я подняла глаза:

– Почему ты не приходил?

– Из-за этого чувства. Оно кажется мне странным.

– Странным?

– Не знаю, как описать точнее. Будь на твоем месте другая девушка, я бы, недолго думая, затащил ее в постель. А с тобой по-другому. Примерно так же я чувствовал себя в детстве, прежде чем сделать что-нибудь, за что обязательно получу по заднице.

– Ты боишься? Мне трудно в это поверить.

– Мне тоже. – Тэйлор помолчал. – Фэйлин? – Он сделал глубокий вдох, как будто ему было больно произносить мое имя, и потер глаза. – Черт! Я думал, что хочу это знать, но, кажется, уже не хочу.

– Спрашивай, – сказала я и приготовилась выкручиваться.

– Ответь мне только на один вопрос. – На секунду он замолчал, не зная, действительно ли ему это нужно. – Твоя связь с Эйкинсом имеет какое-то отношение к моему брату?

– Нет, – с облегчением вздохнула я. – Только сегодня прочла о пожаре.

– Значит, ты знаешь про Трэвиса.

– Нет. Разобраться я не успела. И можешь не рассказывать, если не хочешь.

Тэйлор снова расслабился, опустив подбородок мне на макушку. Я обрадовалась, что он не видит моего лица. Ведь на него самого у меня все-таки имелись планы, хоть пожар тут и правда был ни при чем.

– Тэйлор? – я произнесла его имя так же неуверенно, как он мое несколько секунд назад.

Таким же был и ответ:

– Спрашивай.

– Мне действительно нужно попасть в Эйкинс. И я надеялась, что ты мне в этом поможешь. На билет я накопила, но мне негде остановиться.

Тэйлор сделал глубокий вдох и медленно выдохнул:

– Так я и думал.

– Нет, это совсем не то, – поморщилась я. – Совпадение странное, я согласна. Но про твоего брата я ничего не вынюхиваю.

– Тогда расскажи, в чем дело.

– Если я просто докажу тебе, что речь идет не о твоем брате, тебя это успокоит?

– Да, наверное. – Тэйлор растерянно пожал плечами.

Я встала, пошла в спальню и взяла из шкафа коробку с письмами. Вернувшись на диван, я бросила Тэйлору конверт:

– В твоем водительском удостоверении указана та же улица.

Прочитав обратный адрес, он нахмурился:

– Откуда ты знаешь Оливьеров? Это же соседи моего отца!

– Соседи? – я усмехнулась, и мои глаза наполнились слезами.

– Да.

Тэйлор вернул мне конверт. Я вынула оттуда небольшую фотографию (десять на пятнадцать) и протянула ему. Он посмотрел на снимок: маленькая девочка стояла на тротуаре, прижимаясь к своему брату Остину. Ее длинные светлые волосы были убраны с лица заколками. Она смущенно улыбалась, глядя в объектив огромными зелеными глазами. Остин, опекая сестренку, положил руку ей на плечо. Он казался гордым и сильным, как и положено старшему брату.