Так случается всегда - Эми Хатвани

— Могу я помочь вам? — спросила я вошедшую в дверь пожилую женщину, одетую в красный велюровый спортивный костюм и неуверенно оглядывающуюся по сторонам.

Посетительница посмотрела на меня яркими голубыми глазами.

— Да, пожалуйста, — сказала она. — Я Дорис Картер, и у меня назначена встреча с Эмбер Брайант.

Ее голос немного дрожал, и, судя по морщинам на ее бледном лице и по ссутулившимся плечам, ей было около семидесяти.

— Это я, — сказала я, приветливо улыбаясь ей. — Вы в первый раз обращаетесь к личному тренеру?

Она кивнула.

— Мой врач сказал, что прогулок с собакой недостаточно. Мне нужно заняться поднятием тяжестей, чтобы поддерживать скелет в рабочем состоянии. — Она оглядела меня с головы до пят. — Сколько вам лет, дорогая, если вы не против такого вопроса?

— Мне двадцать три.

— И вы разбираетесь в том, что делаете?

— Да, — ответила я, продолжая улыбаться. — У меня степень магистра по диетике и физиологии, а также сертификат личного тренера. Я буду рада показать вам мои документы.

— Да нет, — отмахнувшись, сказала она. — Если Гарольд нанял вас, я уверена, что вы замечательный тренер.

— А откуда вы знаете Гарольда? — спросила я, доставая анкету, которую Дорис должна была заполнить прежде, чем мы приступим к занятиям. Гарольд Ричардс был моим боссом, владельцем тренажерного зала и клиентом моего отца, что и помогло мне получить эту работу.

— Я была его преподавателем в колледже, — сказала Дорис. — Он был сущим наказанием, но, похоже, из него что-то получилось. — Она взяла протянутую мной анкету и внимательно посмотрела на нее. — Существует ли вероятность того, что вы беременны? — прочитала она и подмигнула мне. — Сомневаюсь, но очень хотелось бы иметь кого-то, с кем можно было бы попрактиковаться в этом.

Я рассмеялась и сразу же поняла, что мне с ней будет приятно работать.

— Вы не замужем?

— Была. Пятьдесят два счастливых года. Мой Стивен умер четыре года назад.

— Мне очень жаль, — сказала я и подумала, сможем ли мы с Дэниэлом прожить вместе так долго. Если вообще хоть сколько-нибудь проживем вместе.

— Спасибо, — отозвалась Дорис и начала заполнять анкету. Взглянув на мою левую руку, она спросила: — Вы обручены? — Я кивнула, и, очевидно, терзавшие меня сомнения отразились на моем лице, потому что Дорис прищелкнула языком и покачала головой. — Мда. Если в вашем сердце есть хоть капля сомнения, дорогая, прислушайтесь к этому. Внутренний голос — это самая мудрая часть души.

Я кивнула, сжав губы, чтобы сдержать слезы. Похоже, работа так и не смогла отвлечь меня от зародившихся сомнений.

— Может быть, мы сможем заключить с вами сделку, — сказала я. — Я буду помогать вам стать сильной, а вы будете учить меня жизни.

Дорис улыбнулась, и ее лицо оживилось. Глядя на нее, легко было представить, какой она была в молодости.

— Ну, нет, дорогая, — сказала она. — Единственное, чему я могу учить, — английскому языку. Все, что мы узнаём о жизни, мы узнаём на основании собственного опыта, и хорошее, и плохое. Так происходит всегда.

Она расписалась внизу страницы, положила ручку и выжидающе посмотрела на меня.

В этот момент после перерыва вернулся Тревор, наш администратор.

— Вы готовы? — спросила я Дорис, она кивнула и пошла за мной в зал. Я объяснила ей важность разминки перед любой физической нагрузкой, потом сделала с ней ряд начальных упражнений, включая пятнадцатиминутную ходьбу на беговой дорожке.

— Как вы познакомились с вашим молодым человеком? — спросила она, когда я стояла рядом с ней и следила за пульсом на табло, чтобы не перегрузить женщину.

Я рассказала ей свою историю, и она снова спросила:

— Вы знали, что он собирается сделать вам предложение?

— Нет, — ответила я, вспоминая яркий день в начале июня, когда мы с Дэниэлом отправились лазать по скалам в то же место, где были в первый раз после нашего знакомства.

— Не достанешь мою бутылку с водой, детка? — спросил он, когда мы добрались до вершины первой скалы. Был замечательный солнечный день, и мы оба уже обливались потом. — У меня свело ногу.

Он поставил правую пятку на камень и потянул себя рукой за пальцы ног, распрямляя мускул.

— Конечно, — ответила я. Наклонившись, я расстегнула его рюкзак, который он поставил на землю, и достала оттуда металлическую бутылку, которую он всегда носил с собой в походы. Но когда я повернулась, чтобы отдать ему ее, он стоял на одном колене, держа в руке черную бархатную коробочку.

— Бог мой! — сказала я, хлопнув себя ладонью по губам. — Что ты делаешь?

Конечно, я знала, что он делает, но это были единственные слова, которые пришли мне на ум.

— То, что я хотел совершить уже давно, — ответил он и открыл коробочку, в которой оказалось тонкое серебряное кольцо с небольшим, но ярким солитером. — Я люблю тебя, Эмбер. И хочу быть с тобой всегда. Выйдешь за меня замуж?

Я уставилась на него, а в голове проносились тысячи мыслей. Я так любила его в тот момент — прелестную простоту его предложения, тот факт, что он дождался момента, когда мы были одни, на природе, занимаясь тем, что мы оба любили, а не в шикарном ресторане, на глазах у сотни незнакомых людей. Он достаточно хорошо знал меня, чтобы понимать, что мне это не понравилось бы. Но вместе с тем я почувствовала некоторое замешательство. Мы прожили вместе меньше года. Было ли этого достаточно для того, чтобы изучить друг друга до мелочей? Странно, но в тот момент я подумала о Тайлере, что даже при том, что у нас бывали трудные моменты, наша дружба с ним длилась гораздо дольше, чем мои отношения с Дэниэлом. Справедливо ли я поступаю с собой, связывая судьбу с одним человеком, когда я еще так молода? Мои родители тоже так поступили, но они встречались три года перед тем, как обручиться. И я знала, что их длительные отношения были редкостью. Больше половины браков, заключенных в ранней молодости, заканчивались разводом. И трудно было предсказать, сможем ли мы с Дэниэлом преодолеть все трудности.

— Что скажешь, детка? — спросил Дэниэл, когда я молчала достаточно долго. — Я больше ни с кем на свете не хотел бы создать семью, только с тобой.

Искренность в его словах рассеяла мои сомнения. Я бросилась Дэниэлу на шею, чуть не свалив его на землю.

— Да, — прошептала я, — да, да, да.

Он поцеловал меня и надел кольцо мне на палец.

— Это кольцо моей бабушки, — сказал он. — Когда я стану врачом, куплю тебе другое, побольше и получше.

Я затрясла головой.

— Ни за что, — сказала я. — Оно идеально. И ты идеален. Я так люблю тебя!

— Кажется, он славный, — сказала мне Дорис, когда я закончила рассказывать ей свою историю. Но ее глаза испытующе смотрели на меня. — Но вы все равно не уверены, что поступаете правильно.