Брачные узы - Юлия Мишина

Привела в порядок квартиру. Чисто, и все на своих местах. Только пусто. Без Мишани в комнатах стоит звенящая тишина. Глянула на часы: шесть вечера. Решила все-таки забрать сына домой. Тем более, завтра ему нужно было выходить в сад.

Вызвала такси и поехала к родителям мужа.

Машина остановилась у подъезда. Я расплатилась и подошла к тяжелым дверям. Набрала на домофоне номер квартиры. После пары звенящих гудков услышала голос свекрови:

— Да.

Больше не могла называть ее мамой. Делала это ради мужа, но теперь язык не поворачивался.

— Вера Вячеславовна, это Катя, откройте.

Ждала щелчок, глядя на дверь. Но пауза затянулась.

— Не открылась. Нажмите еще раз, — сказала, дернув ручку.

— Ты же отпустила Мишу с ночевкой, — услышала строгий голос свекрови.

— Вспомнила, что ему завтра в сад. Я уже успокоилась. Скучаю… — произнесла я и вдруг резко осеклась.

Почему она не открывает дверь? Почему заставляет объясняться на улице?!

— Екатерина, Миша пока останется у нас. Тебе нужно отдохнуть, — настаивала свекровь.

— Спасибо вам большое. Но я выспалась и все дела по дому переделала. Хочу забрать сына. — Я теряла терпение. Сердце бешено разогналось. Не понимала смысла происходящего.

— Митя приедет завтра или в среду. Он привезет тебе Мишу, — категорично заявила свекровь и бросила трубку.

Я несколько секунд растерянно смотрела на домофон. Головная боль вернулась и тупо пульсировала в висках. Казалось, я сейчас задохнусь от наглости свекрови и абсурдности ситуации.

Схватила дверную ручку и несколько раз со всей силы дернула ее. Конечно, она не открылась. Отошла на пару шагов, нервно соображая. Расставила руки в стороны и глубоко дышала, стараясь успокоиться. Осматривалась по сторонам. Никто к подъезду не шел. Самое время возвращаться с работы! Где все жильцы?!

Наконец, догадалась. Вернулась к домофону и набрала номер соседки.

— Да, — ответила она.

Хорошо, что дома!

— Здравствуйте, тёть Свет, — пыталась говорить непринужденно. — Это Катя Григорьева. У моих, наверное, домофон опять сломался. Не открывают.

— Ох, эти домофоны! Вечно ломаются… — причитала соседка. Но прозвучал заветный щелчок, и я ее больше не слушала.

Поднималась на лифте на пятый этаж, изнывала от нервного напряжения. Едва он успел открыться, выскочила, ударившись плечом. В венах бушевал адреналин, и боли я не почувствовала.

Оказалась перед первыми металлическими дверьми, скрывающими общий тамбур двух соседских квартир. Нажала на звонок. Ждала минут пятнадцать, без конца мучая кнопку. Не открывают! Просто сумасшествие какое-то!

Позвонила тёте Свете. Она тут же выглянула из-за двери и недовольно сказала:

— Трезвонишь и трезвонишь! Ушли может куда?

— Я еще в ту дверь постучу, — сказала и прошла мимо соседки в коридорчик.

Со всей силы забарабанила по деревянному полотну. Приложила ухо. Тишина.

— Точно ушли, — заключила тётя Света, сложив перед собой руки.

Я попятилась, растерянно смотря то на дверь, то на соседку. Злость дрожью охватила тело. В голове мелькали тысячи мыслей.

Развернулась и побежала к лестнице. По ступеням быстро спустилась на первый этаж и вырвалась из подъезда на улицу. Наклонилась и уперлась руками в колени. Тяжело дышала, ощущая, как безудержная ярость овладевает мной. Когда она достигла апогея, решительно выпрямилась и зашагала прочь.

Залетела в первый попавшийся хозяйственный магазин. Бегала глазами по стеллажам. Отыскала то, что мне нужно и двинулась к кассе.

Продавец бросил на меня подозрительный взгляд. Я замедлилась. Пригладила волосы и поправила одежду.

— Положите, пожалуйста, в пакет, — попросила и натянула улыбку.

Кажется, продавец расслабился.

— Большое спасибо, — сказала, забирая чек и покупку.

Выходила из магазина медленно, не привлекая лишнего внимания. Только зашла за угол — почти бегом ринулась вперед.

Вернулась к подъезду, набрала номер соседки.

— Это опять Катя, — сказала и услышала, как открылась дверь.

Поднялась по лестнице. Тетя Света уже ждала меня. Вошла в коридорчик. Подалась вперед и постучала в дверь. Никто не открыл. Приложила ухо к полотну. Тишина.

Достала из пакета покупку. В моей напряженной от тяжести руке блеснул топор. Соседка тут же побледнела. Резко вжалась в дверь своей квартиры, схватившись за сердце.

— Катенька, что же ты делаешь? — дрожащим голосом промолвила она.

— Сына забираю, тёть Свет. Сына! — запыхавшись, ответила я.

Обхватила двумя руками топорище. Размахнулась и что было мочи ударила по двери. Дерево захрустело. Соседка взвизгнула. Я не могла остановиться.

Снова и снова врезалась в полотно. Рычала от усилий. Рядом в истерике кричала тетя Света. А я била и била. С таким остервенением, что щепки полетели!

Остановилась, стараясь отдышаться. Убрала упавшие на лицо волосы. Соседка сползла на пол и продолжала причитать.

— Да тихо вы, тёть Свет! — шикнула я. — Идите домой!

Соседка притихла. Вот же сплетница! И смотреть страшно, и пропустить неохота!

Я прислушалась.

— Екатерина! — по ту сторону двери раздался голос свекрови. Полный ужаса, он звучал так высоко, что слух резало. — Прекрати, Екатерина! Я подхожу!

— Ой, Вера Вячеславовна! А я стучу-стучу! Вы, наверное, не слышали?! — любезно тянула я.

— Не слышали, не слышали! — верещала свекровь, копаясь с замками.

Она распахнула истерзанную дверь. Широко раскрытые глаза на бледном, совершенно лишенном крови лице, впились в топор. Я расслабила пальцы, и он с глухим стуком упал на пол.

— Я за сыном, — бросила, приподняв подбородок.

— Сейчас-сейчас, — суетливо сказала она.

Я видела, как свекровь быстро прошла в дальнюю комнату. Через пару минут вывела оттуда Мишу. За ним несмело двигался Ярослав Станиславович. Глаза свекра были полны страха и сожаления.

Я больше не смотрела на них. Схватила сына, и мы вышли из тамбура.

Подняла его на руки и спускалась по ступеням. Не было сил стоять там, перед ними, и ждать лифт.

Оказавшись на улице, спустила Мишу с рук и присела перед ним. Заглянула в глаза. Вроде не напуган. У свекрови хватило совести не страшить ребенка!

— Как дела? — спросила, стараясь выглядеть веселой.

— Хорошо, мамочка, — ответил Миша и улыбнулся.

— Отлично! Идем домой, — сказала я и протянула сыну руку.