Жена Волха - Ирина Фарова

Только у одной из трех девушек был зверь. В этой паре как раз и царила гармония. Она с кавалером о чем-то перешептывалась. И при этом выглядела счастливым. Да и в глазах мужчины царил покой, удовлетворение. А когда он смотрел на невесту, то в глазах вспыхивала нежность.

Две другие пары были отстраненные. Как будто чужие. Между ними ничего не чувствовалось. Холод и ничего.

В первый раз я не замечала этого. Тогда я только и делала, что смотрела на Артура. Он был таким красивым, веселым, с улыбкой, а еще от него исходила уверенность, от которой у меня голова шла кругом. Я никогда не задумывалась, что уверенность и желание все контролировать — это разные вещи.

Вскоре вернулся Влад. Сел рядом. Аккуратно взял за руку. Стал ее поглаживать, отгоняя волнение. Рядом с Владом было спокойно. Тут не поспоришь. А все страхи — это мое напускное.

— Как ты себя чувствуешь? — тихо спросил Влад.

— Уже почти смирилась с кандалами, — ответила я. Попыталась улыбнуться.

— Как хочешь провести вечер?

— Не знаю. Идти никуда не хочется. Может вернемся в комнату?

— У меня есть одна идея. Но при условии, что мне доверишься.

— Хорошо, — согласилась я. Сжала его руку.

И вот наша очередь. Ноги идти не хотели. Каждый шаг давался с трудом. Я шла только из-за того, что Влад не отпускал мою руку. И вот комната вся в коврах. Мужчина читает приветственную речь и желает нам счастья и долгой совместной жизни. Женщина записывает наши имена в большую и тяжелую книгу.

Влад первым протянул руки, чтоб я надела ему браслеты на длинной цепочке. Она свисала ему почти до колен. У моих кандалов цепь была намного меньше. Когда я ее увидела, то чуть не расплакалась. Браслеты защелкнулись. Откуда-то появилась волчица и волк. Я ее не звала. Возможно вызвал Влад.

Я так нервничала, что почти не чувствовала волчицу. Мужчина все говорил и говорил. Волк ткнулся носом в морду волчицы. Она его лизнула. А дальше произошло что-то странное. Неожиданное. Он взял и укусил ее за ухо. Да так сильно, что ухо порвал. Он боли я вскрикнула. Теплая струйка крови потекла по шее. Волчица обиженно смотрела на волка, а я почувствовала злорадство. Вот так вот мужчинам верить. Пусть и в образе волка.

Опять дикое головокружение. Я начала проваливаться в вязкое нечто, которое меня уносило далеко из этого места. Влад был рядом. Он меня и увлекал за собой.

Лес. Избушка. Вокруг идет снег. Пушистый белый снег. Я оказалась посреди сугроба в обнимку с волчицей, которая была обижена на весь мир. Влад ковырялся с дверью. Его волк ушел на охоту. Кандалы мешали гладить волчицу, а она лежала рядом со мной и скулила.

— Как вы? — спросил Влад, подходя ко мне и к волчице.

— Ритуал завершился? Я не поняла, как он окончился.

— Завершился, — ответил Влад. — Но она его смазала. Чуть всю комнату не разнесла.

Влад погладил волчицу по голове, но она лишь недовольно от него отвернулась. Еще и рыкнула.

— Самая неуправляемая особа, которой слишком дают много власти, — прошептал Влад. Потом посмотрел на меня. — Ты хорошо держалась.

— Мне цепь мешает.

— Я ее позже сниму, — пообещал Влад.

— Хочешь сделать связь еще крепче?

— Не думал, что мы с волком настолько похожи, — ответил Влад, касаясь раненного уха волчицы.

— Зачем он это сделал?

— Показал, что главный. Показал, что она принадлежит ему. Показал, что за нее кого угодно порвет.

— Как будто может быть иначе.

Влад странно на меня посмотрел. Я не могла понять этот взгляд. Он слишком много обозначал, но расшифровать этот взгляд я не могла, как и не смогла в тот раз расшифровать текст на штинском языке.

— Пойдем в дом? — предложил Влад. Я не ответила. Отозвала недовольную волчицу и попыталась выбраться из сугроба. Опять чуть не упала. Влад легко подхватил меня на руки, вытаскивая из снега. Я вздохнула. Прижалась к нему. — Все будет хорошо.

— Надеюсь на это, — прошептала я, закрывая на миг глаза и одновременно чувствую охоту волка. Предвкушение восторг и желание слиться с ветром — все это пьянило почище вина. — К этому можно привыкнуть?

— Думать и ощущать за двоих? Да. За четверых пока не пробовал, — ответил Влад. — Снимай вещи. Их надо просушить.