Закон притяжения. Его студентка - Людмила Сладкова

«Моя? — изумленно вытаращилась на обоих, не в силах произнести ни звука. — Моя? Значит, я все правильно поняла? Они… они… одуреть можно!»

Тишина повисла ошеломляющая. Все взгляды устремились на их троицу.

— Ой, дурак! — обреченно застонала подруга, спрятав лицо в ладонях.

Секунду спустя она торопливо вернулась на свое место, дрожа всем телом.

Но в следующее мгновение грянула настоящая буря в лице Тарасовой:

— Это что еще такое? — кулак профессора с грохотом опустился на кафедру. — Вы что себе позволяете? Мало того, что занятие мне срываете, так еще и высшее учебное заведение в бордель решили превратить? Ну уж нет!

— Извините! — сдавленно пискнула Ирина. И выглядела при этом столь подавленно, что Белова готова была броситься грудью на ее защиту.

Но запал пропал, стоило услышать страшный рев Антонины Федоровны:

— Молчать! Молодой человек, а вы вообще из этой группы?

— Нет, конечно! — невозмутимость Красницкого бесила.

Причем всех без исключения. Очевидно, не выдержала и Тарасова.

— Тогда вон отсюда! Убирайтесь немедленно!

— Ух, какой у вас зычный голос! — откровенно издевался над женщиной бывший одноклассник. — Вы случайно не генеральская жена?

— Пошел вон, наглец!

Но тот и с места не сдвинулся, пока Ирина его лично об этом не попросила.

Она взволнованно сжала ладонь Вячеслава и умоляюще простонала:

— Иди!

Секунда. Другая.

Наконец, театрально откланявшись, молодой человек скрылся за дверью.

* * *

А Лена вдруг осознала, что практически задыхается от возмущения, от обиды.

Даже… даже от ревности! Как бы бредово это ни звучало, но сейчас она ревновала свою лучшую подругу к этому заносчивому говнюку!

Придвинувшись вплотную, девушка склонилась к уху Синицыной и гневно затараторила:

— Ну, ты даешь! Нет! То, что он на тебе на всю башку повернутый, у нас вся школа знала! Но я даже представить не могла, что у вас это…

— Пожалуйста, — обреченный вдох, судорожный выдох, — ни слова больше!

— …взаимно!

— Хватит!

— Давно? — ей было чертовски важно знать ответ на данный вопрос.

— Не очень! Если честно… с той самой встречи. В сауне.

— Ах! — возмущенный писк сорвался с губ. — И ты все это время молчала, тихушница?

— Я хотела сказать, но…

Постучав по кафедре указкой, Тарасова окинула аудиторию строгим взглядом. Все шепотки, начавшиеся после ухода Славика, стихли мигом.

— Староста группы, встаньте!

Юля Попова вышла из-за стола.

— Да, Антонина Федоровна?

— Сейчас же приведите мне вашего куратора!

«Что? Кого?»

Сердце ухнуло в пропасть и заколотилось в груди с чудовищной скоростью.

Перед глазами поплыло, а внутренности от волнения сиротливо прильнули к позвоночнику. Пальцы предательски задрожали.

«Нет! Нет! Нет! Только не его! Ну зачем?»

С того самого дня, когда Макаров встретил ее в торговом центре и помог донести продукты до дома, минуло ровно две недели.

И все это время они, не сговариваясь, старательно избегали друг друга. Полностью пресечь контакты не удавалось, но Лена прилагала максимум усилий, чтобы сталкиваться с мужчиной как можно реже. Ради такого дела она уже пропустила две пары по физической культуре и две лекции по экономике, которые вел у их группы именно он. И останавливаться на достигнутом не планировала, несмотря на все уговоры и аргументы Ирины.

«Не хочу его видеть! — повторяла про себя, точно мантру. — Не хочу! Не хочу! Ненавижу!»

Белова безутешно прорыдала несколько часов после того, как захлопнула перед ним дверь своей квартиры. В красках представляя все, что он делает сейчас со своей Таней, девушка просто обезумела от горя. Она в голос выла от паскудной жгучей ревности, разъедающей ее изнутри. Да губы в кровь кусала, пытаясь заглушить душевную боль физической. Вытеснить ее.

А когда успокоилась и к зеркалу подошла, ужаснулась. Потому что совершенно не узнавала незнакомку в отражении. Жалкую. Зареванную.

В тот миг Лена самой себе пообещала, что плакать из-за него больше не станет. По крайней мере, очень сильно постарается!

И она старалась. Действительно старалась.

Забыть его. Не думать о нем.

Переключиться на других мужчин. Парней.

А их под боком было — мама не горюй!

Как минимум половина учащихся ВУЗа…

Словом, даром времени она точно не теряла.

Пользуясь своей привлекательной внешностью, знакомилась со всеми подряд. Безбожно много флиртовала, причем с каждым, с кем знакомилась.

Ходила с ними на свидания. Вполне безобидные — кино, кафе, пиццерия, парк. Просто общение, даже без поцелуев. Но ведь никто не запрещал ей перевести эти шуточные «посиделки» в более серьезное русло.

«Стоит лишь просто… захотеть!»

Проще говоря, Лена вновь оказалась в центре всеобщего внимания.

О ней говорили на каждом углу. Студенты даже спорили между собой, кому первому удастся ее поцеловать, что несказанно забавляло саму девушку.

Ибо целоваться с ними она точно не собиралась!

Но от подобного эксперимента была и другая польза — ее самооценка, порушенная прежде из-за бесчувственного преподавателя, восстановилась в полной мере. Уверенность в себе и собственных силах достигла новых высот.

Однако…

«К счастью, мои чувства притихли. Умолкли. Притаились. Но никуда… НИКУДА не делись! И от этого становится только… страшнее!»

— Простите, я не уверена, что Виктор Эдуардович уже здесь! — вырвал ее из глубокой задумчивости голос их старосты — Юли Поповой.

— Это не мои проблемы! — рявкнула Тарасова зычным голосом. — Найдите его и приведите сейчас же! Я не собираюсь спускать студентам с рук подобную дерзость и неуважение к преподавателям! Неуважение к себе!

Попова вылетела из кабинета раньше, чем женщина успела закончить фразу.

— Что до вас, Синицына, — продолжила она, обращаясь уже непосредственно к Ирине, — я сильно сомневаюсь, что вы сможете сдать мой предмет с первого раза! И даже со второго!

«Нечестно! Почему наказывают лишь ее? Это же все Красницкий учудил!»

Глаза Ирины неестественно заблестели. Словно она могла разреветься в любой момент, но каким-то чудом еще сдерживалась. Дышала тяжело и рвано, но молчала. Видимо, просто не хотела еще больше усугублять ситуацию. Чувствуя ее обиду, как свою собственную, Белова собиралась вскочить на ноги и высказать все, что думает, намереваясь восстановить справедливость. Только не успела! На пороге появился Макаров.