Невеста напоказ - Лиз Филдинг

Нат мельком взглянул на нее.

— Ради моей же пользы он упечет меня в одну из своих дорогих клиник, — вздохнула молодая женщина.

— У него имеются клиники?

— У него есть свои люди во всех сферах бизнеса, включая сеть клиник, которые предоставляют разнообразные услуги знаменитостям. Например, они проходят там курс лечения от наркомании или алкоголизма, а еще делают пластические операции. — Люси усмехнулась. — Не хотите вколоть немного ботокса после злоупотребления кокаином? Вы пришли по правильному адресу. Засунув меня в клинику, он наверняка выбросит ключ от моей палаты.

Люси попробовала беспечно рассмеяться, но у Ната возникли подозрения, что она старается убедить скорее себя, чем его, в том, что шутит.

— Может, мне стоит написать: «Я вернусь…»?

— Да? — скептически поинтересовался Нат. — Обратно?

— К Руперту? — Люси была озадачена. — Зачем?

— Потому что так поступают женщины.

— Вы считаете, что у нас всего лишь небольшая размолвка? — спросила она и, когда он не ответил, прибавила: — Что все наладится, как только я приду в себя?

— Так бывает, — протянул он.

— Не в данном случае.

Люси захлопнула телефон, не отправив ни одного сообщения, и протянула его Нату.

— Почему бы вам не оставить его себе? — предложил он. — На случай, если вы передумаете.

Она посмотрела на мужчину, по-прежнему не понимая мотивов, которые им движут, затем пожала плечами и засунула телефон в мешочек на поясе.

— Спасибо, — сдавленно поблагодарила она.

Нат отвернулся, взял пару яблок и положил их в тележку. Он дал ей возможность перевести дыхание. Возможно, Люси — женщина с характером, но никто не может равнодушно отнестись к тяжелому разрыву отношений. Особенно таких, которые развиваются под пристальным вниманием прессы. Слезы в таком случае неизбежны.

Спустя мгновение Люси взяла персик, взвесила его в руке, понюхала и положила на полку.

— Плохой? — Нат взял персик, чтобы проверить качество.

— Персики ужасно дорогие.

— Если вы действительно хотите персик, я смогу его купить. У меня дисконтная карта для персонала.

Люси улыбнулась, но покачала головой:

— Персики — это летние фрукты. Они должны быть теплыми.

Нат немедленно представил Люси, сидящей в тени, на террасе. Над головой у нее виноградная лоза, ее зубы погружаются в мякоть созревшего, согретого солнечными лучами персика, только что сорванного с дерева. Ее обнаженные золотистые плечи умилительно расслабляются… Губы Люси блестят, они сладкие от сока…

— Мне ясно, почему вы сбежали с пресс-конференции, Люси. — Нат отмахнулся от фантазий. — Но я не понимаю, почему он отчаянно ищет вас после публичного унижения.

— Мне не хотелось бы говорить вам… — Узнав правду, Нат станет соучастником. И все же он отчаянно желал, чтобы Люси ему доверилась и они были бы связаны. — У меня на него кое-что имеется. И он хочет это вернуть, — призналась молодая женщина.

Нат сразу вспомнил папку, которую заметил в ее сумке. Теперь папка отсутствовала.

— Может, вам стоит отдать ему это? — предложил он.

— Не могу.

Не успел он выяснить причину ее отказа, как вдалеке послышались голоса.

— Это уборщицы, — быстро сказал Нат, схватив Люси за запястье, поскольку она запаниковала и завертелась, высматривая убежище. — Боже правый, вы дрожите как осиновый лист. Что он, черт побери, с вами сделал? Хотите, я вызову полицию?

— Нет!

— Вы уверены? А что скажете на это? — поинтересовался Нат, осторожно проведя пальцами по внушительному синяку на ее виске.

Люси уставилась на него:

— Что? Нет! Фотограф ударил меня своим фотоаппаратом. Несчастный случай. Руперт ни при чем.

Голоса становились все отчетливее.

— Пожалуйста…

— Ладно. Здесь мы закончили.

Ната нисколько не убедил рассказ о фотографе, но сейчас не время настаивать.

— Из магазина нельзя вывозить тележку, — запротестовала она, когда открылись двери лифта.

— Желаете задержаться и сложить покупки в сумки?

Нат придержал двери ногой.

Услышав чье-то пение, Люси рванула к лифту:

— Нет, вы правы. — В кабине она повернулась к Нату. — Куда вы меня везете?

— Поверьте, на верхнем этаже вы будете в большей безопасности, чем в подвале, — произнес он. — Там нет охранников и любопытных уборщиц, которым захочется разобраться, почему ваше лицо кажется им знакомым.

Она открыла рот, закрыла его и стиснула зубы.

— Вам не удалось бы сбежать, Люси, — заметил он.

— Вы этого знать не можете, — заявила она, пристально глядя прямо перед собой. — Заодно проверили бы профессионализм своих охранников.

— Поверьте, они настоящие профессионалы. И вы бы провели ночь в полиции.

— О, но…

— Они не докладывают мне, когда ловят злоумышленников, Люси. Они просто звонят в местный полицейский участок, и на этом игра заканчивается. Если вы не сомневаетесь в том, что вас узнают уборщицы, то могу поспорить, что полисмены тоже узнают вас.

Она прислонилась к стене кабины:

— Вы, несомненно, правы. И костюм эльфа подтвердит слова Руперта.

— Да уж, — согласился он. — Но если вам действительно не терпится провести ночь в палатке, я захвачу одну и установлю на полу в спальне.

Лифт остановился на одиннадцатом этаже.

— На полу в спальне? — Молодая женщина нахмурилась. — Я думала, что кровати продаются на шестом этаже…

— Забудьте о торговле, — бросил Нат, проходя мимо отдела обслуживания клиентов и пустых офисов. — Вы никогда не слышали о том, что можно жить над магазином?

Он открыл магнитной картой дверь, которая вела во внутренний вестибюль с отдельным лифтом и двумя двойными дверями. Набрав код на панели, Нат открыл одну дверь и отошел в сторону, пропуская Люси вперед. Протестовать ей расхотелось.

Она увидела поразительную комнату. Пол, покрытый ламинатом. Два здоровенных квадратных дивана, обтянутых черной кожей. Суперсовременная мебель в черно-стальных тонах. Стены сизо-серого цвета. Ни картин, ни ярких красок — ничего, что могло бы отвлечь внимание от вида, открывающегося из окна во всю стену.

— Вот это да! — воскликнула Люси, разглядывая лежащий у ее ног расцвеченный огнями Лондон, кажущийся сказочным. Подойдя ближе, она спросила: — Вы действительно здесь живете?

Горели не только рождественские гирлянды, выигрышно освещался каждый архитектурный памятник и мосты через Темзу. Даже идущий на посадку самолет, подмигивая навигационными огнями, усиливал эффект.