Так случается всегда - Эми Хатвани

— Спасибо вам за все, — сказала я снова и поочередно обняла их. — Я позвоню вам завтра, о’кей?

— Да уж, сделай милость, — отозвалась мама. — Расскажешь, как прошел первый день на работе.

— Обязательно, — кивнула я. После чего родители сели в грузовичок и уехали домой.

Следующие несколько часов я провела за распаковкой коробок и походом в продовольственный магазин, где нагрузила тележку замороженными овощами и цыплятами, огромным количеством фруктов, орехами и буханкой зернового хлеба. По пути к кассе я импульсивно схватила коробку моего любимого в детстве печенья. Грета поощряла меня покупать продукты, которые я, возможно, не слишком хочу есть, но это поможет мне перестать делить еду на «хорошую» и «плохую».

— Это же всего лишь еда, — говорила она. — Ты ешь то, что тебе нравится, что кажется вкусным на этот момент, пока не почувствуешь, что ты сыта. И тогда ты останавливаешься. Это очень просто. И очень трудно.

Вернувшись в квартиру, я убрала все, что купила, а потом включила телевизор, просто как звуковой фон. Кабельное телевидение уже было оплачено, и отцу осталось лишь повесить телевизор, когда мы въехали в квартиру. Владелец дома в качестве бонуса также оплатил воду, канализацию и вывоз мусора. Я села на кровать, взяла в руки телефон и стала просматривать сообщения в поисках того, где Ванесса написала адрес группы поддержки жертв сексуального насилия. Был четверг, тот самый день, в который ее коллега психотерапевт устраивала собрания в семь часов вечера. Я уставилась на адрес, а потом быстро нашла его в интернете. Меня немного шокировало, что это было всего в четырех кварталах от моего дома. Было половина седьмого, и если бы я захотела, я могла бы дойти туда вовремя.

Я подумала о Тайлере, как он проведет ближайшие два года не в тюрьме, а на сеансах психотерапии. Мне хотелось знать, отнесется ли он к этому серьезно, и запало ли ему в душу то, что я сказала в суде, на что я очень надеялась. Меня уже не начинало тошнить при воспоминании о нем, но день на день не приходится. Случались времена, когда меня рвало в туалете при воспоминании о том, что он делал со мной. А иногда я смотрела в зеркало, и мне хотелось кричать из-за несправедливости судьбы, из-за которой я буду носить на себе печать этой травмы до конца жизни.

— Это гораздо более легкое бремя, когда ты делишься им с женщинами, которые тебя понимают, — сказала Ванесса, когда я рассказала ей о моих чувствах. — Ты будешь потрясена, увидев, насколько это помогает.

Я сидела и постукивала пальцами по бедру, измученная после долгого дня упаковки и переезда. Но прежде чем я сообразила, что делаю, я вскочила, схватила сумочку и ключи и помчалась к двери.

Мне потребовалось чуть больше пяти минут, чтобы добраться до офисного здания, и еще несколько минут, чтобы найти комнату, в которой будут проводить собрание. Я немного постояла у двери, не решаясь войти внутрь, и тут чуть не подпрыгнула от неожиданности, услышав рядом женский голос.

— Первое посещение всегда самое тяжелое, — сказала женщина, и я обернулась, чтобы посмотреть на нее.

Это была худая блондинка примерно моего возраста, только выше меня. У нее были длинные ноги и широкие плечи спортсменки. Одета она была в черные легинсы, толстый черный свитер и черные кожаные сапоги, доходившие до колен. Ярко-красный шарф был обернут вокруг ее шеи, а запястья украшало огромное количество серебряных браслетов. Она выглядела очень нарядно и модно, и мне внезапно сделалось неловко из-за моих потертых джинсов и грязного свитера, которые я так и не переодела после переезда.

— Это так заметно? — занервничала я и сунула руки в карманы куртки.

— Возможно, немного, — улыбнулась женщина. — Шарлотта.

— Эмбер, — сказала я. — И я только что переехала сюда из Беллингхэма.

— Правда? — спросила Шарлотта, отходя немного в сторону, чтобы пропустить еще нескольких женщин к двери комнаты. — Мой брат окончил ваш университет в прошлом году. Мне очень там понравилось.

Я кивнула, но резко помрачнела, думая о том, насколько сильно люблю родной город, а теперь не могу представить, что когда-нибудь буду снова жить там.

Шарлотта, по-видимому, почувствовала мое замешательство, потому что быстро сменила тему разговора.

— Но теперь вы здесь, — сказала она. — Кто-то дал вам адрес нашей группы?

— Мой терапевт.

— Мой тоже. — Шарлотта понизила голос: — Меня в прошлом году изнасиловал парень, с которым мы познакомились в интернете. А что с вами?

— Мой лучший друг, — прошептала я и судорожно сглотнула. — Этим летом.

— Мне так жаль, — нахмурилась Шарлотта. Она кивнула головой в сторону комнаты, откуда доносился негромкий разговор собравшихся там женщин. — Пойдемте. Все будет хорошо, обещаю вам.

— Да.

Я сделала глубокий выдох, надеясь, что сказанное Шарлоттой было правдой. Надеясь, что после всего, через что мне пришлось пройти, после решения уехать из родного города и начать жизнь заново я нашла место, где смогу оправиться, — место, где я встречу других женщин, которые поймут меня. Место, где, независимо от того, что еще может случиться, я наконец обрету себя.